Людмила Разумовская – Пьесы молодых драматургов (страница 85)

А н я. Нет, это древнеиндийское… из «Дхаммапады». (Пауза.) У меня подруга была в училище, так это она изречения разные записывала в тетрадку. Я прочитала и запомнила…

М а р к. Что ж, теоретически оно, конечно, возможно. И очень даже прекрасно звучит. Но на практике, дорогая Анечка, люди задыхаются от ненависти.

А н я. Я этого не понимаю… Как можно ненавидеть?.. Ссориться?..

М а р к. Разве ты никогда не ссорилась? Ни разу в жизни?

А н я. Нет.

М а р к. Да ты святая, Анна.

А н я. Нет… Просто все было хорошо… пока.

М а р к. Так ты, стало быть, довольна своей жизнью?

А н я. Да, довольна.

М а р к. Ну, милая, ты действительно редкий экземпляр. Тебя надо в музеях показывать, знаешь? Чтобы человек в наше время жил в ладу со всеми, с самим собой и с миром, был всем доволен!..

А н я. А вы… разве не живете в ладу?

Пауза.

М а р к. Я?.. Я, Анечка, в аду живу.

Пауза.

А н я. Скажите, а вы… Олю любите?

От неожиданности Марк оторопел, но быстро нашелся.

М а р к. Конечно!.. А ты как думала?.. Зачем же жениться на женщине, если ее не любишь? Разумеется, люблю.

А н я. Это хорошо… Вы ее, пожалуйста, любите!.. Ей это очень, очень нужно!.. Она очень хорошая!.. Пожалейте ее!.. Она очень несчастна, очень!.. (Расплакалась, убежала.)

М а р к. Аня!.. Аня, постой!.. Мда… Замуж вам пора, Анна Васильевна, вот что… (Пауза. Громко и заразительно зевает.)

В избе  с т а р и к  и  с т а р у х а. Старик навеселе, в руках начатая поллитровка, стакан.

С т а р и к. Да ты погоди, постой, сядь!.. Настасья Савельевна, слышь, говорят, праздник у меня. Пенсию получил. Дайкось, налью рюмочку.

С т а р у х а. Да отвяжись ты. Мне корову доить.

С т а р и к. Подоишь. Выпьешь рюмочку и подоишь. (Наливает.) Вот. Значит, бывай. Подруга дней моих суровых. (Крякает, выпивает.)

С т а р у х а. Ну будь здоров, коли так. (Отпивает маленький глоток.)

С т а р и к (радостно). Хорошо, а?.. Эх, мать честная, бабка Настя! Душа поет!.. Счас бы гармонику!.. Тебе-то хоть нащелкали чего к пенсии?

С т а р у х а. А то как же! Ты один, что ли, на государство гнулся?

С т а р и к. Ну и сколь? Сколь нащелкали-то?

С т а р у х а. А все мои. Я не жалуюсь.

С т а р и к. Ну?.. Полсотни хоть дали?.. (Смеется.) Да ты не бойся, взаймы не возьму! Я, бабка, каждый месяц сто двадцать рублей — как отдай.

С т а р у х а (качает головой). Старый человек…

С т а р и к. Чего?.. Чего?.. Не веришь?

С т а р у х а. Ну ладно, хватит брехать.

С т а р и к. Кто? Кто брешет? Это ты что? Что? Не веришь? (Полез за пазуху.) Да я вот… тебе покажу… я тебе счас… книжку-то в нос ткну… «Брехать»!.. Это кто ж брешет?.. Вот! Гляди! Гляди, бабка! Видишь? Видишь?

С т а р у х а. Ну чего? Чего ты дребезжишь? Чего — вижу? (Вздыхает.) Экий ты непутевый!

С т а р и к. Вот так-то! (Засовывает обратно.) Я, бабка, себе на уважаемую старость заработал. Детки-то, сама видишь… куском ихним подавишься. А только я знаешь чего надумал? Сказать?.. Я, старуня, жениться хочу.

С т а р у х а. В добрый час.

С т а р и к (обрадованно). Одобряешь, значит? Я ведь так рассудил. С дочками жить — что по краю могилы ступать. Эта-то мегера спит и видит на моих косточках покататься. Анька замуж выйдет, ребятишки пойдут, на что я им? А одному оставаться… вроде как-то оно, а?.. Ну а я мужичонко еще ничего. Мне б только хворобу свою прогнать, а так я еще и по хозяйству, и так могу… ежели, конечно, покушать вперед хорошо.

С т а р у х а (скрывая улыбку). Ну а невестку-то приглядел? Али мне бабок на смотрины сзывать?

С т а р и к. Приглядел, Настасья Савельевна, приглядел.

С т а р у х а. Кого ж это?

С т а р и к. А тебя.

С т а р у х а (смеется). Вот и парочка — баран да ярочка. Спасибочки тебе, Василий Иванович! (Низко кланяется.) А то уж я так и думала — в девках помру.

С т а р и к (радостно). Ах ты… едрена вошь! Согласна, значит? Ну, Настасья Савельевна! Я тебе такую жизнь… покажу! Век помнить будешь! Такой бабке — да в девках сидеть! (Игриво обнимает старуху.)

С т а р у х а. Э-эх! Срамник ты, срамник! (Плюет.) И что ж это ты вытворяешь!

С т а р и к. Чего?

С т а р у х а. Я тебе вот что скажу. Ты, старичок, ежели живешь, дак живи, никто тебя отсель не трогает, а языком не трепи. А то, гляди, рассержусь.

С т а р и к. Да погоди ты! Ты не плюй!.. Ох, вредоносная ты какая, бабка, язви тебя в душу! Ты подумай, мои сто двадцать да твои полета — мы ж с тобой как американские Ротшильды заживем!

Старуха, махнув рукой, уходит.

(Кричит вслед.) Я тебя, бабка, еще, может, в Сочи свезу! Чтоб было чего на том свете вспомнить! Кумекаешь — нет?! И кто тебя, старую каргу, далее райцентра возил. Эй, Савельевна, ты подумай!.. (Идет за ней.)

Входят  А н я  и  М а р к.

М а р к. Да нет, Аня, не вижу я никакого смысла… Конечно, хотелось бы иметь какие-то элементарные условия… квартиру там… или зарплату, позволяющую бы иной раз, не занимаясь мучительными подсчетами, распить бутылку вина с приятелем или, скажем, поехать домой после гостей на такси… Но чтобы добиться даже этих элементарных благ, требуется затратить столько усилий, что сама цель начинает вызывать отвращение, и поневоле машешь на все рукой.

А н я. А работа?.. Разве она не приносит удовлетворения?

М а р к. Чего?.. Я что-то не понял. Насчет удовлетворения.

А н я. Ну, я говорю о настоящей работе…

М а р к. А… Кто это сказал, Анечка? Работать? Для чего? Чтобы быть сытым?

А н я. Это… Горький.

М а р к. Вот. Если бы у нас не было соответствующей статьи о тунеядстве, я бы с удовольствием к нему присоединился.

А н я. Но вы же талантливый, творческий человек!

М а р к. Кто это тебе сказал?

А н я (смутилась). Оля…

М а р к. Ах, Оля… Ну, Оля знает… В свое время, Анечка, я нарисовал ей пару соборов Браманте и уверил, что это мои собственные произведения… С тех пор Ольга Васильевна почитает меня за гения, заетого косной средой. Вот видишь, как я легко надул твою необразованную сестру. (Смеется.) С тобой бы этот номер не прошел.

А н я. Почему?

М а р к (лукаво). Ну, раз уж ты «Дхаммападу» цитируешь!..

А н я. Ах, да вы же знаете… что это… так!.. я ничего не знаю… Но мне так хотелось бы… стать по-настоящему образованным человеком.

М а р к (с кислой миной). Анечка, заче-ем?..