Макс Игнар – Каэларис. Восьмое сердце (страница 4)
Макс взял свой листок. Восемьдесят два балла из ста. Почти хорошо.
– Вопрос про Ганзейский союз, – сказал Гарднер, не глядя на него.
– Ты написал правильно по факту, но не объяснил, почему это важно.
Факты без контекста – это инвентаризация склада, а не история.
– Понял.
– Хорошо. – Он перешёл к следующему ряду.
Макс посмотрел на свой ответ про Ганзейский союз. Гарднер был прав —
он написал, что и когда, но не написал, почему это имело значение. Это
была его обычная ошибка: он запоминал факты хорошо, но «почему» давалось
труднее.
Может, потому что «почему» у истории иногда нет чёткого ответа.
Или потому что он слишком привык к тому, что вещи просто есть, не
объясняя себя.
Как медальон.
Как отец, который ушёл.
Он потряс головой и убрал листок в папку.
* * *
На большой перемене они сидели на подоконнике в конце коридора второго
этажа – их место с восьмого класса, когда они случайно обнаружили, что
здесь хорошая акустика и учителя обходят этот угол стороной.
– Слушайте, – сказал Том, жуя сэндвич. – Как вы думаете, если бы
вы оказались в другом мире, что бы вы сделали в первую очередь?
– Спросил бы, есть ли там интернет, – сказал Лиам.
– Если другой мир – скорее всего нет.
– Тогда умер бы от скуки на третий день.
– Нашла бы библиотеку, – сказала Сара. – Чтобы понять, как устроен
мир. Нельзя действовать без информации.
Макс молчал.
– Макс? – Том ткнул его локтем.
– Что?
– Другой мир. Что делаешь?
– Не знаю, – сказал Макс. – Наверное, сначала просто попытался бы
понять, где я и что происходит.
– Это скучно.
– Это разумно.
– Между разумным и скучным часто нет разницы, – заметил Лиам.
– Философ выискался.
– Я всегда был философом. Вы просто не замечали.
Сара поправила очки.
– Откуда вообще этот вопрос?
– Ниоткуда. – Том пожал плечами. – Просто думал.
Макс смотрел в окно. Осенний Лондон за стеклом – мокрые листья, серое
небо, голуби на карнизе. Обычный. Понятный. Его.
Он подумал: а я бы хотел в другой мир?
И поймал себя на том, что ответ не такой однозначный, как должен быть.
* * *
После школы они шли по Хит-стрит, и Том что-то рассказывал про вчерашний
матч, и Лиам спорил с ним про статистику, и Сара читала на ходу – она
умела читать на ходу, не натыкаясь ни на кого, это было почти
сверхъестественным умением.
Макс шёл рядом и слушал вполуха.
Хорошее ощущение – идти так, вчетвером, когда никто ничего особенного
не требует. Просто быть рядом.
– Всё нормально? – спросила Сара тихо, поравнявшись с ним. Книга
была убрана в сумку.
– Да. А что?
– Ты молчишь последние минут десять.
– Том говорит за четверых. Кто-то должен молчать.
Сара посмотрела на него. У неё был особенный взгляд – внимательный и
немного неловкий, потому что она всегда видела больше, чем хотела.
– Ты снова думал об отце.
Макс промолчал.
– Я не психолог, – сказала она. – Но мне кажется, это нормально
– думать. Люди уходят, и это… это не то, к чему просто привыкаешь.
– Прошло девять лет.