Люси Колман – Лето в Андалусии (страница 32)
Я шокирована признанием Рика, поскольку его финансовое положение меня не касается.
– Итак, давай вернемся к тебе. Какой животрепещущий вопрос волнует тебя сейчас? – спрашивает Рик, и я вздыхаю.
– По сравнению с тем, чтобы взять на себя ответственность за ведение успешного бизнеса и обеспечить работой целую команду, на самом деле это звучит глупо, – честно отвечаю я.
– Ну перестань. Я поделился, теперь твоя очередь.
Мне требуется минута или две, чтобы собраться с мыслями.
– В то время, когда мой отец переживал свой самый страшный кошмар, я только усугубила его страдания. Я плыла по течению вместе с Уорреном, моим бывшим, потому что не хотела признавать тот факт, что наши отношения изменились. Теперь я уже не уверена, что мы когда-либо были по-настоящему влюблены, мы были просто молоды. Когда я вернулась домой, однажды в дверях появился Уоррен. Мама пригласила его войти, и Уоррен наговорил много такого, о чем, я уверена, он теперь сожалеет, но он, кажется, предположил, что стресс из-за папиной работы сделал наши отношения невозможными. Вскоре после этого ушла мама. Она обвинила папу в том, что он разрушил мои отношения, но, конечно, дело было не в этом, и это была даже не вина Уоррена, это была моя вина. Я все откладывала разговор, потому что мне не нравились все эти треволнения.
Рик печально качает головой:
– Лейни, звучит тяжело, но ты не можешь винить себя в подобной ситуации. Люди верят в то, во что хотят верить.
– Если бы я просто подождала немного, пока отношения между мамой и папой наладятся, тогда, возможно, она осталась бы, чтобы помочь папе пережить все то, что случилось. После того как она ушла, папа подал на развод, и мама не стала это оспаривать. Уоррен разозлился и сказал, что скандал изменил меня, и в некотором смысле так оно и было, поскольку ситуация заставила меня переосмыслить то, чего я хочу от жизни. Уоррен просто не захотел смириться с тем фактом, что мы перешли от любовных отношений к дружбе, а мне этого было недостаточно. Он сказал несколько шокирующих вещей, и я поймала себя на том, что смотрю на него и думаю, что он никогда не был тем человеком, каким казался, практически все это время мы жили во лжи.
– Отношения и в лучшие времена даются нелегко, – мягко замечает Рик. – Значит, теперь ты несешь в себе это чувство вины, потому что считаешь себя ответственной за то, что разлучила своих родителей?
Я киваю с несчастным видом:
– Я не считаю, я это знаю. Я такая, какая есть, только благодаря им; когда я росла, они ставили мои потребности на первое место. И я подвела их, когда они нуждались в моей поддержке.
На лице Рика появляется выражение шока, а затем смятения.
– И ты согласилась приехать сюда, потому что увидела в этом шанс снова свести их вместе? Это опасно, Лейни. Тебе не кажется, что если бы они хотели снова быть вместе, то осознали бы свою ошибку и сами нашли выход?
У меня на сердце тяжело, и я знаю, что Рик прав. Томас легко мог найти кого-нибудь другого для этого задания, и я сейчас была бы во Франции. Но правда в том, что я хотела быть здесь с Риком, и все, казалось, встало на свои места, когда папа предложил меня заменить.
– Изначально это не входило в мои намерения, – объясняю я. – Я честно пообещала маме, что буду рядом, потому что она никогда раньше ни о чем меня не просила. Для нас это могла быть возможность снова сблизиться. А потом, когда возникла эта поездка, я…
Мои слова обрываются. Как я могу признать, что быть с Риком временами так волнующе; моменты, когда мы общаемся на личном уровне, заставляют мое сердце колотиться, а голову гудеть. Я знаю, что это неправильно, но это факт, который я не могу отрицать и которым я не могу с ним поделиться.
– Тебе показалось, что это слишком хорошая возможность, чтобы ее упустить? Дать родителям возможность побыть вместе?
– Да.
Трудно скрывать правду, которая заключается в том, что я здесь под ложным предлогом. Я обманывала себя до этого момента, но я не могу поделиться этим с Риком, потому что… что он обо мне подумает? Я прекрасно понимаю, что он недоступен, но, похоже, ничего не могу с собой поделать.
Он перекидывает ноги через спинку шезлонга, наклоняясь вперед с бокалом в руках.
– Лейни, эта твоя книга, возможно, более проницательна, чем ты думала. Если посмотреть на ситуацию под другим углом, то, знаешь ли, твоему отцу не обязательно было соглашаться тебя подменять. Он мог просто отказаться.
– Но я знала, что он этого не сделает, потому что чувствует, что обязан маме за то, через что заставил ее пройти.
– Это я могу понять, – согласно кивает Рик. – Но решение было за ним, и тебе пора отступить и позволить им самим между собой разобраться. Чему быть, того не миновать.
Я знаю, что он прав и теперь это не в моей власти. Я никогда не хотела никого обидеть, но я чувствую себя эгоисткой, потому что это было так же важно для меня, как и для того, чтобы дать родителям шанс побыть вместе. Быть здесь с Риком – это искушение, перед которым я просто не могла устоять, и я должна была это осуществить.
– А завтра я собираюсь позвонить Кэти и высказать, как говорится, свою правду.
Когда я смотрю на него, у меня в груди сердце замирает, и мне трудно изобразить ободряющую улыбку.
– Как бы то ни было, у нас отняли выходной. Мы можем перенести встречу на ближайшее воскресенье?
Я колеблюсь, потому что знаю, что ответом должно быть «нет».
– Я не уверена…
– Ой, да ладно тебе! Давай денек побудем туристами и забудем о работе, семье и превратностях судьбы.
Когда мы смотрим друг на друга, я вижу, что он выглядит намного счастливее, будто светлеет и становится ярче. Хотела бы я чувствовать то же самое, но это не так.
– Не знаю, как тебе, но мне эта вода кажется заманчивой. Так и тянет искупаться, просто чтобы немного остыть перед сном. А ты как думаешь? – спрашивает Рик с озорной ухмылкой.
Оглядевшись, я прослеживаю за его взглядом и замечаю, что мы одни.
– Хм, идея заманчива, но я думала, ты устал.
– Так и было, но теперь я проснулся. Давай, пойдем переоденемся. Встретимся здесь через десять минут.
Мне нравится, что ничто не затягивает Рика надолго и он не зацикливается, как иногда делаю я. Последние полчаса я с тоской смотрела на этот бассейн, но никогда бы не предложила залезть в него. Возможно, стоит ослабить бдительность и больше доверять себе. Кроме того, какой вред может принести небольшое невинное развлечение?
За исключением того, что ничего и никогда не бывает просто, ведь так? Сделав несколько кругов вверх-вниз, стараясь не отставать, я подплываю к бортику и довольствуюсь тем, что некоторое время наблюдаю за мужчиной. Он прекрасно чувствует себя в воде, рассекая ее без особых усилий. От освещения по краям бассейна вода на его коже блестит. Когда он поднимает руку, его мышцы напрягаются, а его внимание – это чистая сосредоточенность. Внутри меня зарождается чувство тоски.
Я на мгновение закрываю глаза, задаваясь вопросом, найду ли я когда-нибудь такого же классного мужчину, как Рик. Открыв глаза, я буквально подпрыгиваю. Рик замер всего в паре футов от меня, и на его лице написано беспокойство.
– Что случилось? – тихо спрашивает он.
– Устала, вот и все.
Но это не вся правда.
– У тебя грустный вид.
– В самом деле?
Глаза Рика внезапно загораются, и прежде чем я успеваю понять, что происходит, его руки обхватывают меня за талию и он поднимает меня из воды. Я тут же снова падаю в его объятия и не могу удержаться от улыбки.
– Так-то лучше. – Он смотрит мне в глаза, и что-то глубоко внутри меня тает. Если это – мое решение, то у меня большие, очень большие неприятности.
Уже миновала полночь, когда мы в конце концов расстаемся. Мы с Риком стоим в коридоре, где наши пути расходятся.
– Спасибо, что подбодрила меня сегодня вечером, – негромко говорит он, поскольку вокруг ни души, а все остальные, похоже, уже в постелях.
– И тебе спасибо. А мне понравилось плавать в бассейне…
И тогда это происходит. Я начинаю отворачиваться как раз в тот момент, когда он наклоняется, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на моей щеке. Внезапно наши губы соприкасаются, и мы оба замираем. В этот момент мягкость его губ посылает ударную волну по всему моему телу. Резко отстранившись, мы мгновение смотрим друг на друга. Он не извиняется, а просто громко вздыхает.
– Спокойной ночи, Лейни. Приятных снов, – бормочет он, поворачивается и уходит.
Это не было запланировано, и все же я ловлю себя на том, что стою здесь, желая, чтобы это был настоящий поцелуй, который что-то значит.
15. Пламя разгорается
Конкуренция накаляется. На вчерашнем занятии шеф-повар Джоана Баррадаш, участница конкурса из Португалии, поразила всех и удостоилась заслуженных аплодисментов. Главным блюдом был холодный суп, и Джоана приготовила
Сегодня главный ингредиент – иберийская свинина. Блюда конкурсантов вдохновлены приготовленным Риком на гриле иберийским свиным филе с потрясающим цитрусовым хумусом, маринованной морковью и тонкой струйкой густого мясного соуса, приправленного небольшим количеством сладкого хереса