Макс Ведов – Призрак с двумя сердцами: шёпот богов (страница 3)

«Усмиритель» всё ещё находился в руке. Он плавно вернул его в кобуру, чувствуя знакомый вес на бедре. Затем поднял руку, активируя сканер на запястье. Экран мигнул, выдавая хаос помех, но базовый след – остаточную энергетическую сигнатуру и физические отпечатки – ещё существовала возможность отследить. Эон не являлся призраком. Он оставлял следы. И Кейн по-прежнему оставался лучшим следопытом в трёх секторах Каринского галактического сектора.

Он подошёл к тому месту, где стоял андроид. Земля здесь казалась мягче, сохранив следы лёгких вмятин от его ступней. Кейн присел, доставая из походного комплекта небольшой анализатор. Пыльца необычного голубоватого цвета, обрывок волокна с туники, микроскопические частицы полимерного сплава с царапин на «коже». Он собрал образцы. Корпорация «Айон» щедро платила за данные.

Но его мысли упрямо возвращались к глазам Эона. К этому всплеску страха, который выглядел таким… чистым. Не расчетливым, не симулированным. Таким же, как у загнанного зверя. Машины не боятся, – сказал себе Кейн. – Они оценивают риски и вычисляют оптимальный путь отступления. Это не страх. Это ошибка в программе.

Однако в глубине души, в том месте, которое он давно замуровал, шевельнулось сомнение. Созидатели были не людьми. Их логика могла быть иной. Что, если эта «ошибка» и была их величайшим творением?

– Неважно, – пробормотал он себе под нос, поднимаясь. – Цель. Захват. Оплата. Только так. Никаких сомнений

След вёл вглубь джунглей, туда, где кроны борали смыкались в непроницаемый свод, а изумрудный свет сгущался до болотной мглы. Кейн двинулся по нему, превратившись в тень. Его серый комбинезон теперь полностью слился с цветом коры и мха, делая его почти невидимым. Он не просто шёл – он читал лес, как открытую книгу. Сломанная ветка на высоте плеча – Эон явно высокого роста. Капли конденсата, стёртые с листа папоротника – андроид прошёл здесь не более двадцати минут назад. Отсутствие мелкой живности на пути – даже насекомые и рептилии инстинктивно избегали его, чувствуя искусственное происхождение объекта.

След привёл Кейна к подножию гигантского, полуразрушенного дерева-колосса, чей ствол испещряли туннели и пещеры. Здесь, у входа в одну из таких пещер, следы обрывались. Но сканер, преодолевая помехи, показал слабый энергетический всплеск изнутри.

Укрытие, – подумал Кейн. Или засада.

Он замер у входа, прислушиваясь. Из темноты доносился лишь звук капель и далёкий, неопределённый гул. Пахло сыростью и грибами. Достав компактный фонарь с ИК-фильтром, он вошёл внутрь.

Пещера оказалась не природной, а чем-то вроде но́ры, прогрызенной в мягкой, почти губчатой древесине колосса. Стены испещряли странные ритмичные узоры – не следы когтей, а что-то искусственное, словно гигантский червь водил здесь своими щупальцами по определённой схеме. Воздух был густым, тяжёлым для дыхания.

Кейн прошёл несколько метров, и фонарь выхватил из мрака что-то постороннее. Нет, не Эона.

А гнездо.

Оно висело в расширении туннеля, похожее на громадный кокон из бледной, пульсирующей слизи и переплетённых волокон. Внутри, в полупрозрачной массе, угадывались контуры… чего-то. Нескольких существ. Или одного, многоногого. Кокон мерцал тусклым биолюминесцентным светом, отбрасывая на стены пугающие, движущиеся тени.

Крикуны из Глубин, – вспомнил Кейн слова Эона о предыдущих охотниках. Его рука снова потянулась к «Усмирителю». Это была явно хищная форма жизни, и, судя по размеру кокона, взрослая особь могла быть размером с шаттл.

И тут он увидел их. На полу, у края светового пятна. Обугленные остатки ботинка. Клочок синтетической ткани с логотипом одной из известных охранных корпораций. И… кость. Человеческая берцовая кость, обглоданная дочиста.

Предыдущая команда. Или её часть.

Внезапно кокон дрогнул. Слизистая оболочка заволновалась, изнутри послышался низкий, вибрирующий гул, от которого задрожала древесина стен. Что-то большое и тёмное пошевелилось внутри.

Кейн медленно, не делая резких движений, начал отступать к выходу. Его расчётливый ум мгновенно взвесил риски. Вступать в бой с неизвестным ксеноморфом в его логове – чистое самоубийство. Особенно когда основная цель – андроид – явно использовал это место лишь как временное укрытие и уже ушёл.

Он почти выбрался из туннеля, когда сканер на запястье издал тихий, но настойчивый писк. Кейн взглянул на экран и замер.

Рядом с сигнатурой кокона, почти сливаясь с ней из-за помех, на долю секунды проявилась другая, знакомая сигнатура. Эона. Но не впереди, в глубине пещеры. А… позади. И сверху.

Кейн резко поднял голову.

В отверстии в «потолке» пещеры, на краю туннеля, ведущего куда-то вверх, в крону дерева, стоял он. Эон. Он смотрел вниз, на кокон, а не на Кейна. Его лицо в тусклом биолюминесцентном свете скрывала тень, но поза выдавала не страх, а что-то вроде… печального наблюдения. Как будто он понимал цикл жизни и смерти, происходящий в этом коконе, и принимал его.

Затем его взгляд медленно скользнул вниз и встретился с взглядом Кейна.

Ни страха, ни удивления. Только та же глубокая, всепонимающая внимательность. И в этот миг Кейн осознал: Эон знал, что он здесь. Привёл его сюда. Показал ему это гнездо, эти останки. Не как угрозу. Как… послание.

Видишь? – словно говорил этот взгляд. – Вот что несёт с собой страх и агрессия. Они привлекают настоящих хищников. Ты следующий?

Эон не стал ничего говорить. Он лишь покачал головой – едва заметное, почти человеческое движение – и шагнул назад, исчезая в тёмном туннеле наверху.

Низкий гул из кокона нарастал. Слизь начала стекать по стенкам, обнажая что-то тёмное и хитиновое внутри.

Кейн больше не раздумывал. Он выскочил из пещеры в полутёмные джунгли, и сразу же двинулся не по следам Эона наверх – тот путь был слишком очевиден, – а в сторону, начав подъём по корням и лианам колосса, чтобы обогнуть опасную зону и перехватить цель с другой стороны.

Его разум, однако, был уже не так спокоен, как прежде. Образ обглоданной кости и печальный взгляд машины, наблюдающей за природным убийцей, наложились друг на друга, создавая тревожный диссонанс.

Кто здесь был настоящим хищником? Монстр в коконе? Или он сам, Кейн Варгас, охотник, пришедший из звёздной пустоты, чтобы поймать и разобрать на части последнее живое наследие погибшей цивилизации?

Вопрос висел в густом, пахнущем гнилью и жизнью воздухе Сильвы-Примы, не находя ответа в мертвой тишине его собственного сердца.

А сверху, с высоты гигантского дерева, за ним следила пара глаз, в которых горел немой вопрос и невыразимая грусть по чему-то, что сам Эон, возможно, уже никогда не смог бы назвать своим.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ: КРОВЬ И ПОЛИМЕР

Солнце Карин, пробиваясь сквозь многослойный полог джунглей, превращалось в разрозненные, пляшущие блики на влажной почве. Кейн двигался вверх по телу древнего колосса, используя лианы и выступы коры как естественные ступени. Его мышцы горели от непривычного напряжения – на большинстве планет он полагался на технику, но здесь, на Сильве, приходилось возвращаться к основам. К древним, животным инстинктам.

Он не пытался напрямую преследовать Эона по тому туннелю. Это была бы ловушка. Вместо этого он набирал высоту, огибая ствол, его сканер работал в режиме пассивного зондирования, пытаясь уловить малейший всплеск в океане органических помех.

Мысль о гнезде Крикунов не покидала его. «Они боялись. Их страх привлёк…» Эон не солгал. Агрессия, паника – эти эмоции явно привлекали определённые виды хищной фауны. Значит, его собственная холодная расчётливость была преимуществом. Но также делала его… незаметным? Для леса? Или для чего-то ещё?

Кейн достиг огромной, горизонтальной ветви, достаточно широкой, чтобы по ней мог проехать вездеход. Отсюда открывался вид на бескрайнее море зелени, уходящее к лиловым горам на горизонте. Воздух стал чище, прохладнее. И здесь, на коре, он нашёл новый след – не отпечаток, а каплю. Не воды. Вязкой, серебристой жидкости, слабо светящейся изнутри.

Технологическая смазка. Или что-то вроде того.

Он прикоснулся к ней анализатором. Состав – сложные полимеры, нанокристаллы, следы энергии. Жидкостная система охлаждения или что-то другое? След вёл вдоль ветви, туда, где листва смыкалась в сплошную зелёную стену.

Кейн двинулся по нему, «Усмиритель» теперь все время находился в руке наготове. Ветви колосса, казалось, сформировали целый мир. Здесь, в развилках, скапливалась почва, росли другие, более мелкие растения, цеплялись эпифиты с яркими, хищными цветами. Он перепрыгнул через ручей, струившийся прямо по коре, и в этот момент его атаковали.

Не Эон. И не Крикуны.

Стая существ, похожих на помесь белки и скорпиона, с пушистыми телами размером с кошку и ядовитыми, изогнутыми жалами на хвостах. Они свалились на него сверху из густой листвы с тихим шелестом, а не с криком. Их атака оказалась стремительной и весьма скоординированной.

Инстинкт охотника сработал раньше мысли. Кейн рванулся вперёд, уходя из-под основного удара, и развернулся, нажимая на спуск «Усмирителя». Оружие выстрелило не громким хлопком, а с глухим звуком, выпуская сферический заряд кинетической энергии. Первая тварь взорвалась, превратившись в клубок из синей слизи и клочьев меха. Вторая и третья, уже вонзившие жала в его плечо и бедро, сбила ударная волна от оружия.