Людмила Шигапова – Первый Встречный (страница 6)

Наконец, капитан пришел в себя и слегка дрогнувшим голосом представился:

– Лейб-гвардии Преображенского полка капитан Егор Артемьевич Строев.

Княгиня неспешно спустилась к гостю и окинула приветливым взглядом аристократическую стать и отменную военную выправку.

– Чем обязаны появлением в нашей скромной глуши столичного офицера?

– Князю Галицкому личная депеша ее величества императрицы Екатерины Алексеевны, – овладев собой, бодро отчеканил нарочный.

– Вынуждена вас огорчить, князь отсутствует. Сегодня утром он отбыл из имения по неотложным делам. Я приму депешу и по приезде супруга тотчас вручу ему царское послание. Велено ли что устно передать князю?

– Особых распоряжений нет. Однако известно, что в нынешний сезон государыня желает непременно видеть князя и княгиню с дочерьми во дворце.

– Это великая честь стать гостями самой императрицы. Однако я в некотором смущении, – Александра притворно опустила глаза. – Боюсь, княжны не вполне готовы к столь важному событию. – Она помолчала, и с явным нажимом произнесла: – Да вы и сами это поймете. Откушайте с нами, капитан. Сейчас подадут обед.

– Благодарствую, княгиня. Весьма польщен. С готовностью принимаю любезное приглашение. Дорога оказалась несколько утомительной. Торопился выполнить высочайшее повеление. Не смея задерживаться в пути, не раз менял лошадей.

– Путь немалый. От столицы верст двести будет. Добрались без происшествий? Бывает, разбойники озорничают на дорогах.

– Бог миловал.

– Следуйте за мной, Егор Артемьевич.

Капитан двинулся за хозяйкой, не отважившись предложить ей руку.

Пройдя анфиладу богато и со вкусом обставленных комнат, наполненных ароматом свежих цветов, они оказались в просторной столовой, сверкающей белизной. Белые стены, белый мраморный пол, белая скатерть, вышитая по низу голубыми васильками, белые свечи в серебряных канделябрах, белым атласом обитые стулья с вышитыми княжескими монограммами… Капитану казалось, что трапезничать они будут на воздушных облаках.

– Осмелюсь выразить полнейший восторг необыкновенной красотой вашей столовой, – не сдержал своего восхищения Строев. Хотел добавить, что такого и во дворце нет, но вовремя прикусил язык. Не станет он рассказывать об увиденном и царице…

– Прошу садиться, Егор Артемьевич. Сожалею, обед небольшой, всего двенадцать перемен – мы не ждали гостей. Есть ли у вас предпочтения в блюдах?

– Не сподобился, княгиня, – без всякой робости улыбнулся Строев. – Солдатская кухня не балует изысками.

Александра намеренно потчевала капитана вниманием, которого тот никоим образом не мог ожидать от княгини: во-первых, они едут во дворец, и лишний сторонник, возможно, друг, не помешает, во-вторых, Строев производил приятное впечатление строгостью манер и выдержкой. Он и бровью не повел, а она, как никак, продержала его, царского посланника, в неведении более получаса, а впереди у него еще испытание княжнами. Алекс мысленно сделала себе пометку свериться с Бархатной книгой родословий.

– Еще минута, и я представлю вам дочерей.

Резные белые двери, обрамленные чеканными цветами, распахнулись, и в них появились три девицы. Капитан вежливо встал и застыл, не в силах справиться с потрясением. Он вдруг явственно почувствовал, как отпадает челюсть, а зрачки выползают из орбит и лезут на лоб. «Смирно, капитан!», – мысленно приказал он себе и вытянулся во фрунт.

Первой с куклой в руках влетела милая девчушка в платье чудовищного канареечного цвета, за ней с книгой под мышкой шла укутанная в кашмирскую шаль строгая барышня. Волосы ее были затянуты в тугой узел так, что казалось, глаза пробьют очки в толстой черепашьей оправе. Замыкала троицу чопорная дева с непроницаемым лицом, выбеленным до мертвенного оттенка, в уложенном буклями напудренном парике фонтанж. Длинный шлейф её старомодного платья, робко опустив голову, несколько неуклюже несла девушка-служанка.

Капитану еще не приходилось дважды за день лишаться дара речи, но и на этот раз он ничем не выдал своего крайнего изумления.

– Позвольте представить моих дочерей: княжна Ярослава, княжна Ольга, княжна Софья.

Сестры присели в глубоком реверансе и не двинулись с места. Строев галантно отвесил вежливый поклон, не преминув про себя отметить, как мало между ними общего, и как досадно, что они ничуть не походят на мать.

– Капитан Егор Артемьевич Строев. Из Петербурга. С посланием государыни князю, – представила Александра гостя. – Прошу садиться. Начнем, помолясь, – заключила она, кивнув старшей дочери.

Ярослава молитвенно сложила руки и, закрыв глаза, часто-часто зашевелила губами. За столом замерли в ожидании, но старшая княжна самозабвенно продолжала молиться, словно забыла о часе обеда. Наконец, Александра, сочтя слишком затянувшейся молитвенную паузу, обернулась к дочери и чуть не вскрикнула от увиденного, но годами выработанная бывшей царской фрейлиной выдержка, спасла ее – она подавила готовый вырваться смех и спокойно произнесла:

– Аминь!

Слуги, наготове стоявшие вдоль стены, понесли серебряные блюда с различными яствами на стол. Появились тушеный в белом вине кролик, утка в яблоках, осетр, щучьи головы, соленые грибочки, пироги с рыбой, с калиной, с ревенем. На первое подали суп с потрошками.

Капитан с аппетитом принялся за еду, наслаждаясь поданными разносолами.

Исподтишка окидывая цепким взглядом сидящих за столом, он остановил внимание на старшей княжне, которая, напряженно выпрямившись, словно аршин проглотила, сидела молча и ничего не ела. А за ее спиной суетилась очень миловидная служанка с искрящимися васильковыми глазами и постоянно что-то нашептывала ей на ухо. Заметил он также, как княгиня искоса поглядывала на прислужницу, удивленно вскидывала бровь или лукаво ухмылялась, умело скрывая при этом свои чувства. Не желая показаться невежливым, Строев автоматически отвечал на вопросы, уделяя приличествующее внимание каждой княжне.

– Надеюсь, государыня Екатерина в здравии и полна сил трудиться во благо Отечества. Мы здесь наслышаны о ее великих деяниях, – задала тон беседы княгиня.

– Самодержице российской нет равных в преданности Империи и каждодневной заботе о ее укреплении и процветании.

Гость не успел развить далее свою мысль. Младшая княжна, беззастенчиво перебив старших, что являлось совершенно неприличным, просто засыпала его вопросами:

– А вы видели государыню? Правда ли, что царское платье усыпано сапфирами да изумрудами? Велика ли ее свита? Много ли во дворце фрейлин – красавиц, следуют ли они политесу?

– Богатством и пышностью царский двор не уступает, а во многом и превосходит европейские монархии.

– Как вы находите состояние Невы, господин капитан? – вступила в разговор Ольга, не давая гостю опомниться. – Не грозит ли городу наводнение? Не отсырели бы тома книг в царской библиотеке, – печально вздохнула она, но тут же, поправив пальчиком сползающие на нос очки, строго произнесла: – Думаю, капитан, вам известно, что согласно закону Архимеда, на тело, погруженное в воду, действует выталкивающая сила. Надеюсь, и вы, Егор Артемьевич, не станете это отрицать, сила сия не даст

пропасть ученым фолиантам.

Капитан, поперхнувшись куском нежнейшего барашка в брусничном соусе, сумел выдавить лишь одно:

– Не извольте беспокоиться, княжна. Наводнение столице не грозит, – и вытер салфеткой холодный пот со лба.

Хозяйка удовлетворенно хмыкнула и произнесла изменившимся голосом:

– Я поощряю тягу дочерей к знаниям, хотя многие меня за это осуждают. Как считаете, права ли я, капитан, в таковом усердии?

– Императрица наша приветствует тягу к просвещению и наукам, -

вежливо заметил Строев.

– С удовлетворением мы узнали, что высочайшим указом учреждено Императорское воспитательное общество благородных девиц. Так, сестра? – Ольга вопросительно уставилась на Ярославу.

– Уии, – подтвердила та по-французски.

От дальнейшего рассуждения на малоизвестную тему царского посланника спасла всё та же любопытная и очень непосредственная младшая княжеская дочь:

– Скажите, господин капитан, часты ли маскарады во дворце? Знаете, Егорушка Артемьевич, я готова год не притрагиваться к любимому земляничному варенью, лишь бы разок побывать на маскараде.

– Ваш интерес, княжна, совпадает с царским. Государыня выделяет маскарады среди прочих увеселений, – вежливо поддержал гость Софью, на мгновение почувствовав, каким домашним теплом повеяло на него собственное имя, столь необычно прозвучавшее в детских устах.

– О, значит, я появлюсь там в расшитом звездами костюме таинственной незнакомки.

– И непременно всех очаруете. Поразите свет лунным серебром ваших чудесных волос.

– Ах, я умею замечательно танцевать кадриль, полонез, котильон…– загибая пальцы, премило заулыбалась она. – Вы тоже бываете во дворце на маскараде?

– По долгу службы.

– Вы мне понравились, капитан Строев, я разрешаю вам пригласить меня на второй танец, первый я оставлю за папенькой, а с вами мы составим очень красивую пару, – без всякого жеманства заявила Софья.

– Для этого, Софьюшка, тебе нужно немного подрасти, капитан очень высокий человек, – прогнусавила Ольга. – Пока же вы довольно несимметрично смотритесь, и, боюсь, будете диссонировать в глазах претенциозной публики. Так, сестра?

– Уии! – снова по-французски согласилась Ярослава.