Макс Ведов – Призрак с двумя сердцами: шёпот богов (страница 5)

Кейн молчал. Объяснение Архана было логичным. Слишком логичным.

– Ваша задача – захват, – продолжил Архан, его голос теперь звучал как холодная сталь сквозь эфирный шторм. – Не анализ, не диалог. Включите протокол подавления при следующем контакте. Иначе… миссия будет передана… другим активам. А вы станете… помехой.

Связь прервалась. Угроза висела в воздухе, осязаемая, как запах озона после грозы. «Другие активы» – это был намёк на команду «чистильщиков» самого Архана. Они придут не для захвата, а для зачистки. И Эона, и его, Кейна, если он окажется «скомпрометирован».

Он откинулся назад, глядя в темноту за пределами круга света от огонька. Указания были ясны. Угроза – реальна. Значит, нужно действовать. Забыть о глазах, о мхе, о схеме на листе. Вернуться к чистой механике охоты.

Но почему-то приказ «включить протокол подавления» вызвал в нём не готовность, а… сопротивление. Тусклую искру чего-то, что он не мог назвать. Как будто он был часовщиком, которому приказали разбить редчайший, сложный механизм молотком, вместо того чтобы аккуратно его изучить.

Он с силой тёр виски. Мимикрия. Оружие. Слабость. Слова Архана отскакивали от его сознания, как горох от брони. Они были правильными. Они должны были успокоить.

Но не успокаивали.

Внезапно, где-то в отдалении, в ночи, снова зазвучала музыка Эона. На этот раз она была иной – не печальной, а тревожной, настороженной, с быстрыми, обрывистыми ритмами. Затем раздался резкий, пронзительный звук – не животный, а механический. Искажённый крик. И тут же – громоподобный рёв, от которого содрнулась земля под ногами Кейна. Рёв Крикуна.

Сердце (или то, что выполняло его функцию) Кейна учащённо забилось. Сцена была ясна как день: Эона нашли. Не он, Кейн. Кто-то другой. «Другие активы» Архана уже здесь? Или иные охотники, привлечённые слухами? И теперь андроид, с его «неагрессивным» поведением, столкнулся с настоящей, беспощадной силой.

Музыка оборвалась.

Тишина, наступившая после, была страшнее любого рёва.

Кейн вскочил на ноги, заглушив огонёк. Тьма поглотила его. Он схватил «Усмиритель» и сканер. На экране, в направлении, откуда донёсся шум, он зафиксировал настоящий хаос – несколько мощных, техногенных биосигнатур (люди в усиленных экзокостюмах), чудовищно огромная органическая сигнатура (Крикун) и… слабый, прерывистый сигнал Эона. Он не двигался.

Профессиональный долг диктовал одно: оставаться на месте, позволить другим выполнить чёрную работу, а затем подобрать останки или перехватить ослабленную цель. Логично. Безрисково.

Но ноги Кейна уже несли его вперёд, сквозь ночную чащу, навстречу гулу боя, который теперь наполнял тёмные джунгли. Он не думал о приказе Архана и уже забыл о протоколе подавления.

Он думал о взгляде, полном печального интереса.

О горьковатом вкусе мха на языке.

Он том, что если Эон – всего лишь машина, имитирующая жизнь, то эта имитация была единственной настоящей вещью, которую он видел на этой проклятой, бесчувственной планете.

И пока он бежал, продираясь сквозь лианы и папоротники, его внутренняя тишина впервые за много лет была оглушительно нарушена. Не криком. Не музыкой.

Грохочущим, неостановимым вопросом: «Почему я бегу?»

На который у него не было ни логичного, ни профессионального ответа.

ГЛАВА ШЕСТАЯ: ГРОМ СРЕДИ ДЕРЕВЬЕВ

Бежать сквозь ночные джунгли казалось чистым безумием. Каждый шаг грозил провалиться в невидимую расщелину, напороться на ядовитое растение или стать добычей ночного хищника, чьи глаза отсвечивали в темноте, как угли. Но Кейн не останавливался. Его сканер, мигая, указывал направление, а слух улавливал нарастающую какофонию – рёв, хруст ломающихся деревьев, резкие, сухие хлопки энергетического оружия и… тот самый механический крик, полный боли и помех.

Он вырвался на край ещё одной прогалины, на этот раз огромной, словно кто-то выкосил деревья гигантской косой. Картина, открывшаяся ему, заставила замереть.

В центре поляны бушевал Крикун. Он был даже больше, чем можно было предположить по гнезду. Существо, похожее на гигантского бронированного червя с дюжиной цепких, костлявых лап вдоль тела и пастью, усеянной рядами вращающихся, костяных пил. Его шкуру покрывали хитиновые пластины, сливающиеся с цветом почвы. Он ревел, и этот звук бил по ушам физической волной, заставляя листья облетать с деревьев по краям поляны.

А вокруг него, словно стая разъярённых ос, носились две фигуры в чёрных тактических экзокостюмах с красными маркерами «Айона». Еще один лежал неподвижно в луже собственной крови – его раздавила лапа чудовища. Люди вели огонь из портативных плазменных пушек. Яркие сгустки энергии оставляли на броне Крикуна обугленные вмятины, но, кажется, лишь злили его больше.

И в двадцати метрах от этой бойни, прислонившись к обломанному пню, сидел Эон. Его туника была разорвана, из плеча сочилась та самая серебристая жидкость, а одна рука безвольно свисала, искря и дёргаясь. Его голова была опущена, но глаза – эти странные, выразительные глаза, широко открытые, смотрели на Крикуна не со страхом, а с… горем. Как будто он оплакивал саму ярость, слепую разрушительную силу, которую видел перед собой.

Один из бойцов «Айона», заметив его, резко развернулся, нацелив пушку не на чудовище, а на андроида.

– Цель обездвижена! Добиваем и отходим! – прокричал он в коммунитатор.

Кейн действовал раньше, чем осознал это. Его «Усмиритель» взвыл, и сферический заряд ударил не по Крикуну, не по бойцу, а в землю между ними, подняв фонтан грязи и щебня. Взрывная волна отшвырнула бойца в сторону, сбив прицел.

– Прекратите огонь! – крикнул Кейн, выходя из тени деревьев. Его голос, привыкший к командам, прозвучал с леденящей властью. – Цель требуется живой! Приказ Архана!

Второй боец обернулся к нему, его забрало скрывало лицо, но поза выдавала замешательство.

– Кто вы?..

– Варгас. Первичный оперативник. Ваша задача – отвлечь тварь, – соврал Кейн, не моргнув глазом. – Я займусь целью.

Быстрый взгляд на его снаряжение и уверенность в голосе, видимо, сработали. Боец кивнул и снова открыл огонь по Крикуну, отвлекая его. Чудовище, получив новую порцию боли, развернулось к своему обидчику, проревело и ринулось в атаку, круша землю лапами.

Кейн бросился к Эону. Приблизившись, он увидел повреждения вблизи. Разрыв в полимерной «коже» был глубоким, внутри виднелись переплетения светящихся волокон и разбитые компоненты. Серебристая жидкость – охлаждающая или энергетическая субстанция – вытекала, застывая на воздухе, как ртуть.

– Можешь двигаться? – отрывисто спросил Кейн, опускаясь рядом с ним.

Эон медленно поднял на него взгляд. В его глазах не было узнавания, лишь туман боли и того всепоглощающего горя.

– Он… испытывает такую боль… – прошептал андроид, глядя на Крикуна. – Они вторглись в его дом… Он просто защищает…

– Чёрт возьми, – выругался Кейн. – Ты сам почти разобран! Твоя «эмпатия» сейчас убьёт тебя. Можешь идти или нет?

Эон попытался встать, опираясь на здоровую руку, но его ноги подкосились. Повреждения были серьёзнее, чем казалось. Кейн оглянулся. Бойцы удерживали Крикуна, но ненадолго. Один из них еще мог вернуться к идее «добить цель».

Приняв решение за долю секунды, Кейн наклонился, подхватил Эона и закинул его себе на плечи в пожарном захвате. Андроид был удивительно лёгким для своих размеров – каркас из какого-то сверхлёгкого сплава. Он не сопротивлялся, лишь тихо ахнул от боли.

– Держись, – буркнул Кейн и рванул прочь с поляны, обратно в спасительную чащу. Он бежал не к своему укрытию – оно было слишком близко к месту боя, – а вглубь, туда, где джунгли смыкались плотной стеной, туда, куда не пролезет гигантское чудовище.

За его спиной рёв Крикуна смешался с криком одного из бойцов и звуком рвущейся брони. Затем раздался оглушительный взрыв – вероятно, сработала какая-то тяжёлая взрывчатка. После этого наступила тишина, ещё более зловещая, чем шум боя.

Кейн бежал до тех пор, пока в лёгких не начало жечь, а ноги не стали ватными. Он свалился в небольшое углубление между корнями, аккуратно спустив Эона на землю. Прислушался. Ничего, кроме привычных ночных звуков. Погони не было. Или их не заметили, или все участники той схватки были мертвы.

Он перевёл дух и повернулся к Эону. Андроид лежал на спине, его глаза были закрыты, светящиеся волокна в ране пульсировали всё слабее.

– Эй, – тронул Кейн его за неповреждённое плечо. – Ты ещё функционален?

Эон медленно открыл глаза. Свет в них был тусклым.

– Зачем? – спросил он тихо, почти беззвучно. – Зачем ты это сделал? Они убили бы меня. И ты выполнил бы свой контракт. Без риска.

Вопрос повис в воздухе. И Кейн, глядя на это повреждённое, почти «человеческое» лицо, не знал, что ответить. Почему он это сделал? Потому что Эон был его добычей, и он не позволил бы другим её забрать? Потому что Архан приказал взять живым, а его люди нарушили приказ? Все эти причины были логичными, профессиональными. Но они лгали.

– Ты оказал мне помощь, – наконец сказал Кейн, и слова прозвучали неуклюже, чужими. – Я… вернул долг. Теперь мы квиты. А потом я всё равно тебя поймаю.

На губах Эона дрогнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку.

– Квиты, – повторил он. – Интересное понятие. Баланс. Счёт. У людей всё сводится к счету, не так ли? Даже… даже доброту приходится возвращать, чтобы не быть должником.