Людмила Бешенцева – ТОТЕМ (страница 1)
Людмила Бешенцева
ТОТЕМ
Часть 1
— Наверное, сложно описать, что происходит со мной уже как много лет... столетий... Ой, да я уже и не вспомню. Просто в далёком прошлом, когда меня боялись и нарекли Кьюби, в один чудесный день взял да и сжёг целую деревню дотла. На самом деле нет во мне беспричинной злобы, ведь за несколько лун до этого на костре спалили мою дорогую жену, также девятихвостую лисицу. Она была слаба после болезни, а я всего лишь отошёл на гору за трёхсотлетней мандрагорой. С той вышины до меня не донеслись её истошные крики, а на костре осталась лишь горстка пепла.
Однако это моя история немного о другом, ведь после уничтожения деревни проходящий мимо монах решил меня всех хвостов и запечатал в небольшой деревянной резной игрушке лиса. Уже пролетело две тысячи лет, и что только со мной не бывало.
Я буду перечислять, а ты пальчики загибай. Первое — попытка сожжения! Не переживай, свой сосуд я восстановил, лишившись хвоста. Второе — кажется, меня приняли за бога и поклонялись, было приятно, жаль недолго. Третье — возможно, это был потоп, побултыхался я тогда знатно. Хотя эпичнее было четвёртое — меня подарили какой-то девочке, слюни, сопли и, конечно, первые зубы. Благо человеческие дети быстро вырастают.
После мой тотем потеряли, и я долго лежал в земле. То ещё времечко, не самого яркого. Мою игрушку, конечно, после того как выкопали, поместили на колючее дерево. Так прошло несколько лет, а следом деревяшку тебе передали в годков пять. Ну и теперь перенесёмся к сегодня. Ты порезалась, пара капель крови — и я тут как тут. Успокоилась же? Больше не будешь хвататься за ту железную штукенцию, милая леди?
Девушка взирала на непонятного мужчину с недоверием, её руки всё ещё дрожали, а тело била мелкая дрожь. Сначала она вообще подумала, что спит. За день до этого в коробке со всякой чепухой из детства, забранной у мамы в прошедшие выходные, был найден крайне знакомый лис. Рука сама потянулась к выцветшей игрушке, глазки показались такими живыми и яркими.
Не задумываясь, Эвелин сунула фигурку в карман толстовки, а вспомнила о ней лишь сегодня. Бросила на стол, спустя часа два нечаянно порезалась листком до крови, пару капель, громкий бум — и перед ней полуголый мужик, в полупрозрачном халатике на пару с двенадцатью хвостами, ушами и волосами цвета серебра аж до пола. Чуть не упавши, девушка тут же схватилась за кочергу, но погоня за незнакомым мужиком ничего не дала.
Сейчас она сидела и уже битый час выслушивала эту нечисть, не зная, куда выпроводить мужчину. Ведь тот с важным видом ходил по комнате, обнажая абсолютно разные участки тела, был хорош собой, фантастически хорош и явно лишён стеснения. Эвелин, будучи молодой девушкой, ещё не встречавшейся по-серьёзному с парнем, случайно и ненамеренно поедала лиса взглядом, одновременно вожделенным и злым.
Заметив эти искры, лис замер, улыбнулся плотоядно. Вымолвив хитро и нагло:
— Неужели я тебе не люб, человеческая дева? Могу обернуться женщиной, возможно, так тебе легче станет.
Секунда — и перед Эвелин покачивала бёдрами знойная красотка, девушку аж зависть взяла. Она покраснела и стыдливо прикрыла лицо. Будучи старой девой в двадцать пять, ухаживая за своей бабулей, ей не чужды были потаённые желания и романтические фантазии. Это же доказывал её книжный шкаф, полный фэнтези-романов. Вот только на главную героиню так ею любимых книг она не смахивала: светлые волосы от отца-англичанина, цвет кожи, глаза и лицо в маму-кореянку, дополнял образ растянутый годами лонгслив в полоску — гостей внучка этого дома совсем не ждала в это мрачное весеннее утро.
Лис, осознав, что снова оплошал, обернулся юным мальчиком, а следом подошёл ближе к девушке, постучав по ладоням, заставив взглянуть на себя, после наигранно невинно сказав:
— Так лучше, сестрёнка?
Убрав ладони, Эвелин наконец-то вздохнула с облегчением, убежала в комнату и вернулась с обычной одеждой младшего брата, которую тот одевал, когда заезжал погостить на эту окраину Пусана. Отдав её гостю, она сказала с заботой:
— У нас весьма прохладно, лучше переоденься. И ещё вопрос: могу ли я тебя подстричь? Знаешь, в наше время для мальчиков такая длина — ну, немного перебор.
— Так уж и быть, позволю, — молвил лис, перестав ломать голос, делая его детским, и скрылся в комнате напротив.
Вернулся уже в широких джинсах, носках с динозаврами и толстовке цвета хаки. Успев сходить за ножницами, девушка легко срезала лишние пряди, задавая вопрос мальчику:
— Ты теперь свободен, что планируешь делать? Будешь мстить семье монаха или?.. Я не знаю, что ещё предложить...
Эвелин затихла, сделав последний срез. Сгребая серебристую охапку в кучку, задала ещё один неудобный ей вопрос:
— Я занимаюсь филигранью, мне так жаль выбрасывать твои волосы, они словно серебряные нити. Могу оставить?
Лис посмотрел на девушку нечитаемо, говорить истину ему не хотелось, но шило не утаишь — кольнёт ещё больнее, если о нём вовсе не знать. Улыбнувшись грустно, малец на вид ответил снова детским голосом, для пущего эффекта:
— Я отдам тебе всё, что пожелаешь. Ты, наверное, не знаешь... На меня не раз кровь попадала, и довольно разных людей. Но, как видишь, освободила лишь твоя. Значить это может лишь то, что ты — моя перерождённая супруга. Мне казалось это невозможным, души монстров, попадая в сансару, полностью исчезают. Но, кажется, мои суждения были неверны. Монах, заключивший меня в плен сосуда, поставил условие освобождения, и это была новая встреча с моей возлюбленной. Так что теперь я тебя никогда не покину и отдам всего себя. Имя мне дали в честь бедствия, и, возможно, твоя душа помнит его, мне придётся подождать...
Эвелин посмотрела на мальчика как на психа, но ответить и дослушать признание ей не дала бабушка, а точнее её голос, зовущий из спальни этажом выше. Окинув сереброволосого взглядом, девушка забежала на кухню, сразу поднявшись наверх, временно выбрасывая всё случившееся из головы.
Часть 2
Эвелин всё ещё с трудом верила в то, что произошло недавно, и искренне надеялась, что стоит ей спуститься вниз, как лиса в библиотеке не будет. Но не тут-то было: ребёнок стоял, вчитываясь в современные газеты, ощущая её появление заранее и говоря:
— Нехило так мир изменился, большой прогресс. Наверное, это хорошо. Интересно, мир духов тоже изменился?
Озадачив сам себя, лис положил шуршащие бумажки, обернувшись к ней и предложив ненавязчиво:
— Может, ты захочешь прогуляться со мной за грань, дорогая супруга?
Её аж передёрнуло от обращения, и, пожав плечами, девушка вежливо отказала:
— Я с незнакомыми существами в странные места не хожу, по современным аниме того и гляди меня какой-нибудь ёкай слопает, а может, и ты сам. Но можешь идти один, я совсем не против.
Мальчик на это улыбнулся, оголив левое запястье, на котором красовалась алая нить, но не обычная, а похожая на татуировку, вживлённую в тело, лишь с небольшим отличием: эта штука шевелилась, как живая змея. Эвелин отшатнулась от демонстрации, как вдруг ощутила покалывание в своей руке, только правой. Подняв полосатый рукав лонгслива, девушка вскрикнула — её запястье украшал тот же узор.
— Что это за чертовщина? — судорожно выдохнула вопрос смертная, получая подробный ответ.
— Много веков назад, когда ещё не было так много людей и их городов, на священной горе я повстречал красивую лисицу. Хвосты рыжие, волосы отливали золотом, а личико...
— Короче давай! — прикрикнула на него раздосадованно Эвелин, за что получила легонько по носу сложенным веером.
Хотя, похоже, просьба подействовала, ибо лис сказал всё проще, без биографии часа на три:
— Это свадебная печать духов, и раз она у нас обоих — мы пара. Я обещал привести к отцу невесту пару веков назад. Так что нас всё ещё ждут вдвоём. Время в мирах течёт по-разному, тут и секунды не пройдёт. На таких условиях пойдёшь со мной?
На последних словах мальчик вновь оборачивается прекрасным мужчиной в ханьфу, волосы его отрастают вмиг, а ушки шевелятся умилительно. Перестав дышать, на адреналине Эвелин кивает.
Тут же по щелчку пальцев оказывается в красном свадебном наряде, с фатой, перекрывающей лицо.
— Главное — не снимай вуаль, пока не пробудим твой лисий дух в пруду истинности. Ёкаи и правда те ещё сущности.
Сквозь алый узор девушка видит проплывающие вокруг огоньки, а затем и улицу, набитую под завязку странными существами. Теми, которыми обычно детей пугали в древности, в сказках и притчах. Тут гуляли и Хэнге, и Онни, хотя куда сильнее пугали мононокэ.
Невольно человеческое дитя задержало дыхание. Уловив сигнал о страхе, мужчина быстро достал из-за пазухи лисью маску, помогая надеть её дорогой жене, покрывая лисью обманку снова вуалью. Беря её за руку и потянув смело за собой. Чувствуя от прикосновения знакомый трепет и наконец-то душевное спокойствие, которого был лишён столетьями. Хвосты невольно почти виляют от радости. Перед кумихо же все расступались, кланяясь, что вызывало переполох в рядах ёкаев и подозрения у Эвелин.
Всё внезапно стало яснее, когда открылись главные врата огромного дворца и навстречу им выскочил аякаси, голося:
— Юный принц, вы вернулись! Столько времени прошло! Императрица и ваш батюшка места себе не находили. Скорее, они уже ждут.