Людмила Бешенцева – В МОЕЙ ВЛАСТИ (страница 8)

— Ну, раз вы так хотите… То Чарён, давай рассказывай. Я ведь только один раз слышала историю о том, где ты плутал несколько месяцев. Я тоже внимательно буду слушать…

Чарён на мою просьбу кривится. Но под взглядом выводка из восьми щенят сдаётся. Вздыхая и так же подмигивая:

— Только слушайте внимательно, дети севера…

Глава 13

Предательство

Уже мчась по лесу Казула в сторону юга, я вспоминал о многом: о нашей первой встрече, запахе морошки, идущем от чёрного исхудавшего комочка, о метке, что расцвела в день церемонии совершеннолетия.

Нас связало так много. И я чувствовал, что Исин наконец-то начала открываться мне, как она вдруг закрылась. Следом появился и Чонлэ. Из этого всего и родилась моя ревность. Именно она сподвигла меня проследить за любимой.

Однако мне это почти принесло смерть. Очнувшись, я услышал от одного из старейшин, что Исин предала меня, заняв место вожака. Подтверждением стала она сама в одной постели с тем самым альфой.

Моя любовь была безумной. И в этой ситуации моё горе было ещё острее. В порыве мне даже захотелось убить предательницу. Но, увидев её умиротворённое лицо и услышав ровное сердцебиение, я сдался. Понял, что так и не смог покорить сердце даже истинной пары.

За мной всегда бегали омеги, стараясь заполучить расположение. Мой же взор стремился к холодной и отрешённой Исин. С момента нашей первой встречи и до сих пор я бредил ею. И даже боги пали под этой тягой.

Под покровом ночи в последний раз я одарил любимые губы поцелуем. Уже к рассвету находился на другой стороне леса. Желая забыться и обрести новый смысл бытия.

Новые запахи, идущие с долины, освежают. Уже хочу поохотиться, чтобы отвлечься от тяжких дум, как слышу чей-то вой. Бросаюсь на помощь. Набредаю на несколько омег, что убегают от диких кабанов.

Но что удивляет сильнее, так это окрас. Все они чёрные. И главное — у них жёлтые, как у Исин, глаза. Один этот факт даёт мне мощный толчок. Даже раненый, легко разделываюсь с кабанами.

Самки осторожно приближаются к моему волчьему обличью. Рычат спасибо. Я же спрашиваю важное для себя:

— Из какого вы племени? Я вас раньше никогда не видел. Можно ли пойти с вами?

Чёрные омеги напрягаются. Но, не чувствуя угрозы, всё же отвечают:

— Мы бродячее племя цыган. Каждые пять лет возвращаемся в лес Казула, чтобы провести зиму и вырастить потомство.

Слыша такое, ощущаю волнение. Задаю ещё более важный вопрос:

— Скажите, у вас пятнадцать лет назад не пропадал щенок? Её зовут Исин. Это единственное, что она помнила.

После моего вопроса женщины замирают. Следом пускаются на бег и кричат:

— Скорее, следуй за нами. Это же чудо!

Не понимаю их восторга ровно до того момента, как мы не влетаем в поселение со свежими хижинами и старыми лачугами. Самки же кричат:

— Глава, глава… ваша дочь, она уцелела. Этот волк спрашивал о ней!

После этого ко мне спускается уже немолодая волчица. Осматривает спокойно. Удивительно то, что даже с седеющими волосами она точная копия Исин, но только постарше.

Отчего спрашиваю:

— Вы же её мать?

На это вожак кивает с толикой гордости. Спрашивает и меня:

— Что ты знаешь о моей дочери?

В этот момент, осознавая всю неловкость, показываю метку незнакомке. Говорю прямо:

— Я её истинная пара.

Шум и гомон после моих слов исчезают. Вожак, осматривая мою громадную тушу, улыбается. Говорит ласково:

— Раз так, то проходи. Меня зовут Визма. Я её мать. Думаю, нам надо поговорить.

Смотрю на Визму и чувствую в ней не омегу и не альфу. Она такая же, как и моя Исин.

Уже когда оказываемся в большом шатре, задаю вопрос:

— Вы её мать, так почему вы не омега?

Вожак на это улыбается. Предлагает мне плащ, чтобы одеться после обращения, и усаживает возле очага. Наливает травяной чай и уже потом отвечает:

— Знаешь…

— Чарён, — представляюсь тёще.

Она кивает и говорит дальше:

— В нашем племени есть не только альфы и омеги. Есть также и третий пол под названием гаммы. По своему желанию мы можем стать и омегой, и альфой. Мы кочевое племя, и это стало нашей панацеей при размножении. Думаю, Исин об этом не помнит…

— Да. Исин считает себя не способной понести потомство. И это всегда мучило её.

— Много лет назад она с отцом вышла в лес просто на прогулку. Но на них напал чёрный медведь. Он спрятал Исин, а сам еле как, изодранный, вернулся в стаю. Умер к утру. А мою малышку мы так и не нашли. Расскажешь мне о её жизни?

Увидев слёзы счастья на таких похожих золотых глазах, рассказываю всё от начала и до конца. Говорю и о предательстве.

На что Визма задумывается. Даёт наставление:

— Чарён, ты ещё юн. Зришь только глазами, а не сердцем. Попробуй обратиться к своей метке, к душе. Своим нутром ты веришь в измену Исин? Неужели она не отвечала тебе взаимностью? Хорошенько подумай об этом в своём долгом путешествии. Возможно, именно в нём тебе откроется истина. Я не буду отговаривать тебя или убеждать. Но дай мне обещание прийти сюда с моей девочкой. Наше племя будет ждать её сколько угодно. Теперь, зная, что она жива, мы не можем уйти. Останешься на ночь у нас? Мы расскажем тебе о наших традициях.

Слушая мать Исин, вдумываюсь. Если бы моё сердце верило в её измену, я бы смог убить её. Но что-то на подсознательном уровне остановило этот порыв.

Всё глубже погружаясь в думы, чувствую, что уже скучаю по истинной. По её чёрным как смоль волосам, по глазам, отливающим золотом, и алебастровой коже ярче свежего молока.

Как и предлагает вожак, остаюсь на ночь. Всем и каждому рассказываю о своей жене. А видя блеск счастья в их глазах, мрачнею.

Но даже с прояснившимся умом пока не могу вернуться. Следующим же утром отправляюсь к морю. Бежать по равнинам и холмам непривычно, но приятно. Освобождаю свой волчий дух от всего лишнего.

Набродившись же вдоволь, ворую одежду. Оседаю почти на месяц в городе. Смотрю на то, как живут обычные люди. Даже устраиваюсь на работу, чтобы заглушить тоску и печаль.

На полученные же деньги покупаю наряды для любимой гаммы. Готовясь к грядущей встрече, убеждаю себя поскорее вернуться.

Но то, что ставит точку в этой истории, — нежданная встреча. Вечером в пабе издалека замечаю знакомую фигуру. Тут же бросаюсь к знакомому альфе, разворачиваю его, спросив в лоб:

— Чонлэ, что ты тут забыл? Почему ушёл из дома?

Невысокий альфа при виде меня сияет радостью. Хватает меня за плечи и говорит:

— Вожак, я искал тебя. В нашем племени появились предатели. Ваша истинная в опасности. Самых верных вам волков изгнали, но они остались недалеко от стаи. А я отправился по запаху на ваши поиски.

После того как дослушиваю друга, крепко обнимаю его. Наконец-то подтверждая свои догадки. Исин не предавала меня. Она стала жертвой обстоятельств, подставной фигурой на шахматной доске.

— Иди к выходу из города. Я соберу всё необходимое и сразу приду, — командую альфе и бегом уношусь к гостинице, где жил.

Там всё бросаю в мешок. Перевязываю им себя плотно, чтобы поклажа не соскользнула в волчьем обличье.

Уже спустя пару-тройку часов две движущихся фигуры волков несутся к лесу под гулкий зимний ветер, под полной золотой луной. Им на прощание сверкает отблесками бескрайнее море, провожая гостей своих берегов в безопасный путь.

Глава 14

Любовь на грани смерти

Дорога до дома занимает на удивление больше времени из-за ужасной погоды. Отчего в родном лесу, возле нашего поселения, мы с Чонлэ оказываемся спустя лишь пару недель.

Пока мой друг готовит наступление, я украдкой пробираюсь к нашей хижине. Прячусь за открытым окном среди ночи.

Да, как оказывается, появляюсь я там как нельзя вовремя. Ведь в доме помимо спящей Исин находится группа альф. Уже хочу кинуться на спасение любимой, но останавливает диалог убийц:

— Серьёзно, ты хочешь убить её этим костяным кинжалом? Придумал отменно.