Макс Ведов – Призрак с двумя сердцами: шёпот богов (страница 6)
– Это не доброта, – резко парировал Кейн. – Это стратегия. Мёртвая цель мне не нужна.
– И поэтому ты нёс меня через лес, рискуя быть раздавленным? – Эон с трудом приподнял голову. – Это плохая стратегия, охотник. Очень эмоциональная.
Кейн не нашёлся, что ответить. Он отвернулся, доставая из рюкзака ремонтный комплект. Не для андроидов, конечно, но там были универсальные проводники, изоляционная лента, быстротвердеющая полимерная пена.
– Молчи и не двигайся. Попробую остановить утечку, – пробормотал он.
Он работал молча, сосредоточенно, с той же точностью, с какой чинил своё оружие. Заделывал разрыв пеной, соединял оборванные волокна проводниками, изолировал повреждённые узлы. Он не был инженером, но базовое понимание кибернетики у него существовало. Эон не издавал ни звука, лишь следил за его руками. Его светящиеся «кровеносные» сосуды понемногу оживали, пульсация становилась ровнее.
Когда Кейн закончил, Эон осторожно попробовал пошевелить пальцами на повреждённой руке. Они дёрнулись, сцепились в кулак, потом разжались.
– Спасибо, – сказал он просто.
Кейн кивнул, отёр руки. Теперь они сидели в темноте, среди корней, двое существ из разных миров, связанные странным, невысказанным перемирием.
– Они называли тебя Варгас, – тихо произнёс Эон.
– Кейн. Кейн Варгас.
– Кейн, – произнёс Эон, как будто пробуя имя. – Я Эон. Хотя ты и так знаешь.
Он помолчал, глядя на тёмный полог над головой.
– Ты спросил, зачем Созидатели дали мне чувства. Я… я не знаю точного ответа. Мои воспоминания о них фрагментарны. Но я помню… их музыку. Она была похожа на ту, что ты слышал, только сложнее. В ней была вся их радость, печаль, любопытство. Они не просто создавали. Они… сопереживали своему творению. Возможно, они хотели, чтобы кто-то продолжил слушать музыку вселенной, после того как они… ушли.
Кейн слушал, не перебивая. Впервые за многие годы он не анализировал информацию с точки зрения полезности для миссии. Он просто слушал.
– А твоя тишина, Кейн… – Эон посмотрел на него. – Она самая громкая вещь, которую я когда-либо чувствовал. Как… как пустота после взрыва звезды. В ней есть отголоски чего-то, что было. Или могло бы быть.
– Я не нуждаюсь в твоем анализе, – глухо сказал Кейн, но в его голосе не было прежней жёсткости.
– Всем нам нужно, чтобы нас кто-то видел, – мягко ответил Эон. – Даже если этот кто-то – просто сломанная машина в джунглях.
Он закрыл глаза, как бы экономя энергию.
– Они вернутся. Твои люди. Или другие. У тебя есть план, Кейн Варгас?
Кейн посмотрел на свой сканер. Сигнал Эона, теперь стабильный, пульсировал на экране. Он мог активировать протокол подавления сейчас, пока андроид слаб. Выполнить приказ. Получить награду.
Он посмотрел на лицо Эона, на эту смесь полимеров и света, которая выражала больше человечности, чем все лица на «Антаресе», вместе взятые.
– Есть, – тихо сказал Кейн. – Но тебе он не понравится.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ: НЕУСТОЙЧИВЫЙ АЛЬЯНС
– «Мне не понравится»? – Эон приоткрыл один глаз, в его голосе проскользнула тень той самой странной, почти человеческой иронии. – Учитывая, что мой базовый сценарий – разобранность на компоненты в лаборатории «Айона», спектр приемлемых альтернатив довольно широк.
Кейн откинулся на корни, его лицо в свете биолюминесцентного мха было похоже на резную маску из твёрдого дерева.
– Альтернатива проста. Мы уходим отсюда. Вместе. До тех пор, пока я не найду способ выполнить контракт и остаться в живых. А ты не станешь грудой запчастей в трюме корабля Архана.
Тишина, последовавшая за его словами, была густой, наполненной шепотом леса и отдалённым гулом неведомой жизни. Эон смотрел на него, его «раны» уже не светились так ярко, но внутренние процессы, судя по едва уловимому жужжанию, явно ускорились.
– Это противоречит твоей первоначальной цели. И твоей… природе, если можно так выразиться. Ты – охотник. Почему ты меняешь стратегию?
Вопрос был прямым. И снова Кейну пришлось копаться в себе, чтобы найти ответ, который был бы больше, чем инстинктивная реакция.
– Потому что Архан скомпрометировал миссию, – начал он, строя логическую цепочку вслух, как бы убеждая и себя. – Он послал группу зачистки, нарушив условия эксклюзивного контракта. Их приказ – «добить», а не захватить. Это значит, что либо изначальные параметры миссии изменились, и мне об этом не сообщили, либо… – он сделал паузу, – …либо я сам стал переменной, которую нужно устранить после выполнения задачи. Моя ценность как свидетеля – нулевая.
Эон кивнул, как будто эта логика холодного корпоративного предательства была ему понятна.
– А я? В этой новой… парадигме. Я всё ещё цель. Просто сроки захвата отодвинулись.
– Ты – актив, – поправил его Кейн. – Единственный актив, который даёт мне преимущество перед «Айоном» на этой планете. Ты знаешь её. Чувствуешь её. Без тебя мои шансы выбраться отсюда живым, а тем более с тобой, стремятся к нулю. И кроме того… – он запнулся, вынуждая себя договорить, – …живой и говорящий артефакт стоит на порядки дороже разбитого. Даже для «Айона». Мне нужен ты целым. Это всё ещё бизнес.
Последнюю фразу он добавил для себя. Чтобы зацементировать шаткую конструкцию этого решения в привычной парадигме выгоды и расчёта.
Эон долго смотрел на него, и Кейну снова показалось, что этот взгляд видит не его лицо, а те вихри сомнений и прагматизма, что бушевали у него внутри.
– «Бизнес», – повторил андроид без интонации. – Хорошо. Я принимаю твои условия, Кейн Варгас. Временный альянс. Но у меня тоже есть условие.
– Какое?
– Ты не будешь применять ко мне протокол подавления. И не позволишь это сделать другим. Я… не перенесу его. Это не угроза. Это факт. Моя эмпатическая матрица нестабильна. Силовой перегруз такого типа её разрушит. Ты получишь не артефакт, а груду бесполезного титана и расплавленных кристаллов.
Кейн изучающе посмотрел на него. Лжёт ли он? Возможно. Но риск был слишком велик. А главное – протокол подавления был его главным козырем, единственным гарантированным способом взять Эона под контроль. Отказаться от него…
– Как я могу тебе доверять? – спросил он прямо.
– Ты не можешь, – так же прямо ответил Эон. – Так же, как и я не могу доверять тебе. Но мы оба хотим жить. И сейчас наши пути к выживанию совпадают. Доверие – это роскошь, которой у нас нет. Будем держаться расчёта. Ты мне нужен, чтобы уйти с планеты. Я тебе нужен, чтобы пройти по ней. Квиты.
Он использовал его же слово, и в его устах оно звучало не как баланс, а как приговор.
Кейн молча протянул руку. Человеческий жест договора. Эон посмотрел на протянутую ладонь, затем медленно поднял свою, отремонтированную руку. Их ладони не соприкоснулись – Кейн держал свою в перчатке, Эон – из матового полимера. Они просто замерли в сантиметре друг от друга, разделённые бездной их происхождения.
– Временный альянс, – подтвердил Кейн.
– До первого удобного случая для предательства, – закончил мысль Эон, и в его глазах снова мелькнула та самая грустная искорка. – Теперь что? У тебя есть укрытие?
– Было. Теперь оно небезопасно. Нужно новое. И желательно дальше от места боя. Ты можешь идти?
Эон сделал попытку подняться, опираясь на ствол дерева. Его движения были скованными, но функциональными.
– Системы стабилизированы на 67%. Передвижение возможно. Но не быстрое. И не бесшумное.
– Тогда пойдём шагом. И сменим частоту твоего энергетического излучения, если сможешь. Сканеры «Айона» настроены на твою старую сигнатуру.
Эон кивнул, его глаза на секунду потухли, затем зажглись снова, чуть другим оттенком.
– Сделано. Но это временная мера. Моя базовая сигнатура слишком уникальна, чтобы скрыть её полностью. Мы должны двигаться в зоны с высоким естественным фоном. Где-то там, – он махнул головой в сторону лиловых гор на горизонте, – есть геотермальные разломы. Магнитные бури и тепловые аномалии создают постоянные помехи. Там мы сможем скрыться.
– Горный переход? – Кейн мысленно прикинул расстояние. Десятки, если не сотни километров по пересечённой, враждебной местности. С преследователями на хвосте. – Это займёт дни.
– У нас есть дни? – спросил Эон просто.
Кейн вспомнил ледяной голос Архана. «…
– Тогда нам нужен транспорт. Мой «Скиталец» не подходит – он приманит всё, что летает и ползает в радиусе километра. И оставит след, как сигнальный костёр.
Эон задумался. Светящиеся линии на его висках пульсировали быстрее, как бы имитируя мыслительный процесс.
– Знаешь ли ты что-нибудь о фауне Сильвы? О крупных наземных формах?
– Только то, что большинство из них хочет тебя съесть.
– Есть виды… менее агрессивные. Вернее, неагрессивные к тому, что не представляет угрозы. Стадные гигантские травоядные – бронированные «гравитоны». Они мигрируют как раз к подножьям тех гор, к солончаковым долинам. Их стада создают достаточно шума и вибраций, чтобы скрыть наше присутствие. И оставляют проторенные тропы.
Идея была безумной. Но не безумнее всего остального, что произошло за этот день.
– И как ты предлагаешь к ним присоединиться? Попроситься? – съязвил Кейн.
– Примерно так, – серьёзно ответил Эон. – Они реагируют на намерение. На эмоциональный фон. Страх, агрессия – спровоцируют атаку. Спокойствие, безразличие… могут позволить идти рядом. Мне нужно будет… модулировать наше общее поле. Смягчать твоё. – Он посмотрел на Кейна. – Это будет непросто. Твоя тишина – она сама по себе агрессивна. Как вакуум, который всё втягивает.