Магдалина Шасть – Он хороший (страница 46)

Крупный, неплохо сложенный мужчина сидел на кровати и удовлетворял себя. Лицо в кадр не попадало, но оно и не было нужно. Всё самое интересное можно было разглядеть и так. От размера его детородного органа у Олеси пересохло во рту. Любительская съёмка сносного качества. Камера не тряслась, мужчина старался, и возбуждённая Олеся оглянулась в испуге: никто не видит, чем она тут занимается?

На секунду промелькнула странная мысль: а не тот ли это наглый рыжий парнишка? Как он представился? Кирилл? Чёрно-белая съёмка, догадаться сложно, но…

Олеся была уверена, что это он! Прикольное у него хобби, ничего не скажешь.

Она не стала глядеть дальше, вытащила кассету и облизнула пересохшие губы.

Почему-то ей захотелось вернуть видеокассеты… точнее, посмотреть работает ли в прокате тот рыжий парень. Олеся и сама не поняла, чего ей захотелось. Может быть, просто пококетничать?

Она быстро оделась, подкрасила ресницы, наложила перламутровые тени, розовые румяна, собрала волосы в высокий хвост, окинула себя в зеркале придирчивым взглядом. Хороша. На точёной Олеськиной фигуре и мешок бы сидел, как королевский наряд, а уж в костюме от «Адидас» от неё глаз не отвести. Спортивный стиль, немного агрессивный, но женственный.

Глеба она вызывать не стала: лишние глаза ей ни к чему.

Уже через несколько минут она стояла перед прокатом, пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце. Такого адреналина она не испытывала уже давно. Кокетничать за спиной Костяна было опасно, и это сильно возбуждало.

Олеся смело вошла в павильон, нацепив на себя маску хозяйки жизни. Только бы Кирилл был там, без него будет скучно.

Как и в прошлый раз в прокате не было ни души. С того момента здесь кое-что поменялось: прибавилось видеокассет и ярких красок, на стене висел огромный плакат с Сильвестром Сталлоне, в углу висела боксёрская груша. Все крутые мужики любят боксировать. Олеся повела плечами и покашляла.

Никто не выходил. Хоть весь павильон обчищай, растяпа, а не хозяин.

– Это настоящая фирма? – произнёс приятный мужской голос прямо ей в затылок, и Олеська вздрогнула, ощущая, как от чужого дыхания зашевелились волосы.

– Чё? – она резко обернулась и отпрянула, опасаясь неприлично тесного контакта.

– Костюм, говорю, настоящий «Адидас»? – прозрачно-голубые глаза рыжего парня смотрели на неё сверху вниз с насмешливой ухмылкой.

– Поддельных мне не надо. Конечно, настоящий, – Олеська вскинула подбородок и пристально посмотрела на парня, принимая показательно равнодушный вид, – На, кассеты свои забери.

– Круто. Здравствуй, Олеся, а я думал, что ты их никогда не вернёшь, – Кирилл дружелюбно рассмеялся. Со дня их первой встречи он стал заметно грузнее, но это его не портило. Мужик-мужик: плечистый, мощный, уверенный в себе, как скала.

Запомнил, как её зовут? Вот это да!

– Здравствуй… Кирилл, – Олеся снисходительно улыбнулась, – Мне чужого не надо. Своё девать некуда.

– Понравились тебе мои фильмы? – Кирилл перестал смеяться и придвинулся к Олеське чуть ближе.

– Э, полегче, – она упёрлась ладонью в его грудь, отчего по руке пробежала горячая волна. На ощупь его мышцы были рельефными и упругими, – Ты меня раздавить хочешь, слон?

– Нет, я просто хочу, – Кирилл беззастенчиво подмигнул, не собираясь отступать и теряться.

– Охренел? – Олеся слегка его пихнула, – Отойди, – Кирилл усмехнулся и отступил.

– Шучу – не хочу. Так ты не ответила… Как тебе мои фильмы? – спросил он, облизывая губы.

– Дерьмо. Качество стрёмное, не видно ничего, – совершенно искренне ответила Олеся.

– Стрёмное? – Кирилл задумался. Странно, но он выглядел расстроенным, – Наверное, это из старого. Я неспециально, честно. Порнушка нелегально идёт, я уже не помню, где какая, прости, готов исправиться. У меня новое поступление, но надо глянуть. У тебя время есть? – он перестал флиртовать и принялся суетиться.

– Ну, есть, – Олеся слегка расслабилась.

– Я тебе бесплатно подгоню, в нормальном качестве, только надо выбрать, – он полез куда-то под прилавок, – Там крутая запрещёнка есть, прям очень классная. Но она вперемежку со всяким старым дерьмом. Предлагаю глянуть, у меня видак тут за стеной. Сама выберешь.

– Нашёл дуру, не пойду я никуда, – Олеська щёлкнула языком и закатила глаза, – Я не такая.

– Я не трахаться предлагаю, а товар смотреть, – Кирилл нахмурился, – Ты думаешь, я не могу себя контролировать? Я не животное, – он явно оскорбился, – Ты меня боишься, я не пойму?

– Ничего я не боюсь, – Олеська хмыкнула.

– Я здесь работаю, баб я в других местах снимаю. Хотел как лучше, чтоб ты сама глянула, чё понравится. Ну, как знаешь, – улыбка с его лица сползла окончательно, – Но как-то обидно.

– Да ты уже второй раз ко мне пристаёшь, как тебе верить? – Олеся попыталась заглянуть Кириллу в глаза, но тот отвернулся. Он достал несколько видеокассет и куда-то засобирался.

– Боишься – тут стой, я сам, – ответил, как отрезал, – Ты для меня клиент, и ты недовольна. Я пытаюсь исправиться, вот и всё. Для меня это вопрос чести. Я своих клиентов уважаю.

– Ты думаешь я буду смотреть с тобой порнуху? С мужиком? Ты нормальный, не? – обиженный тон Кирилла сбивал её с толку. Обиделся? Может, и правда самой посмотреть? Что там у него за супер-запрещёнка?

– Ой, блин, ты меня не поняла. Ты сама посмотришь, без меня, – Кирилл хлопнул себя по лбу, – Вот я дебил, девчонку напугал. А ты думала, что я с тобой буду торчать? Я ж не гомосек, с красивой бабой порнуху смотреть. Сама выберешь, чё зацепит.

– Сама? – Олеся всё ещё сомневалась, но ей очень хотелось рискнуть. Тащить домой все кассеты – бессмысленно, а парочку классных – нормально, – Тогда пообещай, что не зайдёшь.

– Обещаю, – Кирилл просиял, – Всё, что найду, я на столе оставлю и выйду, а ты одна зайдешь, раз меня боишься.

– Я не боюсь, – Олеська фыркнула.

– Можешь перематывать, выбирать хоть весь день, а у меня других дел полно, – он набрал кассет и бодро нырнул за разноцветную ширму, – Ща приготовлю всё, – выкрикнул оттуда.

Олеся сглотнула. Посмотрит краешком глаза, чё там у него за запрещёнка, и уйдёт.

Кирилл вернулся.

– Иди, там заблудиться не получится, – кивнул он в сторону ширмы, – Одна дверь.

– Ты мне обещал!

– Обещаю-обещаю, не зайду, пиздоболом никогда не был.

– Ладно, я быстро.

Олеся юркнула в узкий проход и оказалась в тёмном помещении. Широкие и пологие ступеньки вели вниз, откуда проглядывал тонкой полосой свет. Полуподвальное помещение? На секунду Олеська замешкалась. За спиной послышались голоса: пришли покупатели, и она решилась. На дворе день, воскресенье, прокат работает, и наверняка по выходным сюда приходит много народу. Она сделает это быстро, пока Кирилл занят с клиентами.

Олеся спустилась и оказалась в просторной комнате. Спинкой ко входу стояло внушительное кресло, напротив которого располагался большой телек и видеомагнитофон. На круглом столе лежала целая гора видеокассет, к стене было придвинуто несколько кресел поменьше. Кинозал, блин.

Кровати не было, и Олеся окончательно расслабилась, взяла одну из кассет, вставила в слот, нажала перемотку, собираясь просмотреть середину картины.

Фильм был настолько горячим и откровенным, что Олеся оторопела. Всё было натуралистично и бесконечно пошло, а от стонов героини ей свело низ живота. Олеся испугалась и хотела, было, подняться, чтобы вытащить кассету, но на плечи ей легли тяжёлые и горячие руки.

– Нравится? – спросил Кирилл и принялся массировать её ставшие напряжёнными мышцы, – Это моё самое любимое кино. Не напрягайся, расслабься, я не буду к тебе приставать.

– Ты обещал! – вскрикнула Олеся, снова пытаясь подняться, но наглая мужская рука лихо расстегнула её куртку и оттянула ворот футболки, проникая под лифчик. Ткань затрещала, – Не трогай меня, скотина! – его пальцы нащупали её сосок, и Олеську пронзило настолько дикое желание, что она сжала ноги, чтобы не застонать. Актриса на экране принялась жадно ласкать себя, наслаждаясь соитием, как кошка.

– Я больше не буду, – зашептал ей Кирилл в макушку, отнимая руку от груди и стаскивая с Олеськи куртку, потом футболку, лифчик. Она уже не сопротивлялась, – Я больше не буду, – шептал он, бесстыдно ощупывая её обнажённое тело и принимаясь жарко целовать в шею.

Она уже ничего не соображала, когда оказалась совсем голой. Теперь в кресле сидел Кирилл, он действительно был большой во всех смыслах, и она сама уселась на него сверху, принимаясь тереться и насаживаться, как одержимая. Её взмокшее тело сотряс мощный оргазм, потом ещё один.

– Блять, тут есть кто? – грубый голос Костяна заставил Олеську остановиться. Охваченная настолько диким ужасом, что в ушах застучало, она спрыгнула с Кирилла, собирая с пола свою одежду, второпях натягивая бельё.

Костян застал их, когда она застёгивала лифчик, мазнул по её почти обнажённому телу равнодушным взглядом.

– Ебётесь? – произнёс обыденно.

– Костя, – Олеська всхлипнула.

– Она сама пришла, сама, – залепетал Кирилл, чьё лицо побледнело, как мел, когда он увидел КТО стоит в дверях, – Я не виноват, нет.

– Ты кто? – спросил его Костян бесцветным голосом.

– Я – Кирилл Моржов, предприниматель, – ответил тот, сжимаясь, как нашкодивший подросток.

– Охуенно, – ответил Костян, развернулся и… просто вышел.

– Скотина! – Олеська схватила Кирилла за грудки, – Это ты во всём виноват! Ты! Он не простит, он убъёт меня, он… – она затряслась в рыданиях.