Людмила Лаврова – Хранители (страница 5)
Больше она не сердилась. И даже улыбнулась Саше, когда он поблагодарил ее.
– Ой, да не за что! Ты возвращайся поскорее! Мальчишки там собрались перед тобой извиняться… Они не думали, что так все получится. Знаешь, как им прилетело от Ольги Петровны и от директора?! Ух, как они ругались! – Милана сделала круглые глаза. – А потом сказали, что Деда Мороза на утреннике нам не видать как собственных ушей! Вот! Правда, Ольга Петровна потом все-таки сказала, что если ты придешь на праздник, то Дед Мороз может и подумает приходить в школу или нет. Я тебе стишок принесла, который нужно будет выучить. Твоя мама сказала, что тебя уже отпустят из больницы к тому времени. Саш, а собака, которая рядом с тобой была, это твоя?
– Теперь моя, – кивнул Саша.
– Я видела, как твоя мама ее на следующий день забирала возле школы. Бобик твой совсем как настоящая овчарка, представляешь! Сразу послушался, когда она ему сказала, что пора домой идти!
Они поболтали еще немного, и Милана с бабушкой ушли.
А еще через неделю Сашу отпустили домой. И в тот же вечер он пошел с мамой и Бобиком гулять, уже зная, что одноклассники больше не станут к нему цепляться. За эту неделю в его палате побывали почти все. Кто-то с извинениями, а кто-то просто так.
А еще Саша наконец-то увиделся с папой и бабушкой. Они приехали, чтобы проведать его. Правда, визит их был коротким, но Саша был рад и этому. Бобик отцу неожиданно понравился. И теперь Саша гордо сжимал в здоровой руке поводок, который подарил ему для собаки отец.
Как разбирались между собой взрослые после всего случившегося, Саша не знал. Мама не стала рассказывать ему подробностей беседы в кабинете директора с другими родителями и решения, которое было вынесено руководством школы. Сказала только, что, если Саша решит, что хочет учиться в другой школе, она переведет его туда без лишних вопросов.
– Мам, а как ты думаешь, это будет хорошей идеей?
– Не знаю, сын, – Соня не стала лукавить. – Я не уверена. Ты столкнулся с человеческой глупостью и подлостью. Бить одного всемером – это подло! Но ребята извинились перед тобой. И теперь только тебе решать, прощать их или нет. Сбежать, Саша, всегда проще, чем решать какие-то проблемы. Я это знаю лучше, чем кто-то другой. И когда-нибудь мы обязательно поговорим с тобой об этом, но не сейчас. Думай. Что бы ты ни решил, я тебя поддержу в любом случае!
Из школы Саша уходить не стал. Когда врачи сказали, что рука почти здорова, Саша попросил маму записать его в футбольную секцию, и начал ходить с Бобиком на собачью площадку. C Миланой он больше не ссорился. Мальчишки перестали к нему цепляться и даже иногда звали поиграть его с собой на площадку возле школы. А через какое-то время и вовсе приняли в свой круг.
Но по-настоящему все изменилось, когда Бобик вдруг пропал.
В тот день Саша убежал в школу раньше обычного. Он был к тому моменту уже шестиклассником, и их класс в тот день дежурил по школе.
На прогулку с собакой вышла Соня.
Она дошла с Бобиком до парка, где была собачья площадка, и потянулась, чтобы отстегнуть поводок. За ее спиной, на дорожку парка, кто-то из проходивших мимо школьников бросил петарду, потом другую, и Бобик испуганно дернулся в сторону, вырвав поводок из Сониных рук, а потом кинулся бежать, ужом проскользнув в приоткрытую калитку собачей площадки.
Соня бежала за ним, сколько могла, пока собака не скрылась из виду. А потом бродила по району. Звала, искала, но найти Бобика не смогла. Позвонив на работу, она вернулась домой и, распечатав листовки с фотографией собаки, снова отправилась на поиски, которые так и не увенчались успехом.
Вернувшийся из школы Саша застал маму в слезах.
– Прости! Я не знаю, что делать…
– Мам, не плачь! Мы найдем его! – Саша схватил пачку листовок, которые приготовила Соня, и направился к двери.
– Саш, уже темнеет… Где его искать?
– Мам, ты забываешь, что Бобик наш все-таки был дворовым псом! Не пропадет! Пойдем! У нас еще есть время.
Проходя мимо школьной площадки, Саша столкнулся с одноклассниками.
– А ты чего здесь? И что это за бумажки у тебя?
– У меня собака пропала.
– Тот самый? Что рычал на нас?
– Ага.
– Давай сюда! – листовки были разобраны в мгновение ока. – Парни, давайте разделимся! Как зовут твою собаку, Саня?
– Бобик. Или просто Боб.
– Ясно. Все слышали? Погнали!
Несколько часов по всему району носилась ватага ребят, которые то и дело оглашали дворы криком:
– Бобик! Боб! Иди сюда!
Саша носился вместе со всеми и едва успевал отвечать на звонки:
– Нет, пока не нашелся…
И только ближе к вечеру ему позвонил какой-то незнакомый мужчина и спросил:
– Это ты собаку потерял? Дворнягу? Черную такую? Мне сын сказал. Я, кажется, видел твоего пса у гаражного кооператива. Знаешь, где это? А, хотя, не надо тебе туда одному ходить! Ты с мамой? Я сейчас за вами приеду! Ждите меня возле школы.
Бобика, растерянного и испуганного, они нашли неподалеку от кооператива. Он долго не соглашался залезать в чужую машину, и отец Сашиного одноклассника, чертыхнувшись, вылез из нее сам и сказал:
– Упрямый у вас Бобик! Ладно. Не хочет ехать, значит, пойдем пешком. Провожу вас. Не самый тихий здесь район.
А утром Саша, выгуляв собаку, пришел в школу и понял, что что-то неуловимо изменилось. К нему то и дело подходил кто-то из ребят, жал руку и спрашивал, как Бобик. А тот одноклассник, отец которого помог найти собаку, позвал Сашу в гости.
– Приходи! Мы с парнями скинулись и новую игру купили. Надо освоить.
– Я не умею играть в компьютерные игры.
– Да не вопрос! Научим! Ты же в шахматы хорошо играешь, а там как раз стратегия. Мы в раннюю версию уже играли. Нам понравилось. Но мозгового центра не хватает. Поможешь?
Стоит ли говорить, что Саша согласился?
А придя вечером домой, он выгуляет Бобика и, снимая с него поводок после прогулки, шепнет тихонько на ухо своему самому верному другу:
– Спасибо тебе за все, Бобик…
Бумажный дом
– Лерка, опоздаем!
– Пап, я сейчас! – Лера прыгала на одной ноге, натягивая носок.
Носки были смешные. Разного цвета. Один розовый, а другой зеленый. Тетка Леры, Катя, подарила. Вот эти носки и кроссовки. Тоже разные. Сказала, что так сейчас модно.
Кате Лера верила. Тетка была той еще модницей. Говорила, что если внешностью природа обидела, то надо брать свое другими доступными способами.
Насчет внешности Лера с Катериной согласна не была. Ну и что, что до канонов красоты по нынешним меркам там далеко? Тощая «как моща», как говорила бабушка, темноволосая и сероглазая Катя была настолько яркой, что Лера только посмеивалась, когда они шли рядом по улице.
– Не замечают тебя, ага! Вон, шеи посворачивали все!
– Кто? – Катя останавливалась и начинала крутить головой по сторонам.
Лера в таких случаях хохотала от души. Какой же, в сущности, Катерина еще ребенок! Пусть старше племянницы, конечно, но Лера рядом с тетушкой чувствовала себя всегда чуть ли не взрослой.
Наивность Кати ее поражала.
– Он мне сказал, что я ему нравлюсь! Лерка, я не знаю, что делать!
– А он тебе нравится?
– Очень! Но я его боюсь!
– Почему?
– Слишком красивый. Все девчонки у нас в офисе за ним бегают. А он что-то во мне нашел. Ерунда какая-то!
– Катя, ты – не ерунда! Красивая и умная девушка! Почему ты не должна нравиться?
Вопрос был риторическим. И как ни пыталась Лера пробить броню Катиной неуверенности – ей это нисколько не удавалось. Лера злилась, иногда даже до слез, но поделать ничего не могла.
– Дочь, трудно переломить то, на что столько времени и сил положено. – Олег, отец Леры, качал головой, утешая свою дочь-подростка.
– Кем положено, пап? И зачем? Почему надо из красивой девчонки делать неуверенную в себе дурочку? Ты меня не так воспитывал!
– Я – не так. Учителя хорошие были.
– А у Кати? Пап, я же знаю, ты про бабушку говоришь. Только почему-то никогда напрямую.