М. Борзых – Жрец Хаоса. Книга IХ (страница 34)

И да, слова принца не расходились с тем восхищённым взглядом, которым он окинул бабушку. Правда, спустя пару минут, отдав должное дифирамбам, принц всё же вернулся к сути и обернулся ко мне. Его выражение лица вновь стало сосредоточенным и деловым.

— Я так подозреваю, Юрий Викторович, что у данного водопада щедрости должна быть и обратная сторона, ради которой, собственно, вы и прибыли в столь поздний час. Поведайте же о ней.

— И вы, как всегда, правы, Ваше Императорское Высочество! Обратная сторона медали такова, что нам нужно перебазировать первую и вторую Тихоокеанские эскадры на время предстоящего брожения океана, а мне уничтожить элементаля магмы, живущего в Шивелуче и скрыть от людских глаз источник жизни, чтобы ни один человек не смог им больше воспользоваться.

Глава 18

— М-да, ну хоть не полцарства и принцессу в придачу, — невесело хмыкнул принц. — А эскадры-то тебе зачем перебазировать? Уж не японцам ли свободный коридор устраиваешь?

— Боги с вами, Ваше Императорское Высочество! — возмутился я. — Вы историю Капелькина помните? Чтобы этого не повторилось лучше перебазировать. Да и японцам не до нас пока, у них война не пойми с кем в разгаре.

— А ты откуда знаешь? Я думал, это твоих рук дело… всё так удачно сложилось… — непрозрачно намекнул мне принц на чужую войну.

— Нет, там кто-то флотилию пригнал с флагом на полсолнца. Так что я просто воспользовался неразберихой. И то едва не со смертельным исходом. Оказывается, переизбыток магии жизни вполне может повлечь за собой смерть.

Принц задумчиво потёр подбородок и вернулся за стол, сделав ещё глоток чая.

— А Морозова туда никак свозить не выйдет, пока неразбериха? — задал он ожидаемый вопрос. — Плюс два архимага в строю — отличный сюрприз для соседей.

— Я и за первый-то не расплатился, второй и вовсе не переживу.

Рубил концы я сразу, ибо справедливо считал, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. С такими ценниками на лечение у меня пупок развяжется расплачиваться.

— И то верно, возврат к силе княгини — сущее чудо, грех стенать. А что по срокам? Когда ждать брожение? — вновь вернулся к деловому тону принц.

— Увы, пока не могу сориентировать. Как только узнаю, сразу сообщу.

Принц задумчиво сверлил нас бездумным взглядом, а после отмер и принялся тут же что-то писать на гербовой бумаге.

Минут пять был слышен лишь скрип артефакторного пера, а после принц завизировал документ печаткой с оттиском силы Пожарских.

— Мой дед, а что вернее, моя бабка, мир её праху, были не правы, отправив вас, княгиня, в отставку. Своим указом я прошу вас вновь возродить свой легион и вернуться на службу.

— Служу империи! — козырнула Елизавета Ольгердовна.

— А вы, Юрий Викторович, уж не затягивайте сильно, сезон штормов скоро начнётся. Я пока им пообещаю внеплановые учения провести, чтобы были и во всеоружии, но дольше месяца такое объяснение не продержится. Да и я бы хотел, чтобы к коронации на рубежах империи спокойно было.

— Простите за любопытство, а дата определена?

— Официально — нет. Неофициально — день зимнего солнцестояния, — чуть скривившись, не стал увиливать от ответа принц, тем самым введя нас с бабушкой в узкий круг доверенных лиц. — И вот ещё… — принц вынул из ящика стола две пурпурные карты с золотыми вензелями: — Если будете готовы принести личные клятвы, войдете в ограниченный круг действительных тайных советников. Моих лично. И на коронации быть обязаны оба. Уважительные причины для отсутствия — смерть или война. И не смотрите так на меня. Неспокойно у нас на западе. Мать, конечно, пытается через родню узнать что-то, но… Некоторые приготовления настораживают. Наша разведка всё списывает на устранение последствий сшибки двух крыльев Ордена Святой Длани, но я в это не верю.

Мы с бабушкой переглянулись, и я ответил за двоих:

— Клятвы можем принести хоть сейчас.

— Не стоит, — отмахнулся принц, — на первом собрании принесёте, как и все остальные. Преданные мне люди должны знать, на кого могут положиться в деле спасения империи. И как-то так выходит, что почти все они из далеко не самой светлой фракции, — добавил он уже под нос себе.

Мы забрали карты личного клуба Его Императорского Высочества и с поклоном покинули кабинет.

Навстречу нам уже катили тележку на колёсиках с сервированный чайным сервизом и какими-то нарезками. Похоже, что рабочий день принца нашей встречей не закончился.

На бабушку я заблаговременно навесил иллюзию, приняв для себя одно решение. Обсуждали мы его уже дома.

— Рассказывай, — тут же обратилась ко мне княгиня, стоило нам зайти к ней в кабинет. — по глазам вижу, что придумал что-то.

— Есть такое, — согласился я. — Вам бы затворницей посидеть недельку, а то и две, чтобы вы успели на Родину предков отбыть, вылечиться и прекрасной девой воротиться. А то у нас даже военные десантные дирижабли так быстро не летают, чтоб всё вышеупомянутое успеть за трое суток. Мне-то можно в обществе появляться, я мог свои вопросы и быстрее решить, отчитываться не перед кем не должен, а перед кем должен, перед тем мы уже отчитались. А вам… почву для появления нужно подготовить.

— Согласна, — кивнула княгиня, и улыбка на её лице чуть померкла, — посижу теремной затворницей для пользы дела.

— А просто сидеть не надо. Работать будете. Теперь у нас с вами нет времени на отдых. Принц не просто так на запад с опаской смотрит. И думаю, нам намёк дал более чем прозрачный, нужно браться за восстановление легиона в ускоренных темпах.

— Это ты у нас ловкий, можешь нескольких химер за ночь создать, у меня всё скромнее, одну осилю в таком состоянии и то радость! — будто бы извиняясь, развела руки бабушка.

— Я и не прошу вас пятилетний план за ночь выполнять во вред себе. Вы поднимете всё записи предков, и будете в ночь создавать одну химеру, но каждый раз разную. Я буду с вами, смотреть, изучать, и после повторять, а фиксировать готовых химер будете вы, чтобы сразу привязка была двойная. Будем два легиона воссоздавать, один живой для вас, и один кошмарный для меня. Его я с миру по нитке буду собирать из снов. Мне ещё Волошины сеанс обещали и Капелькин. Так что работы хватит всем. Но и сила за нами теперь будет стоять такая, чтобы ни одна аристократическая сволочь даже не пискнула в нашу сторону.

— Да с аристократами мы особо и не вздорили, — грустно улыбнулась бабушка. — А вот Ордену наше усиление не понравится.

— Значит, и с ними решим вопрос окончательно.

Бабушка смотрела на меня долгим пронзительным взглядом, а потом улыбнулась так, что у меня волосы встали дыбом не только на затылке.

— А ведь теперь на мне их благословения нет. Вышло всё, вместе с источником! Теперь мы им такой последний день Помпеи можем устроить… Мало не покажется.

М-да, вот она… та самая бешеная сука Угарова, о которой я столько раз слышал, возродилась из пепла, что тот феникс.

— Но мне ещё нужно будет пообщаться с нашим местным иерархом. Накопились у меня к нему вопросы. И к тому же внутренний раскол устраивать накануне вероятной войны не самая хорошая идея. Поэтому придётся чуть обождать, если только сами на нас не полезут. А причин и предпосылок для этого я пока не видел.

— Хорошо, подождём, — согласилась княгиня. — Но если к Светловым у меня счетов не осталось со смертью их патриарха, то с Орденом, боюсь, так не выйдет.

В первую же ночь в лабораторию к княгине мы не отправились. Это было моё волевое решение, ведь Елизавета Ольгердовна рвалась в бой проверить собственные силы. Однако же и я, и Эльза хором советовали ей всё-таки поберечь себя и дать возможность организму свыкнуться с новым состоянием, поскольку сейчас на энтузиазме бабушка вполне могла не рассчитать собственных возможностей и надорваться, по сути, пустив насмарку всю ту работу, которую совершил источник.

Причём мы были столь убедительны, что Эльза даже собственным влиянием погрузила бабушку в сон. И сон этот был на диво хорош: в нём не было необходимых мне смертей, зато в нём был такой ураган позитивных эмоций, эйфории и эндорфинов, что я просто не смог удержаться и остался внутри. Подглядыванием я это не считал, ведь во время сновидческих путешествий я все больше узнавал род Угаровых, и мне это искренне нравилось. Сильные, волевые, искренние, с принципами. Такими предками можно и нужно было гордиться.

Княгиня во сне была совсем юной девчонкой, хотя внешность вполне могла быть обманчива, но на вид ей было лет восемнадцать-двадцать, не больше. И при этом летала она уже на своей Василисе, вытворяя в небе такое, что я только диву давался. Васька крутила в небе едва ли не мёртвую петлю, уходила в горизонтальные штопоры, во время которых княгиня оказывалась вниз головой, умудряясь при этом стрелять из скипетра. И всё это было при имитировании боевых действий, когда, с одной стороны, выступал её дед вместе с химерами, а с другой стороны — сама княгиня. Это было столь захватывающе, столь ярко будоражило кровь, что я невольно мчался рядом, но в этот раз на собственном Горе, наблюдая, как дед княгини гонял её саму, тренируя не только навыки боевые, такие как скорость реакции, мгновенное принятие решений, но и взаимоотношения с химерами, которые были под её рукой. И да, не всегда это выходило у неё виртуозно: часть химер иногда срывалась в слабо управляемые авантюры, поддаваясь не то подсознанию княгини, не то её необузданным желаниям. Но, честно говоря, от этого сна я получил не меньшее удовольствие, чем бабушка.