Магдалина Шасть – Он хороший (страница 10)

– Из Грузии? – Олеся огляделась, – Это ты, конечно, клёво придумал: в школе бухать. А если спалит кто?

Разве так бывает? Только подумала о том, что надо выпить и… вот. Не иначе Олеська Синицкая – избранная. Фартовая однозначно.

– Не спалит, я дежурный сегодня, я тут место одно знаю, – Генка подмигнул, – Не на улице же, там дубак.

– А чё я? Друзей бы позвал, – Олеся усмехнулась. После истории с ментом Снегирёвым она начала подозревать, что оказывает на мужчин какое-то особое влияние, – Или… ты меня ждал? – решила закинуть удочку она и кокетливо поправила распущенные волосы, запуская в них пальцы, как это делал Игорёк.

– Друзья не могут, а ты просто мимо проходила. Не могу я один пить, Синицкая, чё непонятного-то? – пошёл на попятную явно разволновавшийся Генка. Он даже красными пятнами пошёл от смущения. Точно, её ждал. Олеська обрадованно хихикнула.

– А и давай. Только немножко, – согласилась она, втайне торжествуя. Красивая она. КРАСИВАЯ! И уже не дитё, – Где там твоё место?

– Пойдём.

Глава 9. В подсобке

Шли они недолго. Хоботов привёл её в маленькое подсобное помещение, доверху набитое спортивным инвентарём. Окон здесь не было, а их лица освещала лишь продолговатая низковольтная лампочка, торчавшая из стены, как сарделька.

– Садись, – Генка кивнул в сторону деревянной табуретки, а сам быстро забрался на спортивного «козла».

– Сюда? – Олеся бросила сумку в угол и скривилась, разглядывая торчавшие из табуретки щепки и осколки белой краски, – Я колготки порву.

Уже месяц как Олеся перешла на ношение нормальных капроновых колготок и туфлей-лодочек на аккуратных каблучках. Это было красиво, но опасно. Короткий, намного выше колена, подол школьной формы от появления затяжек и стрелок не защищал.

– Ладно, давай я туда сяду, а ты на «козла» залазь, – Генка быстро спрыгнул, оказываясь к Олеське непозволительно близко. Она инстинктивно отступила и упёрлась спиной в полку с гантелями и баскетбольными мячами. Как же тут тесно!

– На «козла»? Хоботов, ты серьёзно?

Он нормальный? Как она заберётся на такую высоту в коротком платье?

– Ну да.

Мешкал Хоботов недолго. Видимо, интимность обстановки подействовала на него ободряюще. Он смело схватил обалдевшую Олеську за талию, легко поднял над полом, развернулся и усадил на пресловутого «козла», быстро отдёрнув руки, словно боялся получить по морде. Девчонка даже охнуть не успела. Вот это силища!

Тем временем Генка уже устроился на табурете и доставал из-за пазухи гранёный стакан и бутылку с красивой этикеткой.

Как будто ничего и не случилось.

Олеся стыдливо одёрнула платье и поспешно свела коленки. При таком положении их тел, её ножки в капроновых колготках находились на уровне Генкиного лица, и она почувствовала себя неловко.

– Только стакан один, – а Хоботову неловко не было, – Ничё?

– Ой, ладно, – Олеськи до смерти хотелось расслабиться, ведь сидеть на дурацком «козле» было неудобно и жёстко, – Ты уверен, что не спалят?

– Да мы сто раз так делали. Физручка мне ключи оставила, вернётся через час-полтора. Не бойся, Олесь, – Генка настолько красноречиво сверкнул в сторону Олеси своими серыми глазами, что та поёжилась. Точно, нравится она ему, – Если боишься, что я заразный, первая пей, – он поспешно отвернулся, откупоривая бутылку привычным жестом, – Но я не заразный…

Обалдеть! Наглости бухать в самом сердце образовательного учреждения до этого дня Олеся себе не позволяла. Ай да Генка! Устроил ей приключение посреди учебного года. Бунтарь.

А тот уже протягивал ей свой стакан, доверху наполненный жидкостью тёмно-вишнёвого цвета. Ну ничего себе. Олеся приняла стакан и отпила маленький глоток, сморщившись в ожидании ощущения отвратительной кислятины во рту. На её удивление вино было ароматным, терпким и очень вкусным.

– Ну как? – Генка тревожно вглядывался в её лицо – видимо, силился понять понравилось ей или нет, – Нормальное?

– Да ничё так, – Олеся сделала ещё один глоток и расслабленно обмякла, – На, – протянула стакан Генке.

– Как-то ты слабо пьёшь, – усмехнулся тот и выпил остатки залпом, – Хорошее, – констатировал, причмокивая губами, как знаток.

– Вино пьют медленно, его смакуют, – оскорбилась Олеся, – А ты залпом жахнул, будто водку. Так с вином не делают.

– Слушай, давай я завтра домашнего коньяка принесу? – предложил Хоботов, уверенно наливая вина в стакан, – Как раз перед дискотекой бахнем. Давай, а?

– Только на торжественную часть не надо, а то спалят, – слегка опьяневшая Олеся довольно улыбнулась. Как хорошо, что Генка Хоботов в неё влюбился.

– Само собой. На. – тот снова протянул свой доверху наполненный стакан.

– Не части, – хихикнула Олеська.

– Мы в школе, надо пить быстро, – напомнил ей Генка, – Физручка скоро вернётся, у нас около часа в запасе

– Блин.

Второй стакан Олеся выпила до дна и довольно облизнулась.

– Хорошее вино, даже закусывать не надо, – похвалила она, чувствуя, как голова начинает кружиться. В отсутствии свежего воздуха и тесноте ей сделалось невыносимо жарко, – Только в этой душной каморке дышать нечем.

– Совсем забыл, – спохватился Хоботов, – Во, – он достал из кармана ириску, – На. А то даст по шарам с непривычки, свалишься.

– Ха, с непривычки? Да я столько этого вина выпила, сколько ты за всю жизнь не выпьешь, – похвасталась Олеся, опасно покачнувшись. Перед её глазами замелькали мушки, – Что-то жарко мне.

– Ты в порядке? Не падаешь? – Хоботов выпил свою порцию и встал, положив свою крупную ладонь на Олесину коленку. От тепла его крепкой руки по бедру пробежала пугливая дрожь и стало ещё жарче.

– Э, руки убери! Вообще уже? – возмутилась она, смахивая его нахальную руку и качаясь ещё сильнее, – Ой, мама.

– Держись за меня, – Генка приобнял её, чтобы не упала, и Олеська почувствовала его дыхание на своей щеке, – Олесь, я держу тебя, не бойся, – его руки обвили её чуть пониже талии.

– Хоботов, хорош меня лапать! – разозлившись, девчонка пнула наглого одноклассника коленкой в грудь и упёрлась ладошками в его широкие плечи, отпихивая, – Уйди, говорю, а то заору.

– Синицкая, ты дура? Я тебя просто придержал, чтоб не грохнулась. Нахрен ты мне нужна? – Генка отстранился и глянул на неё обиженным взглядом, – Ты вообще не в моём вкусе. Просто одноклассница и всё.

– Просто одноклассница? – Олеське стало обидно, – И всё?

– И всё, – отрезал Генка, снова потянувшись за бутылкой, – Пропусти, раз слабая такая. Посиди, подыши. Тащить тебя по школе пьяную я не собираюсь.

– Позвал – значит наливай, – Олеся разозлилась, – Не жадничай. Значит, не в твоём я вкусе, Геночка? – от бешенства её опьяневшая в духоте голова потихоньку вставала на место, – А кто ж в твоём, расскажешь? – неужели даже рыжий Генка не видит, какая она хорошенькая.

– А с какого я тебе должен рассказывать, Олесенька? Это тайна. – Хоботов снова наполнил стакан и протянул его Олесе, избегая смотреть ей в глаза, – На. Только понемножку пей, а то уже косая.

– Это кто-то из нашего класса? – на секунду мелькнула мысль о Самохиной. Неужели Хоботов позвал Олесю только потому, что влюбился в её подругу? Как-то глупо, но пацаны в таких случаях умом не блещут. Нет-нет, только не это, – А она… ну, та, которая тебе нравится, тёмненькая или светленькая? – Олеся сделала глубокий глоток и поморщилась, потому что отчего-то вино стало горчить, – Давай свою ириску.

– Не скажу, – Генка протянул Олеське конфету и вскинул на неё свои серые глаза. В них она увидела грусть и томление. Всё-таки не Самохина? Или Самохина?

– Я никому не скажу, Ген, честно, – Олеся снизила тембр голоса, пытаясь вызвать Хоботова на откровенность, – Не тот я человек, чтобы чужие тайны выдавать.

– Ну, допустим, светленькая, – Генка снова отвёл взгляд, словно смутившись. Не Самохина. Олеся выдохнула.

– А, – и улыбнулась, – Тебе нужно пригласить её куда-нибудь, – подсказала она явно страдающему Генке, – Погулять.

– А если она откажется? – на Генку было жалко смотреть. Всё-таки трудно пацанам первый шаг делать.

– Почему она откажется? Ты… симпатичный, – отчего-то Олеське до смерти захотелось Хоботова поддержать. То ли хмельное вино было виновато, то ли их с Генкой нечаянное уединение. Конечно, до симпатичного ему, как вороне до павлина, но кое-какой шарм есть. Фигура, например. Плечи широкие, ого-го, – И сильный.

– Правда? – конопатое лицо Генки радостно просияло. Не только девчонкам сложно – это открытие Олесю поразило, – А ты бы со мной пошла… погулять?

– Я? А я не в твоём вкусе, – Олеька злобно рассмеялась. Один/один. Втрескался Хоботов в Олеську, но не признаётся! Сто процентов.

– Но всё же? – парень не отставал.

– Ну можно, чё, – пожала она плечами, празднуя победу. Неужели позовёт её сейчас куда-нибудь?

– У меня дурное предчувствие, пойдём отсюда, а то физручка накроет.

Вот козёл!

– А вино? – Олеся разочарованно нахмурилась.

– Знала б, что ты на полтора стакана меня позвал, не пошла бы!– Завтра. На сегодня хватит, а то попадёмся, – Генка закупорил бутылку и засунул её себе за шиворот, – Давай-давай, спрыгивай, – он осторожно приоткрыл дверь и выглянул из-за неё, изучая обстановку в коридоре, – Никого. Давай, Синицкая, прыгай!

Даже не поможет ей спуститься? Козёл! Разочарованная Олеська неловко спрыгнула и, конечно, неудачно приземлилась.