Макс Мах – Берсерк (страница 34)
- Тогда все, - улыбнулся Олег. – Хотя, нет.
Он обнял Лили, не дав ей как-то отреагировать на его стремительное движение, и поцеловал в губы. Разумеется, это был не настоящий поцелуй, ведь она ему не ответила. Однако вкус и мягкость ее губ он почувствовать успел. Не перегибая палки, он разорвал поцелуй и отступил назад.
- Извини, - виновато улыбнулся несколько дезориентированной девушке. – Не смог устоять. Больше такого случая не будет, а твои губы… В общем, извини.
Между тем, Лили стояла и смотрела на него, приоткрыв рот и хлопая глазами. Уйти сейчас было неудобно, и говорить, вроде бы, нечего. Пауза затягивалась. Тишина ночного замка давила, тем более что в этом коридоре не было ни живых портретов, ни привидений. Даже Пивз куда-то подевался.
— Это ведь был не настоящий поцелуй? – неожиданно спросила Эванс, разрушая затянувшуюся паузу.
- Да, пожалуй, - виновато пожал он плечами.
- Но ты умеешь целоваться?
- Умею, - должен был сознаться Олег.
- Ты, наверное, и все остальное делал…
- Тебя это заботит? – не понял Олег.
- Нет, просто интересно, - улыбнулась Лили. – У меня это был первый поцелуй… А у тебя, наверное, было много женщин...
- С чего ты решила?
- Решила, - пожала она плечами. – А можешь поцеловать меня по-настоящему? По-взрослому?
- Ты уверена? – растерялся Олег. – Я-то могу и хочу, но…
- Никаких «но»! – решительно отрезала девушка. – Будем целоваться, но я надеюсь на твою порядочность.
- Во всех смыслах, - добавила, покраснев. А краснела она прекрасно. Просто волшебно, если быть честным.
- Смысл первый, - кивнул Олег. – В трусики к тебе не полезу. Слово дворянина!
- Так ты действительно дворянин? – отвлеклась на мгновение Лили.
- Если захочешь, потом расскажу.
- Да, - кивнула Лили. – Потом. А какой второй смысл?
- Об этом никто не узнает, - объяснил Олег. – Строго, между нами.
- Тогда…
- Помолчи! – Олег шагнул к Лили обнял и поцеловал.
Вот этот поцелуй был действительно настоящим, со страстью и нежностью, с подлинным вожделением. И надо отдать Эванс должное, она не тормозила, схватывая все буквально на лету. Знала, что не умеет и позволила вести за собой и доминировать Олегу. Ну, он и доминировал. Мешала только некоторая разница в росте, так что, недолго думая, он подхватил девушку под зад и поднял ее лицо до уровня своего лица. И, когда, они прервали поцелуй, поскольку Лили начала отключаться от недостатка кислорода, его глаза смотрели прямо в ее затуманенные возбуждением глаза.
- Ты держишь меня на одной руке, - сказала она каким-то странным, низковатым и хрипловатым голосом.
- Я сильный, - улыбнулся он. – Еще раз?
- Хорошо, - кивнула девушка. – И знаешь, что… Если уж если мы проводим обучающий эксперимент…
- А это обучающий эксперимент?
- Да, - ответила она. – Думаю, что так все и обстоит. В общем, я не против испытать еще что-нибудь… но, пожалуйста, без экстрима.
- Все, что желает леди, - с этими словами он чуть притянул ее к себе, и Лили приоткрыла рот, принимая его поцелуй.
«Обучающий эксперимент… но без экстрима?»
Девушка по-прежнему сидела на его правой руке. Впрочем, если вначале он посадил ее на сгиб локтя, то сейчас переместил на ладонь. Тяжелова-то, конечно, поскольку Лили Эванс никак не похожа на пушинку, но уж очень хотелось помацать ее за аппетитный зад. И ведь она знала, что он делает, не могла не знать, но ничего ему об этом не сказала. Напротив, предложила расширить ассортимент удовольствий, и уж, если женщина просит, то кто он такой, чтобы привередничать или, не дай бог, отказываться? Олег аккуратно положил ладонь другой руки на ее грудь и несильно сжал. Даже сквозь мантию и какую-то кофту или рубашку, он почувствовал упругость девичьей груди. Бюстгальтера на Лили не было. В этом заключалась прелесть застегнутых под самое горло мантий, но Эванс, наверное, и в обычной обстановке не нужно было поддерживать грудь, разве что прикрыть соски. Сосок он, к слову, почувствовал, как и то, что ее полная грудь, - никак не меньше размера С[14], - великолепно держит форму. Одним словом, не обвисает и приятно ложится в ладонь.
«Ох, ты ж! У меня же стояк потом до утра будет! – охренел от новых ощущений Олег. - Надо возвращаться к Мод!»
Но спустить пар привычным способом не получилось. Когда он вернулся в их апартаменты, из спальни Мод раздавались недвусмысленные стоны и крики. Кто-то там любил его кузину на всю катушку. Олег вздохнул, переживая когнитивный диссонанс, потом осторожно заглянул в спальню Мод и увидел на разгромленной постели два женских тела, переплетенных в любовной схватке.
«Вот черт! Это же Энгельёэн! Блядь!»
Потребовалась минута или две, чтобы отдышаться и переварить «новость дня». Впрочем, учитывая откуда он родом и из «когда», переварить получилось легко и просто, тем более что к этому все и шло. Красивая и имеющая опыт девушка, которая полгода как не девушка, и вокруг нее полно красивых парней, готовых стелиться перед Мод ковриками или укладываться штабелями. Но лесбиянка? Такой поворот сюжета он как-то не рассматривал.
«Неожиданно! – резюмировал Олег, принимая холодный душ. – И что теперь с этим делать?»
Но, на самом деле, делать ничего и не надо было. Раз у Мод появилась любовница, значит он полностью свободен в своих действиях и может и сам кого-нибудь себе завести. Красивых девушек вокруг никак не меньше, чем красивых парней.
«Может быть, начать окучивать Лили Эванс? – подумал лениво, возвращаясь после бешеной дрочки в свою «одинокую» постель. – Но не слишком ли она молода?»
А она была, и в самом деле, молода и воспитана в лучших традициях провинциальной Англии образца конца шестидесятых начала семидесятых годов. В общем, Эванс была правильной девушкой и, судя по всему, ноги так просто перед ним не раздвинет. Тут придется постараться, хотя надежда, разумеется, есть, и она отнюдь не стремится к нулю. Сегодня научное любопытство завело Эванс довольно далеко, но к себе в дортуар она все-таки вернулась девственницей. Дворянин обещал, дворянин сделал. Но, если продолжать двигаться в том же направлении, то целкой ей быть осталось недолго. Даже сегодня, когда она, более или менее, контролировала процесс, обучающий эксперимент затянулся на полчаса, и закончили они на том, что он ласкал губами и языком ее обнаженную грудь. Тогда, кстати, он узнал всю правду. Грудь у Эванс действительно оказалась выдающаяся: полная, правильной формы и невероятно упругая. Просто фантастические сиськи, если говорить без обиняков и эвфемизмов. И еще одно впечатление до кучи. Заводилась Эванс быстро и качественно, но разума не теряла и остановилась ровно тогда, когда стало по-настоящему горячо.
«Ладно, - решил он засыпая. – Значит, Эванс. Посмотрим. Поглядим…»
И он посмотрел. Сон получился в лучших традициях высококачественного порно. Похоже, в своей прошлой жизни Олег не чурался маленьких радостей жизни. Как минимум, пил пиво, курил и, надо же, смотрел порно. Впрочем, об этом он подумал утром, проснувшись с таким стояком, какого у него, кажется, в жизни не случалось. Даже больно было, и при том очень больно. Но зато во сне он раскладывал Эванс и так, и эдак, имея ее не раз и не два во всех возможных позах. И, переживая утром все перипетии их бурного секса и невероятную гибкость их молодых сильных тел, Олег неожиданно вспомнил историю из своей первой жизни. Ни контекста, ни предыстории, просто отрывок из черно-белого фильма. Он и три девушки едут то ли в автобусе, то ли в троллейбусе. Снаружи зима и снег, на окнах наледь, а он сидит на заднем сидении между двух девушек, лиц которых совершенно не помнит, и с хорошо скрываемым стыдом рассматривает иллюстрации в журнале «Чешское фото». Там были фотографии какого-то индуистского храма с весьма смелыми сексуальными экзерсисами, с удивительной дотошностью воплощенными в камне. Кажется, это были фото из храма Кхаджурахо[15]. Из комментариев, которые время от времени бросали, надо полагать, достаточно продвинутые девушки, запомнился только один: «
***
Последующие события показали, что Лили Эванс умная и способная девушка. Она правильно поняла посыл Олега, - получила, так сказать, его сообщение, - приняла его и оценила по достоинству. И не только поняла, но и восприняла, как руководство к действию. Судя по всему, ей удалось достучаться до Поттера, и случилось это, похоже, не без помощи Сириуса Блэка. Во всяком случае, мародеры поумерили пыл и вернулись к тому, с чего, собственно, и начинали: к незлым и не обидным шуткам и розыгрышам. Это было хорошей новостью, поскольку Олегу совсем не хотелось воевать. Его желания лежали в иной плоскости. Ему хотелось жить и получать от жизни удовольствие, насколько это, вообще, возможно для ученика закрытой английской школы. Здесь было слишком много слишком «строгих» правил, иерархия и многовековые традиции, и не всех преподавателей привела в Хогвартс любовь к детям. А сеять разумное, доброе, вечное не всем по силам и по уму. Так что, для Олега это был не то, чтобы уж совсем новый опыт, - что-то такое уже было в его полузабытой прежней жизни, - но определенный элемент новизны в этом всем несомненно присутствовал. И в этой новизне, как всегда в жизни, было и хорошее, и плохое, но, к счастью, без крайностей, так что он потихоньку вошел в ритм учебного процесса и даже, пожалуй, привык, адаптировавшись к новым людям, небесспорным правилам и, вообще, к жизни и учебе в школе магии и волшебства. В конце концов, он принял правила игры и делал то, что ожидали от него профессора и преподаватели. Мод следовала его примеру, и на каком-то этапе от них отвязалась даже профессор трансфигурации Макганагал. Всего-то и надо было, что принять мир Хогвартса и волшебной Англии «as is»[16] и не лезть на баррикады.