Люси Колман – Лето в Андалусии (страница 33)

Мы готовим уже сорок пять минут, и напряжение начинает сказываться, так как это к тому же самый жаркий день, который у нас был до сих пор. Рик ходит взад-вперед, останавливаясь поболтать с каждым из шеф-поваров, чтобы у всех было равное время перед камерой. Некоторые шеф-повара приветствуют такие перерывы, и Луи Рено, как правило, входит в их число, но сегодня у него не все гладко. Он в самом начале поранил палец, и съемку пришлось приостановить на несколько минут. Луи не единственный, два других шеф-повара порезались во время разделки, но Луи потребовалось некоторое время, чтобы остановить кровотечение. Это сбило его с настроя, и когда съемки возобновились, он заметался. До сегодняшнего дня его сосредоточенность вызывала восхищение; он был подобен машине. Другие участники соревнований время от времени останавливаются, и можно заметить, как глубоко они задумываются, как будто рецепт запечатлен у них в мозгу и они повторяют его строчку за строчкой. Луи не таков, он действует по наитию и в этом плане немного напоминает мне Рика.

Когда часы возобновили обратный отсчет, Рик дал Луи немного пространства. Но в конце концов у Рика не осталось другого выбора, кроме как вернуться к рабочему месту Луи.

– Вижу, вы решили использовать другой способ нарезки, – замечает Рик, когда оператор приближает разделочную доску Луи. Четверо поваров остановились на вырезке, двое – на отбивных, а Луи выбрал довольно жирный на вид кусок.

– Да, жир придает вкус, и я хочу, чтобы это блюдо было простым и по-настоящему раскрыло вкус свинины.

– Мраморность смотрится хорошо. Вы собираетесь приготовить это на гриле? – явно впечатленный, спрашивает Рик.

– Да. Сначала я замариную мясо в заранее приготовленном соусе. Я измельчил целые горошины перца, затем добавил в ступку чеснок, имбирь, перец чили, свежую кинзу и петрушку. Истолок зелень до состояния однородной пасты, а затем постепенно добавил немного оливкового масла первого отжима, лимонный сок и соль. Перед маринованием я срежу немного лишнего жира и дам мясу отдохнуть перед приготовлением на гриле. Я собираюсь гарнировать его картофельным гратеном с розмарином и тимьяном и обжаренным луком-шалотом. Подам блюдо с яблочно-имбирным компотом.

Рик заглядывает в миску, и Луи предлагает ему маленькую чайную ложку, чтобы снять пробу.

– Хм. Отличный вкус, мне нравится идея сочетания имбиря со свининой. Луи, я с нетерпением жду возможности попробовать результат. Это отличное сочетание простых вкусов.

Обычно Луи не потеет, но сейчас он взмок, и я замечаю, как он вытирает лоб, едва уходит оператор. Он смотрит на часы, и я вижу, как меняется выражение его лица. Я в полной панике следую за его взглядом. Он забыл поставить блюдо с картофелем в духовку, оно все еще стоит на столешнице. Мой желудок делает сальто, и я чувствую тошноту. Бедняга. Он торопливо заканчивает срезать с мяса излишки жира, хватает пустую тарелку, обмазывает мясо маринадом и убирает в холодильник.

Луи на мгновение замирает, а затем поворачивается, хватая блюдо с картофелем одной рукой и противень для запекания другой. Сейчас нет времени готовить его до конца и подрумянивать, поэтому он бросается искать пару маленьких формочек. Луи разбирает основное блюдо, которое он так тщательно уложил слоями, и смазывает маслом тарелки поменьше, выкладывая ложкой смесь и ставя их на противень в духовку. У него осталось двадцать пять минут, прежде чем он переключит свое внимание на разогрев гриля.

Это очень нервный момент. До сих пор все блюда готовились вовремя. Бывали проблемы и паника, соусы расслаивались, а мясо слегка пережаривалось, но в итоге все всегда оказывалось на тарелке. А если посмотреть сейчас на Луи, становится ясно, что все находится на грани срыва.

Взглянув на Рика, я вижу, что он обеспокоен. Он не хочет, чтобы кто-то провалился, и необходимость выставлять низкую оценку расстроит его.

Я на мгновение отворачиваюсь, следя за Риком, пока он разговаривает с Индией Серрано, испанским шеф-поваром. Она жизнерадостная личность и во время разговора вскидывает руки в воздух, что делает ее хорошей телеведущей. Внезапно раздается крик, и я вижу, что у Луи вспыхнул гриль. Подбегает продюсер, Луи хватает пакет, лежащий рядом с его рабочим местом, разрывает его и набрасывает на варочную панель противопожарное покрывало.

– Прекратите съемку! – кричит по-испански Хавьер, и Мигель быстро переводит его слова, чтобы все поняли.

Хавьер и еще несколько человек спешат на помощь Луи, и у меня замирает сердце, когда я вижу, насколько он подавлен. Но он быстро приходит в себя:

– Все в порядке.

– Вы уверены? – с неподдельным беспокойством уточняет Хавьер.

Луи кивает, осторожно приподнимая край покрывала, чтобы проверить, погасло ли пламя. Хавьер помогает ему сложить покрывало, и пока он избавляется от него, Луи быстро наводит порядок. Этот парень не собирается сдаваться. После того как Луи поднимает большой палец, Хавьер делает знак оператору возобновить съемку.

Рик остается в стороне, без сомнения чувствуя, что у Луи и так достаточно забот. Но Луи хватает одной рукой сковороду, а другой бутылку оливкового масла первого отжима и возвращается к делу.

– Осталось восемнадцать минут, – объявляет Рик, больше для Луи, чем для кого-либо еще. Он хочет, чтобы Луи справился.

Я наблюдаю, как Луи разогревает масло на сковороде, затем бросает туда кусочек сливочного масла. Страсти накаляются, потому что он знает, что время на исходе. Он исчезает из виду, а когда появляется, в руке у него термометр для мяса.

Другие повара уже начинают убирать посуду, готовясь к подаче на стол. Луи проверяет духовку, я вытягиваю шею и замечаю, что картофель все еще выглядит довольно бледным. Луи возвращает противень назад и увеличивает температуру. Теперь – пан или пропал.

В ту минуту, когда свинина попадает на гриль, я делаю резкий вдох, скрестив пальцы, чтобы все это не вспыхнуло во второй раз. По всему помещению распространяется чудесный запах. Если у него все получится, он может стать сегодняшним победителем, но пока рано об этом говорить.

Бегут секунды, и напряжение становится мучительным. По-другому это не описать, и впервые с начала шоу Рик на взводе. Если блюдо Луи не попадет на дегустационный стол, Рик будет опустошен так же, как Луи. Страсти накаляются до такой степени, что мне почти хочется прикрыть глаза. Луи постоянно вытирает лоб и засовывает кухонное полотенце за завязки фартука, обернутые вокруг талии.

– Ребята, пора подумать о том, как разложить еду по тарелкам! – кричит Рик, но единственный, кто еще не работает над сервировкой, – это Луи. Он все еще переворачивает мясо, зная, что из-за сильного жара нельзя надолго оставлять его на одной стороне, иначе оно подгорит.

Наконец Луи снимает сковороду с плиты, берет щипцы и кладет свинину на тарелку, чтобы она остыла. Немедленно обернувшись, чтобы взять перчатку, он достает из духовки формочки. Берет большую ложку и вынимает из формы запеканку, аккуратно выкладывая ее стопкой в центр тарелки. Чистым кухонным полотенцем аккуратно вытирает края. Через несколько секунд свинина оказывается на разделочной доске, и он нарезает ее тонкими ломтиками. Выкладывает их сверху, а затем маленькой ложечкой поливает горячим соком – прямо со сковороды на тарелку.

– Осталось три минуты и тридцать секунд, ребята! – кричит Рик.

Но тут Луи поворачивается, чтобы взять чатни, и снова случается катастрофа: рукой он сбивает миску с чатни, и она мучительно соскальзывает с края столешницы. Я в полном оцепенении смотрю, как она исчезает из виду, и раздается громкий звук разбивающейся керамики, когда она соприкасается с кафельным полом.

Луи опускает взгляд, расправляет плечи и немедленно включает на полную мощность одну из конфорок на варочной панели. Вытирает кухонным полотенцем красный перец и, взяв щипцы, подносит его поближе к огню, постоянно поворачивая, пока он не почернеет. Есть огромная разница между почерневшим и обгоревшим. Это разница между сладким, восхитительным вкусом перца и горьким привкусом катастрофы. Я вижу, что стоять перед огнем почти невыносимо жарко, но он не сдается и продолжает постоянно поворачивать щипцы.

– Осталось три минуты, – объявляет Рик, и атмосфера в комнате буквально электризуется.

Луи соскребает обуглившуюся кожицу, его пальцы постоянно двигаются, потому что перец очень горячий. Он нарезает перец широкими полосками, а затем – ромбиками. Сгребает нарезанные кусочки в маленькую кучку и выкладывает на тарелку, как маленькую горку великолепных, сладких, красных самоцветов, и его тело заметно расслабляется, когда он слегка сбрызгивает эту горку маслом.

Рик начинает последний обратный отсчет:

– …Три, два, один, и время вышло, леди и джентльмены. Пожалуйста, отойдите от своей тарелки.

Я чувствую, что сейчас упаду в обморок, и я даже представить себе не могу, что чувствует Луи, когда два участника по обе стороны от него бросаются его обнять. Я чувствую, как на глаза наворачиваются слезы, и, глядя на Рика, вижу, что он явно испытывает облегчение. Несмотря на то что это – соревнование, все болели за Луи, что свидетельствует о популярности этого парня. Здесь завязались дружеские отношения, которые будут длиться даже после того, как все разъедутся по домам, потому что это был незабываемый опыт. Опыт, который никто из нас никогда не забудет.