Людмила Бешенцева – Ведьмин Род: Избраница Духов (страница 3)

Улыбнулась на то девица, а заметив приближение духа с дурацкой, лебезивой усмешкой, встала и поспешила к костру. Гася его и спрашивая спешащего за ней прилипалу:

— Далече ли нам идти? Не сподручнее ли полететь будет?

На такое предложение Альхей отрицательно замахал руками, излишне жестикулируя, тут же объясняя при виде удивлённых лиц:

— Сейчас мы на окраине мира духов. Но колыбель огромна, нам же надо в главный город — Эльхейм. При подлёте к нему обычные духи спешиваются. Думаю, при виде василиска выкатят пушки манны, переполох поднимем. Давайте зайдём с духовного моря, поплаваем на паруснике. Вот такая у меня идея.

Василиса всё внимательно выслушала, умом понимая, что с проводником будет легче и проще, душой однако негодуя. Тяжесть бремени давила на плечи. Пришлось спокойно кивнуть, взмахом руки потушить костёр, магией собрать снасти в котомку и сказать простое:

— Веди…

Пускаясь в дальнюю дорогу по зарослям чудным, травам цвета то зелёного, то голубого, а иногда и вовсе розового. Наблюдая за диковинными животными, замечая что-то трёхглавое над головой пролетающее. Мысленно веря в то, что путешествие выйдет лёгким. Такой сладкий самообман…

5

Быстро сменилась ночь на день в мире духовном, да вот провожатый их приуныл. Чем ближе к морю приближались, тем грустнее становился.

— Чего-то ты, Альхей, не договариваешь, ей-богу! — шикнул недовольно Филентий, ушами дёрнув.

— Да что ж кот ваш всё на меня ворчит! Как старый дед!

От такой грубости Васенька чуть не запнулась, но, пожалев духа, с юмором ответила:

— Так он и есть дед, но мне прадедом приходится. Так что побольше уважения. Право имеет ворчать — в силу лет.

От её слов Гетар хохотнул, отвернувшись. Княжеский сын на кота стал с каким-то уважением смотреть, а дух замолк. Но затем, видимо, передумал, остановился, тут же развернулся, падая на колени и выпаливая как на духу:

— Парусник взять только у домовичков можно, а они нас, духов, тихо ненавидят.

— Как я их понимаю… — тут же вмешался в разговор кот.

Василиса улыбнулась, уточнив источник проблемы:

— Кто это такие? Да и за что вас недолюбливают? Рассказывай!

Альхей пригорюнился, усевшись на траву зелёную, начиная рассказ свой длинный. Другие кругом его окружили, вслушиваясь внимательно.

— Много тысяч лет назад, когда ещё первые дома появились, в нашем мире зародились первые домовички. Тут они силы набрались, потом и пути им в дома открылись. Люди их почитали, подкармливали. Но со временем всё чаще к нам, духам, за помощью обращались. Стали домовичков за духов считать. Так магия домовичков угасла, и их тут заперло. Пока люди не вспомнят истинное существование домовых, в мир людской им хода нет. За это нас их народ и ненавидит.

— Ну так это дело поправимое! — молвил Ярополк, встав, подбоченившись, добавив голосом уверенным: — Я как в мир людской вернусь, слухи пущу о домовичках. Думаю, внучка Яги мне поможет. Слава к ним вернётся, а с этим и путь откроется. С такими условиями дадут нам лодку?

Васенька посмотрела на молодца впервые с первой встречи на поляне. Показался он ей куда умнее, чем думала она доселе. Улыбнулась девица, сказав духу легко и весело:

— Веди давай!

Долго ли, коротко ли брели путники по травам луговым, синевой отливающим, а показался городок чудной. Домики похожие на скворечники, а между улочками суетились создания чудные.

Ростом небольшим жители местные обладали — в реальном мире до колена были бы. Лица на человечьи похожи — как у старичков, а у кого помоложе — на детей. На головах шляпки носили из груздей, лисичек, а некоторые и мухоморов. При виде духа домовички зашептались, а наперед выступила застава стражников городских. Ткнули они в гостей пиками (даже не точёными — видать, не войны вовсе), спросив грозно:

— Кто такие? Чего в наших краях надобно?

Альхей побледнел от такого обращения, кровь от щёк отлила. Васенька же перед ним встала, улыбнулась ласково, ответив по-доброму:

— Здравствуйте, хозяева добрые. Хранители очага нашего. Я — внучка Яги. Помощь мне ваша надобна. Коль я тут не пройду — магия погибнет и беда всем будет. Поможете али нет в беде моей?

Задумались над просьбой стражники, а потом слово староста взял, молвив нежно, по-отечески:

— Тебе мы всегда рады, внученька. Ядвига всегда домовичков привечала, другим про нас рассказывала. Но других пустить не можем, пока они свою значимость не докажут.

— Добрый батюшка, меня зовут Яшио, сын я Верта и Васильи. Прошу впустить меня — должен буду. На выручку по зову приду в час беды.

Тут же в разговор василиск вмешался, рядом с Василисой вставая. Да и Ярополк не растерялся, колено преклонил, обещание давая:

— Я Ярополк, сын княжий. Клянусь: как вернусь в мир людской, молву о вас пущу, помочь сил нарастить, чтобы жил ваш род и процветал.

Видно было, как любо старику такие речи, однако взгляд его всё ещё на оставшихся путниках лежал. Филентий на такое снова обычным котом обернулся, внучке на плечо запрыгнул, мяукнув наигранно и протяжно. Василиса едва улыбку сдержала. Гетар же лисом обернулся, говоря угрожающе:

— Я хранитель, меня Ядвига послала.

Оставался лишь дух в отдалении. За него пришлось уж Васеньке вступиться:

— Добрые домовички, пропустите и этого чудика. Проводник он наш. Мы без него не дойдём до древа мира.

— Так тому и быть. Проходите, ночуете, а потом и в путь. Вам же корабли нужны? — спросил старичок в шляпке белого гриба.

Василиса только кивнула и следом пошла.

Расселили гостей незваных по разным домам, и уже вечером домовички пир приветственный закатили. Каждый пытался услужить внучке Ядвиги, что в прошлом проход в мир людей открыла.

Василиса, пригубив настоечки грибной, решила поговорить с Гетаром. Подсев к нему, девица спросила с интересом:

— Хранитель бабули, ты вот скажи мне: любил ли её молодую? Всегда интересно было. Или мою прапрапрабабку, может?

Лис от такого вопроса замер, призадумавшись, отвечая искренне, любуясь незаметно красавицей напротив сидящей:

— Не может хранитель хозяйку любить. Ты вот — другое дело!

От такого прямого ответа Васенька покраснела, допив снадобье, привстала, а пошатнувшись, очутилась в объятиях крепких. Вот только не лиса, а княжего сына. Тот сам не понял, как девушку поймал, мимо проходя костровища, к себе прижав.

Встрепенулось сердце любви не ведавшее. Покраснел молодец, руки распустив, сказал почти шёпотом:

— Ты прости, если напугал, внучка Яги…

— Можешь просто Василисой звать, — ответила девица, засмущавшись, и в домик поспешила, ей отведённый.

Закутываясь в одеяло и в сон проваливаясь, зная: дальше путь будет сложный — через море ей неведомое. Задаваясь вопросом в мыслях: «Справлюсь ли я?»

Во сне же вновь прапраправнучку настигает прародительница, что ласково касается её щеки. Из-под пальцев женщины вызываются искры холодные да ледяные. Говорит она кровиночке ласково:

— Не бойся ничего, дорогая моя. Я всегда с тобой и помогу…

6

Море волшебное нефритом переливалось, а на ощупь — как молоко тёплое было. Попробовать его на вкус Васенька не решилась, рукой поводила по глади и к паруснику пошла. Уже на палубе услышала она вопрос от Ярополка, заданный духу:

— Я вот всё думал: почему мы на крылышках своих не полетели? Мы не василиски, не стали бы нас сбивать пушкой?

Альхей на это усмехнулся загадочно, предложив молодцу коварно:

— Ну, опробуй, взлети.

Княжий сын крылья свои расправил, запорхал, вот только поднять своё тело в воздух попросту не смог. Дух сразу пояснил:

— Вы люди. Ваши крылышки слабые, нет в них силы годами накопленной. Поэтому и приходится пешком ползти медленно.

Ещё недавно Альхей был ниже травы, тише воды, особенно когда с домовичками прощались. Старейшина Яшио камень подарил заговорённый, сказав ему радушно:

— Как только он руку тебе обожжёт — явись к нам и помоги. Мы воззовём лишь в крайнем случае.

Василисе же он дал мешочек с золой и молвил на ушко:

— Ты ведьма. Коль помощь нужна будет, разожги огонь и брось в него золы горстку. Как пламя станет зелёным — мы тебя и услышим. Придём на помощь.

Девица благодарила будущих заступников, пока старичок дудочку княжему сыну давал, а лису — клубочек путеводный. Простились на этом без обид и ссор.

Сейчас дух важничал да так, что это ведьму расмешило. На её смех заливистый сразу три молодца обернулись, отчего она, покраснев, на море загляделась.

Быстро парусник нёсся по глади морской как заговорённый, легко скользил. Коснулась Василиса воды снова, и вдруг от её пальцев начал лёд расходиться, сковывая воды. Да такой силы магия была, что встал вскоре корабль.