Людмила Лаврова – Хранители (страница 4)
А потом мама потеряла работу в университете, где преподавала английский, и решила, что ее в городе больше ничего не держит. Мальчик, конечно, не мог знать, что это новая жена его отца, которая училась в том же вузе, где преподавала Сашина мама, решила, что не хочет встречаться в коридорах с той, кто, по каким-то странным причинам, не устроила скандала, не стала делить ложки-вилки при разводе, а удовольствовалась только оставленной ей мужем квартирой, далеко не новой машиной и алиментами на ребенка. В красивой голове этой женщины не умещалось то, что люди могут решать свои проблемы без ругани и угроз, а потому она постаралась сделать все, чтобы присутствие Сашиной матери ее больше не беспокоило. Как и с кем она решала этот вопрос, так и осталось загадкой, но Соне посоветовали написать заявление об уходе, а взамен выдали самые лучшие рекомендации из возможных.
Сашина мама, лишившись работы, решила, что пришло время для перемен. В городе ее, после ухода из жизни родителей, ничего больше не держало. А потому она выставила на продажу квартиру, в которой жила с сыном, добавила к полученной сумме вырученное за родительский дом и собралась в дорогу.
– Мы не пропадем, Сашок! Пока у меня есть ты, а у тебя – я, нам ничего не страшно!
Первое время они жили у дальней родственницы, которая была поначалу даже рада их приезду. Но Варваре Евгеньевне было уже хорошо за семьдесят, она давно жила одна и ценила комфорт и тишину. Даже спокойный Саша был для нее слишком шустрым и шумным, а потому Соня сделала все, чтобы купить новую квартиру в кратчайшие сроки. Эта спешка аукнулась тем, что квартира, найденная риелтором, была довольно просторной и светлой, но выбор школ рядом с домом, в котором предстояло жить Саше с мамой, оказался невелик. Поразмыслив, они решили, что лучше всего для Саши подойдет школа с математическим уклоном, которая была чуть дальше, чем остальные, но славилась своими преподавателями.
– Тебе же нравится математика? – Соня помогала сыну собирать рюкзак в первый учебный день на новом месте.
– Да, мам. А еще ты говорила, что там есть шахматный кружок! – Саша затолкал в рюкзак пенал и задумался. – Как считаешь, а ребята там хорошие?
– Если ты захочешь найти друзей, то они обязательно появятся. Главное – это твое желание!
Мама говорила убедительно, и Саша ей поверил. Но реальность оказалась куда суровее.
Полноватый, немного застенчивый, молчаливый Саша не пришелся ко двору в новой школе. Поначалу его не трогали. С ним не дружили, не отвечали на вопросы, если Саша их задавал, не обращали внимания на переменах. Девочка, с которой его посадили за одну парту, демонстративно сдвинула свои учебники и тетрадки к краю стола и на первом же уроке сердито прошипела в ответ на какой-то вопрос Саши, заданный шепотом:
– Замолчи! Я не буду с тобой разговаривать!
Больше он не пытался завести беседу с соседкой по парте. Но и с мальчишками в классе отношения у Саши не складывались. Он не умел хорошо играть в футбол, мало знал о компьютерных играх и совершенно не умел плеваться.
Спустя пару месяцев Саша решил было, что к нему привыкли и со временем все наладится, но тут случилось странное.
Милана, Сашина соседка по парте, споткнулась в коридоре, когда весь класс шел в столовую. Саша попытался поддержать ее, но у него не получилось. Немного неуклюжий, он не смог удержать девочку, и они шлепнулись вместе на пол, вызвав взрыв хохота у одноклассников и получив нагоняй от учительницы.
– Не ушиблись?! Ладно. Вставайте! И смотрите под ноги в следующий раз!
Саша поднялся и протянул было руку Милане, но та, будто разъяренная кошка, снова зашипела на него, вытирая злые слезы:
– Уйди! Не трогай меня!
И Саше не оставалось ничего иного как послушаться. Он сделал шаг назад, подождал, пока Милана поднимется, а потом побрел вслед за нею в столовую, уже понимая, что снова оплошал. Только в чем именно была его оплошность, пока понять не мог.
Весь день одноклассники подтрунивали над ним и Миланой. Девочка злилась, несколько раз принималась плакать, и, сердясь на соседа по парте, скинула учебники Саши на пол.
Злиться за это на Милану Саша не стал. Подобрал книжки и выудил из рюкзака конфету, которую ему дала утром мама. Предлагать не стал. Просто положил рядом с тетрадью Миланы и отвернулся. Он вспомнил, как мама, когда была очень сердита, говорила:
– Мне нужна генеральная уборка и пирожное! Или, на худой конец, конфетка! Надо успокоиться!
Саша решил, что если для мамы этот рецепт работает, то и с Миланой должно помочь.
Конфету девочка не взяла, но сердито сопеть перестала. Саша решил было, что на этом все и закончится, но не тут-то было!
После уроков его уже ждали…
– Зачем ты Миланку обидел? – одноклассники обступили Сашу.
– Я? – Саша удивленно смотрел на ребят.
– Она тебя не трогала. И ты ее не трогай! А то получишь!
– За что?!
– Не понимаешь? Объясним! Беги!
– Что? – Саша видел, как меняются лица ребят, которые еще минуту назад шутили, а теперь смотрели на него так, что становилось почему-то не по себе.
– Беги, тебе сказано! Догоним – хуже будет! – чья-то сменка просвистела над головой Саши, и он сорвался с места.
Одноклассники заулюлюкали вслед и кинулись за ним.
Погоня была короткой. Саша не умел быстро бегать, да и тяжелый рюкзак, набитый учебниками, не давал ему развить мало-мальски приличную скорость. Его догнали сразу за воротами школы, повалили на землю, и он успел только подумать о том, что маме придется стирать его куртку, как обидчики вдруг отступили и кинулись прочь. Саша ничего не понимал, приподнял голову и увидел, что рядом с ним стоит Бобик.
Широко расставив лапы, пес глухо рычал, глядя вслед удиравшим мальчишкам, но гнаться за ними не спешил.
Бобик был дворовым псом. Ничейным. Неухоженным, лохматым и грязным. Его гоняли все, кому было не лень, но Саше этот бродяга почему-то приглянулся. Мальчишка не решился привести его домой, понимая, что мама не одобрит появление такого питомца в новой квартире, но каждый день аккуратно скармливал Бобику бутерброд, который готовил специально для нового друга. Имя собаке тоже дал Саша. До этого пса звали как угодно, но только не по имени.
– Привет, Бобик! – Саша поднялся и тут же охнул.
Левая рука почему-то болела и не слушалась. Саша попытался было поднять с земли свой рюкзак, но в глазах у него потемнело, а Бобик тут же оказался рядом и заскулил, пытаясь прижаться к боку мальчика.
– Эй, с тобой все в порядке?! – Милана, которая вышла из школы чуть позже остальных, остановилась возле Саши и насмешливо глянула на него. – Будешь знать, как приставать!
Саша ничего ей не ответил. Он снова потянулся за рюкзаком и, с трудом поднявшись на ноги, скомандовал:
– Идем, Бобик! Домой пора!
Ему очень хотелось гордо удалиться от ворот школы, но рука болела, голова почему-то начала кружиться, а Бобик то и дело норовил прижаться к ноге, чем не помогал, а наоборот мешал Саше. Пройдя всего несколько шагов, мальчик понял, что далеко не уйдет, и решил, что стоит все-таки позвонить маме. Телефон достать из кармана у него получилось, а потом все смешалось, залаял пес, и Саша потерял сознание, уже не увидев, как подбежала к нему Милана.
Очнулся он уже в больнице. Рядом сидела мама, и лицо у нее было таким грустным, что Саша позвал ее почему-то шепотом:
– Мам…
Ему показалось, что если он позовет маму громко, то она испугается и загрустит еще больше.
– Саша! – Соня вскочила со стула. – Господи! Наконец-то!
Она куда-то убежала, а потом вернулась вместе с врачом. Тот панику разводить не стал. Подмигнул Саше, рассказал об операции, которую сделали, и объяснил, показав снимок перелома, как нужно себя вести, чтобы рука побыстрее восстановилась.
– Мамочка, а вы прекращайте рыдать! Сын ваш жив и почти здоров! Вон, какой крепкий мужчина растет! Не ноет, не канючит и даже улыбается! Хвалю! Через месяц будет как новенький! И сможет сам держать поводок. Да, Александр?
– Какой поводок? – Саша недоуменно глянул на маму.
– Что же ты мне не сказал про своего друга, сын? – мама осторожно погладила Сашу по голове. – Мне Милана все рассказала. И про Бобика твоего, и про то, как он за тебя заступился… Я надеюсь, что он не удерет далеко, пока мы здесь. Потому что у такого пса должен быть дом. Как считаешь?
– Мы возьмем его к себе?
– Конечно!
– Папе эта идея не понравится…
– Саша, я думаю, что пришло время, когда мы должны сами решать, что хорошо, а что плохо… – Соня осторожно подбирала слова, стараясь не задеть чувства сына. – Папа с нами больше не живет. Конечно, он остается твоим отцом, и прислушиваться к его советам нужно, но решать, как и что мы будем делать в нашем с тобой доме, нам предстоит теперь самим. И если мы решили, что заведем собаку, то так и будет. И ни у кого разрешения мы спрашивать теперь не станем. Понимаешь?
Саша молча кивнул. Почему-то ему показалось, что мама говорит вовсе не о Бобике. И Саша решил, что не нужно ничего отвечать. Он просто взял маму за руку, и они долго еще молчали, думая каждый о своем. А потом мама вытащила из кармана конфету, развернула ее и разделила пополам.
– Что-то мне подсказывает, что нам с тобой это сейчас нужно! – подмигнула она Саше.
А еще одну конфету Саша получил на следующий день от Миланы. Она пришла в больницу, чтобы проведать его, вместе с бабушкой. Мальчик уже знал, что именно Милана подобрала его телефон и позвонила Сашиной маме, когда он потерял сознание. А потом сбегала в школу и позвала взрослых.