Любовь Чи – Тьма любит меня (страница 3)

– Вот и пришли, – сказал Артём.

Дверь в подъезд была открыта. Мы поднялись на этаж. Когда Сергей вставил ключ в замок и распахнул дверь в квартиру, у меня перехватило дыхание. Я замерла на пороге, как вкопанная.

– Может, мы не пойдём? – тихо, но отчаянно прошептала я Юльке, хватая её за рукав.

– Ну помнишь мой сон? – парировала она, но в её глазах читалось лишь возбуждение.

– Мы пойдём. А сны у тебя дебильные, – отрезала она и шагнула внутрь.

– Заходите, девчонки, чувствуйте себя как дома, – широким жестом пригласил Артём, но его глаза встретились с взглядом Сергея, и в них промелькнуло что-то быстрое, недоброе.

– А где… родители? – спросила я, не сдвигаясь с места.

– На даче, пока живут, – ответил Артём, уже теряя терпение. – Да не бойтесь, вас никто не укусит, заходите!

Я разувалась последней. Узкий коридор, цвет слоновой кости… Всё как во сне. Когда я вошла в зал, меня охватил леденящий ужас. Обстановка была точь-в-точь, как в моём кошмаре. И та самая дверь справа, ведущая в тёмную комнату, была приоткрыта. Она казалась зловещим порталом, из которого вот-вот должно было выпрыгнуть самое страшное. Мой подростковый ум, и без того склонный к драматизму, в тот момент работал на пределе, рисуя картины одна ужаснее другой.

Юлька же, казалось, ничего не замечала. Сидя на том самом большом диване, она демонстрировала свой «наряд» во всей красе – глубокое декольте, из которого вот-вот могло что-нибудь выпасть. Она выглядела броско, вызывающе, и парни это явно оценили.

Мы пили чай, разговор тянулся вяло. Я лишь наблюдала за Артёмом и Юлькой, и с каждым мгновением тревога нарастала. И вдруг Артём положил руку Юльке на колено и наклонился к её уху:

– Пойдём в комнату, поболтаем наедине, – он кивнул головой в сторону спальни.

– Пойдём, – тут же согласилась Юлька, и в её голосе не было ни капли сомнения.

Они встали.

– Вы куда?! – резко, почти крикнула я, вскакивая с места.

– Сейчас придём, – бросила мне подруга через плечо, и они скрылись за дверью.

Дверь осталась приоткрытой. Оттуда донеслись приглушённые звуки, шёпот, смешки, а затем – неприличное причмокивание. Я сжалась в комок на диване.

– Ты что так волнуешься? Он её не съест, – усмехнулся Сергей, подвинувшись ко мне ближе.

– Ну, понятно, – пробормотала я, отодвигаясь.

Он не отставал. Задавал вопросы, старался казаться милым, а потом его рука потянулась к моему подбородку, а губы – к моим. Я резко отстранилась, оттолкнув его.

– Что ты так себя ведёшь? Я тебе не понравился? – спросил он, и в его глазах мелькнуло раздражение.

– А это тут при чём? Понравился или нет – я не хочу целоваться в первый же день знакомства!

– Странная ты.

– Что тут странного? Раз ты симпатичный, для тебя нет запретов, что ли? Смирись.

Но внутри меня всё сжалось от страха. Я отдавала себе отчёт: если он задумает применить силу, единственный мой выход – в окно. Четвёртый этаж. До входной двери я вряд ли бы добежала. Паника, холодная и липкая, поднялась к горлу. Расширив глаза, я ляпнула первое, что пришло в голову:

– Э-э-э… Давай встретимся завтра. Уже поздно, нам домой пора. А то мой папа… он у меня строгий. И работает в полиции. Нам пара.

И в этот самый миг из спальни донёсся сдавленный, испуганный крик Юльки:

– Помоги мне! Кто-нибудь, помогите! Я не хочу!

Адреналин ударил в голову. Я вскочила с дивана и влетела в комнату. Картина, которая предстала передо мной, врезалась в память навсегда: Юлька, прижатая к кровати тяжёлым телом Артёма, её испуганное, растерянное лицо, растрёпанные волосы. Увидев меня, Артём ослабил хватку, и Юлька, вырвавшись, кинулась ко мне, судорожно прикрывая расстёгнутую блузку.

– Юль, где твой лиф? – прошептала я.

В ответ Артём, с глупой, злой усмешкой, швырнул в нас лифчиком Юльки.

– Юль, пойдём! Сейчас родители поисковый отряд снарядят!

Юлька, не глядя, сунула лифчик в сумочку, и мы, почти бегом, ринулись к выходу.

– Подождите! Я вас провожу, – окликнул нас Сергей, уже стоявший в коридоре.

– Не надо, мы сами дойдём, – бросила я через плечо.

– Нет, я провожу. Мало ли что…

«Мало ли что», – пронеслось у меня в голове. «Мало ли что» может случиться именно с вами.

– Артём, пошли, проводим девчонок! – крикнул Сергей в квартиру.

– Да пусть идут! Что с ними будет? – донёсся ленивый, равнодушный ответ.

Мы выскочили на лестничную клетку и почти побежали вниз. Но Сергей, упрямый, как осёл, увязался следом.

– Дай мне свой номер, Люб, – сказал он, догнав меня.

– Ха, зачем тебе её номер? – тут же вклинилась Юлька, и в её голосе зазвучали знакомые нотки собственничества.

– Позвоню завтра, сходим погуляем, – не обращая на неё внимания, сказал Сергей.

– Хочешь, я тебе свой дам? – настаивала Юлька.

– Нет, твой номер есть у Артёма.

– Не давай ему номер, Люб, он тебе всё равно не понравился, – фыркнула Юлька, и я почувствовала, как между нами протянулась невидимая, колючая нить ревности.

Сергей смотрел на меня, ожидая ответа. Мы подошли к дому Юльки.

– Вот и мой дом, – сказала она и, сделав шаг вперёд, неожиданно чмокнула Сергея в щёку. – Пока, Серёж. Звони Юле, если что.

Она повернулась и пошла к подъезду, не оглядываясь. Сергей смотрел на меня в полном недоумении. Потом резко схватил меня за руку.

– Я тебе совсем не понравился? Или что? Я чем-то обидел?

– Я не понимаю, чего ты от меня хочешь, – устало выдохнула я, пытаясь высвободить руку.

– Скажи, мы ещё встретимся или нет?

– Я… позвони… – сначала…, но он меня перебил.

– Мне нужен твой номер, а не Юлин. Юле пусть звонит Артём, если хочет.

В этот момент Юлька, не выдержав, обернулась и крикнула:

– Ты хочешь быть ещё одним очередным?

– Юль, ты что несёшь?! – повысила на неё голос я, чувствуя, как терпение лопается.

– Очередным? – переспросил Сергей, и его брови поползли вверх. – У тебя много парней?

– Конечно, нет! Блин, ты один во всём белом свете! – саркастически бросила Юлька.

– Я домой, – резко сказала я. – Юль, ты зачем всё это говоришь?

Она подошла совсем близко и прошипела мне на ухо, чтобы не слышал Сергей:

– Он мой. Поняла?

– Да забирай! Зачем про меня выдумываешь, стоишь тут!

И я ушла. Просто развернулась и пошла, оставив их двоих на тротуаре – её, с горящими от гнева и ревности глазами, и его – сбитого с толку, раздражённого.

На следующий день раздался звонок с незнакомого номера.