Ма. Лернер – Чистилище для неудачника (страница 39)

Он не сын, а младший брат от одной жены предыдущего хана. У них наследование идет не по старшей мужской линии, а кого хан изволит назначить. Ясное дело, постороннего не посадит рядом. Но все сильно осложняется многоженством. Дети от разных супруг и нередко враждующих племен обычно друг друга недолюбливают. И это мягко сказано. Вечно после смерти прежнего владыки начинаются столкновения. Татар избежал обычного сценария, скрыв конец отца. Пригласил от его имени на встречу и прикончил два десятка потенциальных претендентов разом. Не мне его осуждать, зная, что ждет Словению. Я б тоже с удовольствием перебил будущих кандидатов на престол, вместе с семьями. Пусть не лучший государь, зато без Смуты. Но это так, пустые мысли. Не в моих силах и возможностей такое проделать. А если б начал, наверняка, бы толкнул уцелевших на резкие действия из страха. Откуда им ведать, что приказ не свыше, а по собственной инициативе? То-то и оно. Иногда пытаясь сделать лучше, толкаешь лавину раньше. Кто поверит без доказательств? А и поверят, неужто уступят трон?

- Сколько тебе лет, кэптэн Рад?

Он тоже скорее на рязанца, чем на монгола похож. Нос курносый, глаза голубые. Не удивительно, раз мать тверская княжна. Дань платят не только серебром, но людьми. Даже если это так не называется.

- Осемнадцать в червень исполнилось, - честно отвечаю.

- Мне девятнадцать и я природный князь, а не ишпан.

Мог бы сказать безродный пес, я б не удивился. С точки зрения рангов чингизиды равны рюриковичам. Точнее последние так считают, поскольку Словения с огромными потерями отбилась. Владимирцы и прочие северные княжества до Новгорода платили дань, Старград - нет. Откупался временами, такое было достаточно регулярно, пока Золотая Орда не развалилась, но вассалом мы не стали. Крымский хан государю писать, именуя сыном, не посмеет. Тем не менее, кто такой для калги ишпан? В лучшем случае, мелкий мурза. Даже не бей.

- С детства на коне. В набеги ходил, с русичами бился, запорожцев и кабардинцев гонял, беря их городки и разбивая ватаги. Но такого, - он покачал головой, - две тысячи побить четырьмя сотнями. И ведь не мужиков с вилами, - сказал с досадой. - Видать правду говорят, на тебя Тенгри глаз положил.

И ведь не объяснить, что вторую жизнь воюю и опыта имею на парочку польных гетманов. Выше не претендую. Никогда под началом не состояло свыше нескольких тысяч. Зато в десятках сражений участвовал. Причем в самых разных качествах от простого юнака до командующего. Я точно знаю, как действовать в той или иной ситуации и не читаю зазорным удрать, если противник заметно сильнее. Притом, талант, дерзость и отвага с опытом не всегда приносят на войне нужный результат. Без удачи тоже нельзя. Многомудрые воеводы с кучей победных сражений иногда спотыкаются на ровном месте чего-то не предусмотрев. Хуже того, опытный ратник вроде Хмары может погибнуть совершенно случайно от рук неумехи, трясущимися руками нажавшего на спуск арбалета. Судьбу не изменить и всего не предусмотреть.

- Без удачи никак, - говорю вслух. - Но на одном счастливом случае карьеру не сделать. Нужно учиться у профессионалов. Всегда и везде. Побеждает не тот, кто лучше, а правильно использующий ошибки противника, как здесь, когда поймал на марше. Знать сильные и слабые стороны врага половина победы. Я не использовал прежде осадные бомбарды, - вранье, хотя никто на нем поймать не сумеет, - значит буду ходить за Мастером-пушкарем и не только смотреть, еще и спрашивать, зачем и почему то или это, не опасаясь потерять лицо. Если завтра с ним нечто случится, сам смогу объяснить или встать у пушки.

Откуда-то из глубины внезапно вылезло воспоминание: почти дословно так поучал отец. Только было мне много меньше и особо не слушал. Хотелось играть, а не стоять, получая очередную нужную нотацию. А теперь вылезло практически дословно. Оказывается в памяти сохранилось.

- Вот сейчас мы идем с обозом и только глупец думает, телеги сами приедут. Надо разве покричать на возчиков. Плетьми бить ума не требуется. Важно организовать поход, чтоб шли туда и так, как тебе потребно. Дисциплина, снабжение и подготовка. Ратник должен быть всегда сыт, обут и на справном коне с оружием. И это необходимо контролировать лично. Они все, - я показал на идущих мимо, - могут меня сколько угодно не любить, за то, что гоняю в свободное время и запрещаю пить в походе, но мне важно, чтоб они не хватали дедовское оружие и бежали заполошно в бой, а знали, как и куда. И этого не достичь без палки. А все остальное, ну я ж не хан, на коврах мягких не сплю, ем с ними из одного котла, честно делюсь добычей. И не гневаюсь, когда пеняют на отсутствие соли или указывают на ошибки. У кое-кого из моих людей опыта намного больше и не зазорно послушать. Отсюда и мои успехи. Держать уши открытыми, окружать себя профессионалами, а не льстецами и корить людей, требуя исполнения приказов. Другого рецепта у меня нет.

Глава 3.

Штурм.

Чтоб не крутилось в головах у фрягов, все ж с той стороны могли оказаться и их бывшие товарищи, работали они четко и по всем правилам. В этой жизни мне не приходилось еще выступать в роли бомбардира, но в той с пол года побыл. Не по своему хотению. Профессия пушкаря достаточно опасна по многим причинам и назначают туда провинившихся. 'Любовь' наша с полковником была взаимной: он воровал у собственных ратников, я с удовольствием закладывал, но он был выше по званию и в родстве с каштеляном Варны. В итоге закончилось почетной ссылкой на батарею. Я все ж был не от сохи, а настоящий ишпан и к тому же по званию ротмистр. Лично заряды не таскал, будучи поручником командира, но насмотрелся во время осады достаточно. Так что опытным взором гляжу на вроде бы случайную суету.

Канонир сыпет порох в затравочное отверстие после прочистки ствола банником. Это, в принципе, тяжелая работа, а при размере осадных пушек и вчетвером не справиться. Труд важнейший, чтоб не произошло случайного выстрела до времени. Для большей уверенности запал при пробанивании затыкался пальцем, чтобы перекрыть доступ воздуха в ствол и дать потухнуть тлеющим частицам. Поднятое с земли ядро следовало начисто вытереть, прибивали порох и ядро пыжами из сена или соломы.

Чтобы выстрел гарантированно произошел, запальное отверстие протыкалось затравником (металлической иглой) до самого порохового заряда в стволе и заполнялось мелким порохом. Да и сам заряд, не смотря на предварительную проверку специальными металлическими объемами не гарантировал одинаковой силы выстрела. Качество пороха вовсе не одинаково, особенно когда из разных партий. В этом нужно хорошо разбираться, а не пихать сколько тебе хочется на глаз. Всего на одну осадную бомбарду приходилось 75 человек прислуги, если считать с обозниками, возчиками, конюхами, кашеварами и тому подобным народом.

Лис или Лисовский, как его уже привычно называли все, подошел в последний момент, примериваясь. Самолично долбанул пару раз специальным молотком по деревянному клину, поправляя наводку ствола. Удовлетворенно кивнул и поднес запальник. Как артиллеристы, так и я дружно закрыли руками ушами. Жутко бьет по слуху, а уж как лошади этого грохота не любят! Приходится их держать подальше от позиций.

Бомбарда грохнула, заодно напустив вокруг себя кучу дыма. Рассмотреть толком попадание после такого достаточно сложно, но я торчал заметно в стороне и прекрасно видел. Ядро врезалось куда требовалось. Стена в очередной раз полетела обломками. Правда люди уже не валились. Там почти никого не осталось. Погибать за здорово живешь никому не хотелось. Два выстрела из каждой пушки каждый час, с перерывом на темноту. В первый же день, когда в Солдайе сообразили куда дело идет, они пошли на вылазку чуть не всем гарнизоном. Но эти штучки мы с калгой предусмотрели. Кроме рогаток, связанных вместе заостренных брусьев, которые выставляются для заграждения пути, сцепляя специальными железными крючьями, противника с нетерпением ждали воины Шахина в немалом количестве. Стоило атакующим завязнуть в оборонительных кольях, как им в спину ударили всадники. Калга мог быть довольным. Пару сотен человек его конники порубили и едва на плечах отступающих не ворвались в город.

Дальше пошло скучнее. Шестой день бомбарды били по стене. Ответный огонь из-за малого калибра крепостных пушек, баррикад с заполненными землей мешками и туров, цилиндрических корзин, набитых песком, служащих укрытиями от обстрела, не приносил им особого успеха. Но для этого требовалось сначала оборудовать правильно позиции.

Я гонял не только пленных, но и своих на строительство укреплений, благо в обозе нашлось все для устройства лагеря: лопаты, кирки, мотыги, порох, ядра, топоры, пилы и даже разборные лестницы. Может этого никогда не случится, но могли вернуться наемники из-под Мангупа и ударить в спину. Да и пушки слишком замачивая цель, что снова не попробовать напасть внезапно или ночью. Потому со всех сторон рвы, заграждения, караулы и одна сотня всегда в полной готовности к бою. Ну и, безусловно, гораздо правильней нагрузить трудами полезными, чем дать возможность сидеть без занятия и неизвестно о чем думать. Перебежчики и предатели с насильниками и убийцами частенько появляются, когда времени свободного излишне много.