Людмила Лазебная – Душа альбатроса 5 и 6 части с эпилогом (страница 12)
Произнося эти слова, Николай II выглянул в окно, любуясь голубым небом и морским горизонтом. Невдалеке от берега рядом со «Штандартом» на искрящихся от щедрого южного солнца волнах покачивалась красивая, но небольшая греческая яхта «Амфитриди».
– Как думаешь, Аликс? Возможно, милому Джорджи будет приятно вспомнить о нашем совместном юношеском посещении Японии… Сейчас передам флигель-адъютанту, что приму Комуру, – весело рассмеялся Николай II и вскоре распорядился, чтобы Канцелярия дала японцу положительный ответ.
– Попью с ним чаю с сушками. Японцы обожают официальные чайные церемонии, но не любят наших жирных и сладких десертов из бисквита и крема. Подарю этому
Кроме ограниченного круга лиц в империи никому не было известно, что именно после того непродолжительного и фатального визита японского дипломата Комуры Николай II Александрович едва не умер! Буквально через несколько часов, к вечеру он почувствовал сильное недомогание, появились сильный жар, затем симптомы расстройства пищеварения. Всероссийский монарх рухнул в бреду, лишившись сознания и сил. Закрыв на ключ спальню, где находился тяжело и неожиданно заболевший император, Александра Фёдоровна распорядилась никого к нему не впускать. Даже министров и высокопоставленных членов Правительства, даже родную мать – вдовствующую императрицу Марию Фёдоровну, находившуюся в то время в Копенгагене, даже Наследника, коим официально считался младший брат Государя Великий Князь Михаил Александрович, также гостивший в Дании! А чтобы как-то обосновать запрет, объявила во всеуслышание, что у царственного супруга обнаружена опасная и заразная болезнь – брюшной тиф, поэтому Ливадийский дворец закрывается на карантин.
Вызвав лейб-медика Гирша, констатировавшего, что у монарха тяжёлая, но излечимая форма отравления, бледная, как мел, Аликс поручила вызвать из Санкт-Петербурга профессора Военно-медицинской академии Попова для подтверждения диагноза брюшного тифа…
«Да что она с ума сошла!» – восклицали светские кумушки, удивляясь, как это беременная императрица днем и ночью находится у постели больного императора, не боясь заразиться. «Эта немка, не сумев родить Наследника Престола, собралась устроить государственный переворот и захватить Российский трон, чтобы править самой» – шептались в кулуарах даже политики высокого ранга.
«Император отравлен!» – первым догадался Витте. Сергей Юльевич начал собственное расследование, узнав, что во время рокового чаепития с японским посланником греческий королевич Георг, спасший жизнь молодому Цесаревичу Николаю Александровичу при покушении в Японии, невольно предотвратил его гибель во второй раз. Так уж распорядилась Судьба! Джорджи нечаянно задел локтем и уронил со стола чашку с, вероятно, отравленным чаем, из которой император успел сделать лишь небольшой глоток…
…Гуляя по парку той белой ночью, любящие друг друга Николай II и его супруга Александра Фёдоровна шаг за шагом восстановили в памяти события пятилетней давности, связанные с именем Комура Дзютаро. Рассчитывая отдохнуть в Ялте месяц, императорская семья пробыла в Крыму до Нового Года и полного выздоровления Всероссийского монарха, который за несколько дней страшной болезни похудел на одиннадцать килограмм.
– Твой Ангел-хранитель – двоюродный брат Джорджи не позволил заговорщикам лишить тебя жизни и обезглавить империю, а, главное – отнять у меня, любимый! – в слезах прошептала Александра Фёдоровна, крепко обнимая мужа.
– Мой драгоценнейший Ангел-хранитель – это ты, моя родная Санни! Ты моё Солнышко, моя единственная, самая прекрасная мама моих самых прекрасных детей! Будучи без сознания, я чувствовал, как ты, обнимая и согревая меня всем телом, точно птица крылами, лежала у меня на груди.
– Даже забыв про свой токсикоз, – уже улыбнувшись, сказала Александра Фёдоровна и крепко поцеловала супруга в губы.
– А пойдём-ка, выпьем по бокальчику доброго красного крымского вина. На ночь особенно полезно для хорошего сна, – обнимая любимую за плечи, Николай Александрович повёл жену в их общую спальню.
– Никки! Нужно обязательно предупредить Витте, чтобы был осторожен в Америке. Ведь именно из Вашингтона к нам тогда прибыл этот Комура.
– Завтра же позвоню дяде и попрошу его дать нужные инструкции Сергею Юльевичу перед отъездом.
***
Получив от своих осведомителей известие о назначении Сергея Витте главой русской делегации, в эти же самые дни в Японии император Муцухито Мэйдзи16 с особой тщательностью подбирал кандидатуру своего доверенного лица на дипломатической встрече в Портсмуте. Этот небольшой курортный городок был выбран местом для проведения исторических мирных переговоров между Санкт-Петербургом и Токио при личном посредничестве 26-го Президента Соединенных Штатов, Теодора Рузвельта.
В окружении императора Мэйдзи было немало взвешенных и мудрых государственных деятелей и политиков, полагавших, что своих целей в этой внезапной и нежелательной для русских войне Япония уже достигла. Российский Императорский военный флот на Тихом океане и в Жёлтом море был практически уничтожен. Сухопутные Силы потерпели поражение во всех битвах. Подписано тайное тройственное соглашение между США, Великобританией о помощи в восстановлении утраченного Японией господства над Кореей и стратегическими территориями в Китае, отвоёваны крепость Порт-Артур и город-порт Дальний.
Военный министр Тэраути заявил, что Русско-японский конфликт в Маньчжурии пребывает в критической фазе и вскоре не сможет продолжаться, так как в армии не хватает офицеров.
По мнению Министра финансов Соне, продолжение войны с Россией может привести к полному разорению Страны Восходящего Солнца, несущей огромные военные расходы и затраты по медицинскому обслуживанию и содержанию более семидесяти тысяч военнопленных.
Среди всех своих советников Мэйдзи наиболее высоко ценил мнения маркиза Ито и Премьер-министра, генерала армии виконта Таро Кацуры, озабоченных безотрадными военными перспективами Японии.
При этом будущий мир с Россией под влиянием могущественных союзных государств мог превратиться для Японской империи в такую же политическую ловушку, как и для русских. Император Мэйдзи столь же скептически, как и Николай II, относился к посредничеству Президента Рузвельта.
Эти подозрения усилились после завершения недавнего неофициального визита в Токио дочери Президента Америки Алисы Рузвельт в сопровождении американского Военного министра – Вильяма Говарда Тафта.
Заморские гости были любезно приняты самим императором Мэйдзи, принцессой Насимото и Премьер-министром Кацурой Таро. «Странный, очень странный визит, – вспоминал император. – С одной стороны, присутствующие на званом обеде во дворце вели задушевные разговоры о погоде и семейных традициях, девушки болтали о красивых нарядах и любимых десертах национальной кухни. Все много фотографировались, в особенности, дочка американского Президента Алиса Рузвельт.17 А с другой стороны, Военный министр Тафт попросил аудиенцию у Премьер-министра Кацуры, чтобы подписать ещё одно тайное соглашение, по которому САСШ обязуются поддержать Японию в её территориальных претензиях на Корею в обмен на отказ Японии претендовать на Филиппинские острова18. Разве так ведут себя «честные партнёры»? Теодор Рузвельт, действуя столь кулуарно за спиной у союзников, походил, по мнению императора Муцухито, на черного маклера, который всегда играет «только по правилам», но меняет правила в ходе игры.
Вашингтон готов пойти по головам ради достижения собственной выгоды», – разумно рассуждал император, поэтому абсолютно не верил в честное посредничество американского лидера на переговорах в Портсмуте. Если бы ни огромные суммы военного долга Японии перед американскими банками, у Мэйдзи была бы возможность захватить и Владивостокский порт, пока там ещё только строилась военная крепость…
Буквально «рвался в бой» с Витте пятидесятилетний Министр иностранных дел Японии Комура Дзютаро. Родившийся в семье самураев низшего ранга, он был человеком весьма честолюбивым. Сумел получить высшее юридическое образование в Гарвардском университете, владел несколькими иностранными языками, благодаря чему сделал весьма серьёзную карьеру. Это по его совету, «для закрепления успеха», пока русская делегация собиралась через Европу отправиться в Америку, чтобы «российские дипломаты были сговорчивее», император Мэйдзи распорядился высадить японский десант из четырнадцати тысяч человек на Сахалине.
24 июня 1905 года регулярная 15-я японская дивизия генерала Харагути за три недели сломила сопротивление немногочисленных, плохо обученных и плохо вооруженных русских отрядов военного губернатора Сахалина генерала Михаила Ляпунова, подписавшего капитуляцию за девять дней до начала работы мирной конференции в Портсмуте. К этому времени японцы уже полностью оккупировали территорию огромного острова, который всего тридцать лет назад вошёл в состав Российской империи и считался её отдалённой территорией.
Министр иностранных дел подготовил на утверждение императора Мэйдзи три основных пакета требований Японии к России, некоторые из которых своей наглостью даже слегка удивили и обескуражили весьма агрессивно настроенного японского лидера. К примеру, «полное разоружение Владивостока и ограничение пребывания Русского Императорского военно-морского флота в Тихом океане» или «предоставление Японии прав на свободное судоходство по Амуру от дельты до Благовещенска. Открыть в городах Владивостоке, Благовещенске, Хабаровске и Николаевске японские консульства, предоставить возможность японским подданным для необлагаемой налогом торговли на территории всей Приморской области». Эти строки император Мэйдзи поначалу хотел даже вычеркнуть. Но, усмехнувшись, оставил, вспомнив известный девиз Наполеона: