Макс Мах – Берсерк (страница 35)
Дело в том, что цивилизация здесь и сейчас, как, впрочем, и в первой жизни Олега была европоцентрической. То есть, весь «цивилизованный мир» жил по принципам, сложившимся еще в древности на основе греческой мудрости, римского права и еврейского монотеизма[17]. Не минула чаша сия и мир магии, который, вроде бы, жил особняком, давно и навечно отделившись от мира маглов. Поэтому утверждение «волшебники колдуют с помощью волшебных палочек» являлось догмой и аксиомой. Однако, если подумать, то все обстояло намного сложнее и проще. Во-первых, даже для английских ведьм и волшебников палочка не являлась универсальным магическим инструментом. В зельеварении, рунной магии, прорицаниях и ритуалистике волшебные палочки были без надобности. То небольшое количество магии, которое требуется для инициации ритуала или завершения варки элексира, не требует использования волшебной палочки. Существовало еще, как минимум, полтора десятка разделов магии, где применение концентраторов магии было хоть и возможно, но не обязательно. Такой была практически вся древняя магия, такими, по большей части, оставались волшба и колдовство на Ближнем и Дальнем востоке, в Центральной Азии, в Латинской Америке и в Африке. И надо сказать, результаты у всех этих «дикарей и отщепенцев» были, как минимум, не хуже, чем у европейцев, американцев и австралийцев с канадцами. Но в Европе и, в частности, в Англии, все волшебники колдуют только с помощью палочек, и поскольку большинство разделов так называемой «беспалочковой» магии оказались запрещены, то использование концентраторов, - причем, концентраторов одного единственного вида, - стало не только повсеместным, но и обязательным. Между тем, Олег и Мод пришли из миров, где концентраторы почти не использовались или не использовались вовсе. Стихийная магия, магия наговоров, целительство и ритуалы, магия крови и некромантия, призыв духов, кем бы они ни были, - ангелами, демонами или персонификацией стихий, - и много-многое другое – это и была та магия, с которой, где больше, а где меньше они были знакомы. Впрочем, Олег начал осваивать «классическое» волшебство еще тогда, когда, став ярлом Гундберном, обнаружил сундуки своего прапрадеда, в которых хранились книги и артефакты, включая и старые палочки, принадлежавшие когда-то членам их рода. Мод, являвшейся, в сущности, не человеком, а разумным магическим существом, в этом смысле было куда сложнее. Но почти полугодовая подготовка к школе не пропала в туне, и с учебной программой они худо-бедно справлялись и на конфликты старались не идти.
Что же касается личной жизни, то тут все было в достаточной мере сложно и запутанно. Мод любилась с Энгельёэн, что не мешало ей активно флиртовать и с Лестрейджем, и с Регулусом Блэком. Рэг был помладше, зато элегантней, и оба они выглядели настоящими джентльменами. А вот у Олега все было странно. Эванс его не отталкивала, но и не давала к себе приблизиться. Даже поцелуй в щечку рассматривался, как нечто из ряда вон выходящее. В общем, Лили включила на полную катушку пуританский вариант «настоящей молодой леди», и сдвинуть ее с этой позиции было совсем нелегко, хотя попытки Олегом, разумеется, предпринимались, и они отнюдь не выглядели безнадежными. Ситуация осложнялась тем, что Мод – по старой памяти, - все еще заглядывала иногда в его спальню. Они этот вопрос не обсуждали, но Олег догадывался, что по временам секса с Анникой его кузине становилось недостаточно, и тогда она шла по проторенной дорожке. С другой стороны, вокруг него постоянно ошивались девицы, как минимум, четырех возрастных групп, учившиеся на трех разных факультетах. Часть из них просто флиртовала, другие – готовы были пойти так далеко, как получится, а третьи, вообще, приглядывались к нему, как к потенциальному жениху. В принципе, среди всех этих девушек было несколько таких, кто «
В такой обстановке прошло две недели, потом еще одна, и в очередную субботу в ответ на дежурное предложение «пошли вместе в Хогсмит», Лили Эванс сказала «да». Сделала она это прилюдно, и Олег не исключал возможности того, что это не жест доброй воли, а выпад, направленный на Джеймса Поттера, который из кожи вон лез, чтобы обратить на себя ее внимание, но делал это настолько по-детски, что результат обычно оказывался совсем не таким, как ожидался. Ну, в самом деле! Парню шестнадцать лет, а он все еще мыслит в категориях «подергать девочку за косички», продемонстрировать свою лихость в квиддиче, - что само по себе совсем неплохо, - или «отмудохать соперника». Но девушке-то тоже шестнадцать, и она уже переросла извечный конфликт между мальчиками и девочками, квиддич не любит и ненавидит, когда за нее решают, с кем ей пойти в Хогсмит или что-нибудь еще в том же роде. Так что, возможно, Лили этим просто провоцировала Поттера, ведь давно известно, что мы часто любим не «за», а вопреки. Тем не менее, получив положительный ответ, Олег повел девушку в Хогсмит. Погода была хорошая так что к обычному списку развлечений, - шопинг, «Сладкое королевство» и одно из пяти доступных юношеству кафе и кондитерских, - добавилась возможность просто погулять, наслаждаясь солнечным днем, пейзажами в цветах осени и хорошей компанией. В кафе они уже побывали, шопинг девушку не заинтересовал и, купив приличных размеров пакет со сладостями, они отправились на прогулку. Он рассказывал ей всякие разности и чудности о мире магии, а она просвещала его на тему школьных «древностей». И все это под ненавязчивое потребление высококалорийных сладостей.
- Стану толстая и некрасивая, - пожаловалась Лили на печальную судьбу всех сладкоежек.
Впрочем, это было чистой воды кокетство и приглашение к легкому флирту. Сейчас Олег должен был заверить барышню, что ничто не может испортить ее немереную красоту, но он поступил по-другому, вспомнив по случаю две сомнительного свойства шутки из своей первой жизни.
- Хорошего человека должно быть много, - улыбнулся Олег, вспомнив еще один эпизод из своей студенческой жизни в неизвестном университете и в неведомые годы.
По всей видимости, в своей первой жизни Олег был не слишком крупным парнем, ну или девушка, о которой шла речь, была очень уж крупной. Вспоминалось что-то про баскетбол, но это неточно. Так вот, девушка была красивая, чем-то похожая на Анну Энгельёэн, и какой-то парень, которого Олег уже не помнил, предложил ему за этой девушкой приударить. А на опасения, не крупновата ли она для него, ответил пошлой, но верной фразой: «Зато будешь ползать по ней и думать, «и это все мое!» Хорошая шутка, и, возможно, он когда-нибудь скажет что-нибудь в этом роде той же Эванс, но точно не сейчас. Не поймет. Она и на шутку про хорошего человека едва не обиделась, но, слава богу, пронесло. Но зато потом разговор свернул в другую плоскость.
- Ты обещал рассказать про слово дворянина, - напомнила девушка. – Ты не думай, что я… То, что вы с Мод чистокровные я знаю, и, что ты, скорее всего, лорд или лорд-наследник тоже. Но дворянство? Разве среди магов есть дворяне?
«Ах, вот ты о чем! – понял Олег. – Вполне в духе Эванс. Она всегда должна знать все обо всем».
- Дворяне есть, - ответил он. – Просто об этом не принято говорить. Двоих ты даже знаешь сама.
— Это кто? – удивилась девушка.
- У Малфоев есть баронский титул, у Анники Энгельёэн – графский.
- А у тебя?
- Скажу, если поцелуешь, - усмехнулся Олег и сразу же добавил, чтобы не оставалось недомолвок. – В губы.
Лили остановилась и посмотрела ему в глаза. Стояла и смотрела. А еще улыбалась.
- Вообще-то, - сказала она наконец, - я как раз собиралась предложить тебе продолжить наш обучающий эксперимент… Но, если тебе достаточно одного поцелуя…
- Я за педагогику и дидактику! – сразу же откликнулся Олег.
- Тогда, отвечай на вопрос и заодно подумай, где бы мы могли углубить мои знания предмета? – В конце этой фразы Эванс была уже красная, как рак, но мужества ей было не занимать, и она все-таки закончила свою мысль.
- С дворянством все просто, - объяснил Олег. - Сегрейв – это дворянская фамилия, но у меня есть еще два титула. Один - ярл Гундберн, и он потерялся в веках. Если очень постараться, то где-нибудь в Швеции или Дании, его можно было бы возродить, только зачем? А в Англии, вернее в Нормандии у меня есть другой титул. Он как раз графский, граф де Мёлан, только я им пока, кажется, ни разу не воспользовался. Нет нужды. Ни по эту сторону Статута Секретности, ни по ту. Понимаешь?
- То есть, тебе неважно, что ты лорд или граф? – задумалась девушка. – Чем, тогда, ты отличаешься от Поттера или Блэка?
- Наверное, тем, что, когда я говорю, «неважно», я не имею в виду выбросить и забыть. Я имею в виду другое. С моей точки зрения, между мной и тобой, как между двумя магами, - есть у кого-то из нас титул или нет, - большой разницы нет. Ну, кроме того, что ты женщина, в смысле, фемина, а я мужчина. Ты сильный маг, и ты быстро и эффективно расширяешь свои возможности. Я посильнее и знаю больше, но по большому счету это уже не так важно. Однако, это не значит, что мне наплевать на моих предков и все, что они сделали, чтобы основать и сохранить династию. Где-то так.