Людмила Шапошникова – Воин Света. Том 1 (страница 3)
«Мы давно говорим о том, что у нас была разгромлена такая наука, как генетика,– отмечала Людмила Васильевна в одном из своих поздних выступлений.– Но до сих пор мало кто знает, что по части разрушения и уничтожения кадров настоящих специалистов на первом месте было востоковедение. Дело в том, что значительная часть специалистов по культуре Востока была или арестована, или расстреляна. …это было уже не востоковедение, а, скорее, политология. В основном занимались новейшей историей той или иной страны, но культуры как таковой и специализации по культуре не было»[36].
«Отечественная историческая индологическая школа отличается от иных школ тем, что она возникла как марксистская, то есть с самого начала нацеленная на изучение „классовой борьбы“, с самого начала конфронтационная по отношению к существующему мировому порядку, выступающая за интересы угнетенных, „эксплуатируемых“, „широких народных масс“. Поэтому она заведомо „антиимпериалистическая“, „антиколониальная“»[37], – отмечает индолог Л.Б.Алаев. «В советский период,– пишет он,– индологические исследования приобрели значительный политический акцент. Они концентрировались на темах колониальной эксплуатации, народных, рабочего, крестьянского и антиколониального движений»[38].
Вместе с тем Л.Б.Алаев также отмечает и положительные моменты советского периода, позволившего ученым заняться активным изучением социально-экономического строя Индии «на всех этапах ее истории, современного политического и экономического развития»[39]. Основу этих исследований заложили И.М.Рейснер, А.М.Дьяков, А.М.Осипов, которые преподавали в МГУ историю Индии[40]. Л.В.Шапошникова принадлежала именно к этой научной школе. Несмотря на значительный политический акцент в индологии того периода, усилиями вышеперечисленных ученых были воспитаны молодые талантливые кадры «новой волны», которые впоследствии смогли возродить отечественную индологию и вывести ее на принципиально новый научный уровень. Людмила Васильевна как раз относилась к этим молодым воспитанникам, кому удалось соединить разорванную нить преемственности отечественной индологии.
Сохранилась фотография, где Людмила Васильевна запечатлена с одним из своих педагогов – профессором Александром Михайловичем Осиповым, индологом, эрудитом, обаятельным и скромным человеком, обучавшим студентов «трезвой индологии»[41]. А.М.Осипов преподавал историю Древней Индии.
Помимо успешной учебы талантливая студентка вместе со своими сокурсниками участвовала в строительстве главного здания МГУ на Воробьевых (тогда Ленинских) горах, активно занималась гимнастикой[42], возглавляла студенческую группу в зимних лыжных походах, прекрасно плавала[43]. Но особенно ей полюбились горные походы, в которых Людмила Васильевна принимала самое активное участие. «Я прошла все горы здесь, на нашей территории: и Кавказ, и Карпаты, и Памир, и Алтай,– вспоминала она.– Я знаю, что такое тридцатикилограммовый рюкзак за спиной на перевале в 5000 метров, все это было преодолено»[44]. Эта закалка горными тропами пригодится ученому много позже, когда она в одиночку отважится пройти маршрутом Центрально-Азиатской экспедиции Н.К.Рериха.
По воспоминаниям университетской подруги Нины Георгиевны Михайловой, качества лидера, способного не только руководить коллективом, но и вместе с ним для общей пользы организовать товарищей, коллег, подчиненных, внедрить новое и нужное, проявились у Людмилы Васильевны не только в студенческие годы, но и во время последующей учебе в аспирантуре. «То она устраивала интернациональный вечер в школе, где они проходили педагогическую практику, то ее посылают в подшефный университетский район, чтобы наладить работу с молодежью. Что делает Людмила Васильевна? Она строит стадион. Да, это правда стадион, и вся сельская молодежь с удовольствием в этом принимает участие. Эти качества строителя развиваются на протяжении всей жизни»[45].
Летние и зимние выходные Людмила Васильевна часто проводила у Нины Георгиевны на даче. Старый деревянный двухэтажный дом в подмосковном поселке Мамонтовка служил не только местом отдыха, игры в теннис или отправной точкой лыжных прогулок. Здесь, уже много позже, в своем небольшом кабинете Людмила Васильевна в выходные, а также в период летних отпусков писала книги и очерки[46].
Главное здание Московского государственного университета на Ленинских горах. Москва. 1965
В 1950 году после успешного завершения обучения Людмила Васильевна была рекомендована в аспирантуру Восточного отделения МГУ. Преддверием Индии стала археологическая практика в Хорезме (1952), где молодой аспирант во время летних каникул принимала участие в раскопках. Каждая интересная находка для археолога – своего рода мост через века в седую древность. Регион имел важное значение. В прошлом через него проходили караванные пути, которые вели из Средней Азии дальше – на Восток, в Индию. Здесь за тысячелетия культурный слой накопил немало ценнейших свидетельств многовекового взаимодействия культур различных народов и государств. Через Кушанское царство, в которое входил Хорезм, Индостан становился ближе.
В 1954 году Людмила Васильевна защитила диссертацию по теме «Борьба рабочего класса Индии за руководящую роль в национально-освободительном движении накануне Второй мировой войны (1934–1939)». Выбранная тема была характерна для советского востоковедения того времени. Ее научным руководителем стал А.М.Дьяков (1896–1974), отечественный историк-индолог, человек с интересной, богатой событиями судьбой. Алексей Михайлович сыграл огромную роль в становлении Людмилы Васильевны как ученого. Высокие моральные качества и обширные знания позволили ему стать не только преподавателем и научным руководителем, но и настоящим наставником. Именно он в этот период жизни направлял научные поиски молодого ученого, оказывал ей неоценимую помощь и поддержку, прививал любовь и интерес к Индии, ее древней жизни, племенам. А.М.Дьяков в совершенстве знал хинди и урду, был дружен с Ю.Н.Рерихом, но, к сожалению, не успел познакомить с ним свою молодую ученицу: Юрий Николаевич после возвращения из Индии прожил на родине совсем недолгий период.
О своем учителе-индологе Л.В.Шапошникова оставила следующие строки: «Он окончил медицинский институт, и когда у нас в России началась революция, его определили врачом в красноармейскую часть, которую послали в Среднюю Азию драться с басмачами. И там он увидел и узнал Восток, тогда еще сохранялась среднеазиатская культура, это был Памирский регион. Он увлекся обычаями и укладом новой для него жизни, сразу ухватил их язык и очень быстро наладил дружеские отношения с местным населением. <…> А потом пришло время Третьего интернационала, штаб-квартира его была в Москве, и все коммунистические партии были объединены под его эгидой, в том числе и индийская компартия (которую организовали мы сами в Индии). Алексей Михайлович Дьяков, мой учитель, встретился с индийцами, и ему так понравились и язык, и люди, и культура, что он стал заниматься Индией. К тому времени, когда наши судьбы пересеклись, он уже был доктором исторических наук, выдающимся индологом»[47].
Одна из учениц Алексея Михайловича, Л.Р.Гордон-Полонская, знавшая его по работе многие годы, дала следующую характеристику его личности: «Его отличали глубокое уважение и любовь к людям: в отношениях с ними он был предельно корректен и искренне интересовался судьбой каждого, с кем ему приходилось встречаться, будь то едва научившийся ходить малыш, неоперившийся студент, памирский горец, индийский революционер или маститый ученый. До конца своих дней он сохранил душевную чистоту и непосредственность, открытое неприятие любой фальши, лицемерия, ханжества, лести и бурную реакцию на любое проявление несправедливости, непорядочности, подлости при одновременной незащищенности от них…»[48]. Фотопортрет учителя и наставника А.М.Дьякова, уже после его ухода из жизни, всегда находился над письменным столом Людмилы Васильевны в ее квартире на проспекте Вернадского в Москве.
16 июля 1954 года после успешной защиты диссертации Л.В.Шапошникова была зачислена в штат кафедры истории стран Ближнего и Среднего Востока исторического факультета МГУ. В сентябре 1956-го переведена на должность младшего научного сотрудника вновь созданного Института восточных языков (ИВЯ) при МГУ. «Историки ИВЯ читали углубленный курс лекций по истории соответствующей страны или региона для студентов исторической специальности и краткий курс истории страны или региона, учитывающий задачи получения востоковедного исторического образования для студентов-филологов <…>. Людмила Васильевна с самого начала стала заметной фигурой не только среди индологов, но и на уровне всего исторического востоковедного сообщества института»,– писала в своих воспоминаниях о деятельности Л.В.Шапошниковой в ИВЯ А.Л.Сафронова[49].
Институт стран Азии и Африки Московского государственного университета. Москва, Моховая, 11. 2000-е
В июне 1958 года Людмила Васильевна была направлена на стажировку в Хайдерабадский университет, которая длилась целый год. Официальные визиты Дж. Неру в СССР, а затем Н.С.Хрущева в Индию и заметное потепление отношений между двумя державами позволили молодым советским индологам отправиться в страну своих научных интересов. Эта первая поездка перевернула представление Л.В.Шапошниковой об Индии.