Макс Мах – Берсерк (страница 32)
Он провоцировал скандал и знал, что делает. Поттер и Блэк должны были полезть в драку первыми, и они его не разочаровали. Палочки оказались в их руках даже раньше, чем он рассчитывал, но Олег все равно успевал отреагировать. Без палочки и, не произнеся ни звука вслух, он поставил щит, отбивший выпущенные по нему заклинания, и сразу же перешел в контратаку. В два гигантских прыжка он преодолел разделявшее их расстояние, - отбив попутно еще два или три проклятия, - и нанес удар кулаком. Первым, получив удар в грудь, улетел Блэк, вторым отправился в полет Поттер. Поттеру Олег сломал челюсть, а Блэку грудную кость. Мог бы и убить, если честно, но такой задачи он перед собой не ставил, поэтому только травмы.
- Что вы творите! – заголосила Макганагал. – Вы преступник, мистер Сегрейв! Вы будете наказаны!
- Не буду! – твердо возразил ей Олег. – Не я начал ссору, и этому есть свидетели. Не я первым достал палочку. Я ее вообще не доставал, и этому есть свидетели! – Его голос гремел словно он использовал заклинание Сонорус, но все дело было в силе его голоса и в особой акустике большого зала. - Их двое, и они творили волшбу. Их палочки можно проверить. Все видели, что они посылали в меня проклятия, разве нет? Я же только защищался, или вы этого тоже не видели?
- Ну, да, - добавил он, усмехнувшись, - вы же в очках. Ой, постойте, но разве нормальные волшебники носят очки? На весь зал таких трое. Вы, Поттер и Дамблдор, и все трое с Гриффиндора. Заставляет задуматься…
Скандал получился зачетный, и Олег едва не добился того, чтобы их все-таки переселили, но, увы, вмешался Дамблдор, и все похерил. Похоже, он ожидал другого поворота, но, когда понял, что план не удался, принялся разруливать конфликт. И тут прозвучали слова о «недоразумении» и «недопонимании», о «детских шалостях» и «неудачных шутках», и, разумеется, песня о добре, любви и вторых шансах. Олега от этого потока сознания едва не стошнило, но делать нечего, как ни крути, а Дамблдор директор, ему и карты в руки. Так что Олега всего лишь пожурили, сказав ему «ну, ну, ну», двух идиотов сочли пострадавшими и отправили в больничное крыло, и все, собственно, если не считать наглой попытки «вскрыть» достигнутое ранее соглашение. Им с Мод предложили все-таки пройти распределение, как все. Но тут уж вступила в игру Мод, процитировавшая исследование гроссмейстера Захариуса, опубликованное еще в 1789 году. Естественно, она эту книгу не читала, но Берни Вудворд, предполагавший, что могут случиться осложнения, нашел подходящую цитату. Захариус однозначно доказал, что шляпа эффективна лишь в возрастном диапазоне от десяти до двенадцати лет. Дальше по возрастной шкале погрешности возрастают и в возрасте шестнадцати лет достигают семидесяти пяти процентов. Мод сказала, Альбус «вспомнил» и на этом скандал был исчерпан. Но не полностью, поскольку история имела свое продолжение.
Уже на следующий день, - а это была неучебная суббота, - Мод пригласила к себе на чашку чая сестер Блэк и Аннику Энгельёэн. Однако ничего хорошего, кроме скандала, из этого не вышло, поскольку допуск слизеринцев в гостиную Гриффиндора был запрещен, но вход в апартаменты «нейтралов» находился как раз в этой гостиной. Сами студенты возникший конфликт интересов решить не смогли, и Мод обратилась к декану, которая всего лишь фыркнула на нее и решила, по-видимому, что на этом все. Вот только член совета попечителей Кассиопея Блэк, появившаяся в Хогвартсе перед самым обедом, доходчиво объяснила директору Дамблдору, что правила и договоренности нарушать нельзя. А по правилам, живущие в отдельных апартаментах мистер Сегрейв и мисс Лейбёрн имеют право приглашать к себе учеников любого факультета. А то, что вход в апартаменты находится в гостиной Гриффиндора, это ведь всего лишь досадное недоразумение, не правда ли, директор? В результате Великому Светлому Волшебнику снова пришлось «ломать и строить, как какой-нибудь сраный гоблин», и новый вход в их с Мод комнаты возник неподалеку от входа в факультетскую гостиную. И что немало, изменение топографии привело к тому, что теперь в распоряжении Олега и Мод появились прихожая и длинный коридор, ведущий в их маленькую уютную гостиную. Две спальни располагались по обе стороны от нее, а дверь в общий санузел находилась посередине коридора.
Им двоим это не мешало, поскольку их отношения давно устоялись, и стесняться друг друга после всего, что с ними случилось, было бы глупо. Он видел ее во всех видах, а она видела его. Она щедро давала, и он с благодарностью брал. И, хотя обоим было понятно, что секс между ними явление исключительно временное, - потому что свадьбы не будет, - они продолжали спать вместе, заключив негласное соглашение, что все это продолжится только до тех пор, пока не станет лишним любому из них двоих. Впрочем, Олег, будучи хоро воспитанным варваром, решил, что первой должна стать Мод. Найдет себе другого, и слава богу. Он это как-нибудь переживет, а вот оставить «у разбитого корыта» свою «практически сестру» он не мог и не желал. Но, судя по всему, ждать ему осталось недолго, уж очень характерный блеск в глазах он заметил у двух не самых рядовых персонажей Хогвартской тусовки. Первым был, конечно же, Сириус Блэк. Он, разумеется, придурок, как и все его друзья гриффиндорцы, но не такой больной на голову, как тот же Поттер, и не такой ханжа, как слюнтяй Люпин. К тому же Сириус был красивым парнем, и они с Мод чем-то даже походили один на другого, как брат с сестрой. Почти те же густые черные волосы и та же удивительная синь глаз. Ну, а вторым, по случаю, являлся полный антипод Блэка слизеринец Рабастан Лестрейндж. Этот был сероглазым блондином, чуть повыше ростом, чем Блэк, и несколько шире Сириуса в плечах. Крепкий, сильный и хорошо воспитанный. Так что, Мод было из кого выбирать, но Олег дал ей в этом смысле полную свободу действий. В конце концов, на этих двоих свет клином не сошелся. В старших классах школы можно было найти немало красивых парней точно так же, как и девушек. Кто же знал, что их с Мод «идиллию» нарушит кто-нибудь вроде Анны Энгельёэн? Никто. Во всяком случае, не Олег.
А дело было так. Анника довольно близко сдружилась с ним и с Мод. Она и сестры Блэк приходили к ним в гости едва ли не через день, но и они стали завсегдатаями гостиной Слизерина. Забавно, что с тех пор, как Олег со своей «кузиной» съехали из гостиной Гриффиндора, они в ней не появлялись вообще. И надо сказать, это не прибавило им популярности среди красно-золотых. Особо буйствовали мародёры, - Поттер и компания, - не упускавшие случая «подшутить» над ними, и в особенности почему-то над Мод, или попросту нахамить.И больше всего усердствовали в этом смысле Поттер и Блэк, отличавшиеся особой изобретательностью и неиссякаемым энтузиазмом. Люпин, как это свойственно, всем лицемерам своих приятелей, вроде бы, даже ругал и пытался увещевать, но делал это как-то без огонька и, естественно, без последствий. Однако чаще всего он даже рта не открывал, оставаясь, якобы, сторонним наблюдателем. Что же касается Питера Петегрю, то он выступал в амплуа застрельщика. Эдакий псилой[10], который запросто может первым метнуть заклинание или бросить оскорбление, чтобы сразу же скрыться за спинами настоящих «афинских гоплитов»: Поттера и Блэка. Это было неприятно, но терпимо, и Олег с Мод старались не обострять, чтобы не прославиться скандалистами. На словесные реплики, которые, слава богам, пока не пересекали красной черты, они никак не реагировали, доводя недоброжелателей своим равнодушием до белого каления, а атаки заклинаниями блокировали пассивными щитами.
Трудно сказать, кто и что думал по этому поводу, но следует иметь в виду, что у каждого человека свои тараканы в голове и темперамент у всех тоже разный. Первой не выдержала Беллатрикс, которую мародёры достали еще и тем, что постоянно третировали бедного, но талантливого паренька со слизерина. Северус Снейп был сутулым некрасивым мальчиком с неухоженными волосами. Одевался он бедно, что для богатеньких буратин, - что со Слизерина, что с Гриффиндора, - являлось обычной мишенью для злых шуток. Но вот Блэки, Энгельёэн и Малфой относились к нему хорошо, высоко оценивая силу мага и талант зельевара. И в один далеко не прекрасный для Поттера день, поймав того на горячем, Белла вмазала мародёру так, что он летел метров десять, дважды или трижды перевернувшись при этом в воздухе. Надо ли говорить, что наказали Беллатрикс, а не Поттера с Блэком. Петегрю за обедом этим фактом, разумеется, похвастался, - не мог от полноты чувств промолчать, - и тут же отправился на неделю в больничное крыло. На этот раз ударила Анника, и тут же получила взыскание от Макганагал. Возможно, будь это кто-нибудь другой, Мод промолчала бы. Все-таки они были здесь чужими, но Макганагал достала ее уже до печенок. Судя по тому, что видел Олег, она была сильно ограниченным человеком и фанатично верила тому, что говорил ее кумир Дамблдор, как и тому, что было написано в учебниках. Сама она, как ученый, ничего из себя, в сущности, не представляла, - и это еще мягко сказано, - и отнюдь не блистала своей эрудицией. Ее знания и умения, как это понял Олег, базировались на том, чему она научилась от Дамблдора в пору своего ученичества, и на тех определениях, которые содержались в базовых учебниках по продвинутой трансфигурации. В целом, это было обыкновенное начетничество[11], но дураки тем и отличаются от умных, что не ведают насколько они на самом деле ограничены. Макганагал считала себя мастером трансфигурации, хотя звание это защитить так и не смогла. Говорила, что у нее просто нет времени на всякую ерунду. Однако правда это или нет, но предмет свой она знала плохо, не понимая природы тех преобразований материи и энергии, которые происходят во время магической трансфигурации. Конфликт между нею и Мод возник именно из-за этого. Все-таки Мод была на три четверти альвой, а у ее народа настоящий талант к подлинной трансфигурации. Возможно, Хервёр Белая Кость не была сильным боевым магом. Во всяком случае, в ту пору, когда Олег с ней познакомился, но вот магией преобразования и материальных иллюзий она владела более, чем хорошо. Что она и продемонстрировала на уроке трансфигурации, фыркнув на объяснения Макганагал, как именно надо держать палочку, какое движение ею произвести и как произносится заклинание преобразования. Макганагал, которая совершенно не терпела «реплик со стороны», начала орать, а Мод в ответ выполнила преобразование одним лишь легким движением своих длинных пальцев. И тут выяснилось, что профессор не потерпит этих «эльфийских штучек», что звучало более, чем оскорбительно, учитывая кого в магической Англии называли эльфами. Мод в ответ зло рассмеялась, и раньше, чем Олег успел вмешаться, начала преображать класс трансфигурации легкими пассами с двух рук. На что получила сакраментальное «