Люси Колман – Лето в Андалусии (страница 34)

– Извини, что пропустил тебя за обедом. – Голос Рика заставляет меня мгновенно поднять взгляд. Я сижу за маленьким столиком в тени и делаю пометки. – Не помешаю?

– Нет. Все в порядке, пожалуйста, присаживайся. Я уже собираюсь уходить.

Я вижу, что он был не вполне уверен в том, как я отреагирую, и, похоже, испытывает облегчение.

– Ну и денек выдался, – бормочет он.

«И прошлая ночь была замечательной, но это же была просто ошибка, ведь так?» – говорю я себе.

– Можешь сказать это еще раз. Поговорим о том, что тебя волнует. Приготовление пищи ненамного сложнее, – признаю я.

Единственный способ справиться с тем случайным поцелуем – притвориться, что его не было, и это меня вполне устраивает. Взглянув на часы, я вижу, что уже почти пять часов вечера, и я довольна сегодняшним обзором.

– Мне удалось сделать несколько снимков кухонной драмы, и я надеюсь, что одна из фотографий будет достаточно хороша, чтобы ее использовать. Это был урок того, как соображать на ходу, и хотя Луи сегодня не стал лучшим, он был близок ко второму месту, что стало невероятным достижением. – Я что-то бормочу, и мы оба знаем, что должны покончить с этим.

– Скажи честно, ты действительно собиралась уходить или просто проявляешь вежливость? – обаятельно улыбается мне Рик через стол.

– Ты о чем?

– Я хотел спросить, не хочешь ли прогуляться по парку? Мы могли бы взять мороженое или что-нибудь выпить.

Ясно, что он хочет поговорить, а я закончила работать.

– Дай мне десять минут, чтобы отнести это наверх и ополоснуть лицо холодной водой, и я встречу тебя в вестибюле. Годится?

– Отлично. Увидимся.

Рик опускает солнцезащитные очки, откидывается на спинку сиденья и наклоняет голову, чтобы ощутить на лице солнечные лучи. Его обычно бледная кожа покрылась золотистым загаром, таким похожим на то здоровое сияние, которое я теперь вижу, когда смотрюсь в зеркало. Всем нам идет на пользу солнечный свет, и когда я ухожу, я снова чувствую себя более непринужденно.

Я поднимаюсь по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки зараз, и приостанавливаюсь, когда у меня оживает телефон. Я вижу, что это Дарио.

– Какой приятный сюрприз. Дарио, как у тебя дела и как там Йен?

– У нас все хорошо. Несколько солнечных дней всех взбодрили.

– Я только что подумала о том же. Конечно, у меня не так уж много времени, чтобы бездельничать и наслаждаться погодой, – решительно говорю я, и Дарио хихикает.

– Вот не надо мне этого говорить. Держу пари, ты потрясающе проводишь время. Я бы не раздумывая поменялся с тобой местами, хотя сомневаюсь, что Йен будет рад, если я улечу без него. Прямо сейчас он по уши увяз в большой ревизии и ведет себя чертовски скучно. Ты же знаешь, какой он, когда вцепляется во что-то зубами, а цифры не сходятся.

– Жаль слышать. В остальном у тебя все в порядке?

Наступает короткая пауза.

– Я думаю, что да, но обстановка на работе напряженная. Томас ходит мрачный, как грозовая туча, и мы все стараемся его избегать. Ходят слухи о том, что грядут какие-то плохие новости, но он ничего не сообщает.

– Хочешь сказать, надеешься, что я ему позвоню и постараюсь что-нибудь выяснить, – со смехом отвечаю я, давая ему понять, что его раскусили.

– Нет, честно говоря, это вовсе не входило в мои намерения, – говорит он, но я в этом не уверена.

– Я серьезно сомневаюсь, что он мне проговорится. Ты в самом деле беспокоишься?

Еще одна зловещая пауза.

– Я подумываю о том, чтобы сбежать с корабля.

– Почему? – выдыхаю я, прижимая телефон еще ближе к уху.

– Мне предложил работу друг моего друга, который работает в рекламной компании. Если грядет встряска, я бы хотел уйти до того, как она начнется. Конечно, на кону может быть работа Томаса, и именно поэтому ничего не выходит наружу. Я хотел спросить твое мнение, поскольку Йен, как обычно, считает, что я должен остаться. Когда переходишь на новую должность, нет никаких гарантий, а я счастлив в «Высококлассной кухне».

Мой мозг все еще пытается осмыслить, что это может значить. Перед моим отъездом было очевидно, что Томас испытывает давление сверху из-за того, что он назвал стагнацией показателей продаж. У меня сложилось отчетливое впечатление, что это было не его выражение, и я тогда почувствовала себя неуютно.

– Томас хорош на своем месте, фактически он – один из лучших. Он делает все, что в его силах, чтобы изменить ситуацию, и очевидно, что он отстаивает свою точку зрения за всех нас. Но, судя по твоему тону, я могу сказать, что тебя действительно соблазняет полученное предложение.

– Если честно, Лейни, то да. Это был бы новый вызов, пугающий, но захватывающий, и я уже знаю нескольких человек, с которыми мне предстояло бы работать.

– Итак, что тебя сдерживает? Йен или страх перед неизвестным?

– Полагаю, и то и другое. Мне стало комфортно, и я знаю, что меня не напрягают в том, что я делаю.

– Что ж, возможно, сейчас так и есть, но, как ты говоришь, перемены могут произойти в любом случае. Дарио, окончательное решение можешь принять только ты сам. Не имеет значения, что думают другие.

Он стонет:

– Разве ты не ненавидишь все эти взрослые штучки?

– Прости, приятель. Пришло время встать во весь рост и принять решение. Если я что-нибудь узнаю, я с тобой свяжусь, но в любом случае сомневаюсь, что буду в числе первых, кто узнает новости.

– Полезный совет, – удрученно отвечает он. – Ладно, а как поживает наш знаменитый шеф-повар? На фронте социальных сетей все спокойно. Я слышал, турне Кэти проходит хорошо. Ну, не считая одного очевидного небольшого прокола, конечно.

– С Риком все в порядке. И я рада, что нет никаких сплетен. По крайней мере, это утешает. Послушай, я должна идти, так как скоро должна с ним встретиться.

– И конечно, чисто по-деловому, – скептически бросает в ответ Дарио. – Шучу. Развлекайся, пока есть возможность. Надеюсь, к твоему возвращению ситуация здесь хоть немного улучшится.

– Извини, чуть-чуть задержалась, но мне пришлось ответить на звонок по работе.

Голова Рика запрокинута, и я понимаю, что он задремал. Перед тем как встать, он вытягивает руки, выгибая спину.

– Ну, для меня это впервые, – отзывается он. – Может быть, я действительно начинаю привыкать к испанскому образу жизни. Всегда смеялся над мыслью об отключении питания, но в такую жару в этом есть здравый смысл. Ладно, давай двинемся на разведку. – Рик достает из заднего кармана брошюру.

– Ты оправился от утренних треволнений? – спрашиваю я, когда мы проходим через вестибюль и Рик придерживает для меня тяжелую деревянную дверь.

– У меня сердце буквально на секунду пропустило удар, когда я увидел размеры этих языков пламени. Как Луи удалось после этого собраться… что ж, остается только восхищаться этим парнем. А потом, когда та миска упала на пол, я просто не мог в это поверить! – восклицает Рик, и я вижу, что он до сих пор не оправился от сегодняшнего драматического поворота событий.

– Это были все худшие кошмары любого шеф-повара, объединенные воедино, – соглашаюсь я.

– Вопиющая несправедливость заключалась в том, что яблочный чатни, который оказался на полу, был, без сомнения, выигрышным по вкусу. Ах, ну что ж, полагаю, такие вещи случаются. Давай здесь перейдем на ту сторону. Помнишь, по пути во дворец мы проходили мимо места под названием Paseo Alfonso XIII?[44]

– Такой длинный променад с песочно-желтым полом и маленькими барами и ресторанчиками по обе стороны?

– Да. Большая, широкая, изогнутая стена и эта массивная живая изгородь из бугенвиллей. Согласно брошюре, которую дал мне Фелипе, рядом с ним находятся сады Королевы Виктории.

– Ах, так это не парк, – размышляю я, бросая взгляд на Рика.

– Что-то подсказывает мне, что тебя это не привлекает. Тогда как насчет того, чтобы сначала выпить? Уверен, мы найдем приятное местечко, где можно посидеть и скоротать часок-другой, прежде чем придет время подумать о возвращении на ужин. Ты ведь сегодня ужинаешь в монастыре? Я слышал, что вечером планируется еще одна поездка в город.

– У них больше выносливости, чем у меня. Но им действительно нужно немного спустить пар, поскольку давление нарастает. Все они хотят победить.

Рик вздыхает:

– Я знаю, но это соревнование, и в нем может быть только один победитель. Они все должны очень гордиться тем, что так хорошо выступают. Это большое испытание, верно?

Было бы неправильно обсуждать отдельных шеф-поваров до окончания конкурса, но разговор с Риком натолкнул меня на одну идею.

– Победитель, конечно, будет упомянут во второй статье, но что, если журнал опубликует продолжение? Ну, знаешь, что происходит с победителем после того, как он вернулся домой. Возможно, удастся взять у них интервью, где бы они ни работали, и посмотреть, какое влияние это оказало на продвижение их карьеры. Как думаешь?

– Отличная идея, – с энтузиазмом говорит Рик, украдкой косясь на меня. – А мне можно будет поехать с тобой?

Кажется, он меня поддразнивает, но это была бы потрясающая возможность для фотосюжета.

– Когда мой босс будет в лучшем настроении, я ему это предложу. Кто знает, может, нам повезет, если бюджет выдержит еще один удар. Думаю, тебе будет не так-то просто снова уехать на какое-то время, но, может быть, через несколько месяцев, – с надеждой отвечаю я.

Мы переходим вторую дорогу и огибаем красиво изогнутую каменную стену, над которой высится живая изгородь из ярко-розовых цветов, выглядящих почти слишком идеально для настоящих.