Любовь Белых – Осторожно! Следствие ведёт попаданка (страница 3)

Моя многострадальная тушка встретила преграду плечом и ухом.

Перед глазами отчего-то снова заплясали цветные пятна. Вроде бы и не сильно ударилась, а неприятно сделалось всё равно. Тело, в отличие от моей гордости, можно сказать, вообще не пострадало.

Стоит ли говорить, что дальнейшее я проживала сугубо через призму стыда и самобичевания?

За дверями оказался новый коридор и пять дверей. Я приметила первым делом, самую высокую и массивную, прикинув, что через неё лежит путь к свободе. Но вошли мы в самую первую!

Я бы уже, наверное, предпочла побыстрее убраться отсюда и не встречаться с лекарем, но не смогла запротестовать, когда инквизитор распахнул передо мной дверь и молчаливо, чуть нахмуренными бровями, предложил пройти.

Благо он со мной не остался, и я смогла чистосердечно поведать лекарю о произволе, творящемся в этих казематах.

Представившийся Рубио, лекарь провёл осмотр и, как полагается, заполнил на меня соответствующий бланк. На мою болтовню он учтиво кивал, понимающе вздыхал и иногда пожимал плечами. В общем, мужик был частью системы и из-за какой-то меня, конечно же, никакие разборки чинить не стал бы, но и за иллюзию участия ему спасибо.

Я хоть выговорилась! Мне полегчало.

Уходя, Рубио вручил мне банку мази и строго наказал мазать трижды в день ушибы. К местной медицине я относилась предвзято, но сугубо по своим личным убеждениям. На практике, у меня к ней претензий не было. Только в теории, в сравнении с родным миром, Землёй, Россией…

– Ваши вещи. – дверь толком закрыться за лекарем не успела, как в неё уже вошёл старший инквизитор, самолично неся мой ларец.

«Меня отпускают!» – эта радостная мысль вытеснила все другие, пока я не заметила, что ларец открыт.

Радость сняло как рукой.

Сердце застучало в диком ужасе.

Только мой ларец оказался на столе, где вот только что сидел лекарь и заполнял бланки, я тут же бросилась к нему.

Ну! Так и есть! Открыт! Взломан! Нет защиты!

– Стоять! – не помня себя от страха и отчаяния, я вскинула руку в направлении удаляющейся спины инквизитора и угодила аккурат в его волосы.

Не знаю почему, но пальцы почему-то сжались непроизвольно, а разжались спустя десяток ударов моего сердца.

– Господин инквизитор, а это ещё что за беспредел? Вы здесь не только людей избиваете и калечите, но и обворовываете?!

Глава 4

А зачем это на меня так убийственно смотреть? Вообще-то, я здесь жертва! На минуточку, он мне мой ларец принёс, заговорённый, без защиты, без капли магии, и слинять по-быстрому пытался, будто ничего и не было, а буравил меня таким взглядом, словно это я его обчистила!

– Вы туда заглядывали? – с нажимом, явно без желания со мной общаться, вопрошает он. – Ваши беспочвенные обвинения порядком утомляют. Я нахожусь у предела! Поверьте, если я забуду, что вы не так давно прибыли в Валервиль… – он недоговорил. Красноречиво клацнул зубами, будто оборотень какой-то.

Зубы у него тоже, кстати, были ничего. Крупные, ровные, белые. Совсем не как у оборотня. Как у лошади. Как у коня, то есть. И грива соответствующая… Не такая уж и тёмная. Тёмно-русая, отдающая охрой.

М? О чём это я?

– Зачем мне туда заглядывать? Я же вижу, что крышка болтается. – с трудом сбросив с себя замешательство, я указала на свою вещь.

– Вы обвинили законников в воровстве. – напомнил он.

– А давайте мы с вами проверим, права я или нет?

– Я лично снимал защиту. – с раздражением выплюнул гад. – Что вы собрались проверять?! – чуть ли не взревел.

– Целостность своего имущества! И позвольте поинтересоваться, на каком основании вы лишили меня столь дорогостоящего охранного заклинания, а? Я что-то не слышала, чтобы мне выдвигали обвинения! Какие у вас были причины для досмотра моих личных вещей?!

– Дебош на корабле, дебош в порту, дебош на торговой площади и даже по пути сюда! Вам мало?

– Поклёп! – уверенно заявила я. – Докажите!

– Я ничего вам доказывать не собираюсь! Я лично вас сюда привёл! Я лично вас и освобождаю. Под свою ответственность! А вы что здесь устроить пытаетесь? – инквизитор сверлил меня пронизывающим, колючим взглядом, от которого хотелось забиться под стол и переждать сей накал эмоций.

Всё было бы иначе, не подводи меня так подло память. Я даже отстоять свою честь и достоинство толком не могла, не говоря уже о том, чтобы выстроить линию защиты.

– Послушайте, – миролюбиво протянула я, – Давайте успокоимся. Вы сломали мою защиту. Она недешёвая, понимаете? Предположим, у вас были основания, вы в чём-то меня заподозрили, не смогли проверить мои личные вещи и вынуждены были снять защиту, чтобы убедиться… эмм… – я запнулась, чуть перевела дух и продолжила, – Чтобы убедиться в моей невиновности, вам пришлось так поступить. Но чисто по-человечески, господин инквизитор, защита была, а теперь её нет. У меня убытки налицо. Вы знаете, сколько она стоила?

– А вы? Вы знаете, сколько стоит моё время? – хищный взгляд карих глаз так и норовил забраться в душу, чтобы навести там свои порядки.

– Ладно. – со вздохом я признала поражение.

Положа руку на сердце, могло быть хуже. Совсем недавно меня чуть не избили, под суд не отдали, я давилась протоколом задержания, мечтала о свободе, даже воображаемого расстрела боялась… Да и пёс с той защитой. Это Валервиль – здесь ведьм как грязи. Восстановлю, ну или сама заговорить попробую. Искра-то ведьминская у меня имелась. Правда, об этом лучше помалкивать в этих стенах. А ещё лучше даже не думать, особенно рядом с инквизицией. Слышала, среди них встречаются менталисты.

Откинув крышку ставшего бесполезным ларца, я вздохнула, перебрала кое-какие вещи, коснувшись кончиками пальцев ровного двойного дна, и вымученно улыбнулась:

– В расчёте тогда?

Повернув голову в сторону дверей, я лишь взглядом огладила широкие плечи скрывшегося за ними мужчины.

– Ну, вот и поговорили. Значит, в расчёте.

Не став вздыхать и расстраиваться понапрасну, я подхватила свой ларец и поспешила убраться отсюда как можно скорее.

Сожаление о столь неосмотрительной спешке настигло меня уже спустя пять минут.

Погода в столице была донельзя зимней! Снега намело столько, что мои ноги утопали в сугробах. Лицо болело от холода и пронизывающего насквозь ветра. Я ещё и с этим ларцом…

Что за непруха?

Кое-как догребла до виднеющейся торговой площади и упала на расчищенную дорогу. Ноги, устав от такой изнуряющей ходьбы, приняли мощёную дорожку к пристани за облака и подогнулись, будто утопая в них.

Боль пронзила живот. Я даже взвизгнуть не успела, как оказалась сверху ларца, зависнув в сантиметрах тридцати от земли.

Могло быть хуже. Если бы не ларец… Был бы у меня шнобель, как у инквизитора! Точно бы разбила и лицо, и нос!

Кряхтя и чертыхаясь, я села и потёрла ушибленный живот. Что-то меня столица совсем принимать не желала. Непорядок.

Ну-у, ничего. Москва, она тоже, не сразу строилась. Никуда Валервиль от меня не денется. Я вот только отдохну чуть-чуть, а потом и до самой торговой площади дойду. Там уж добрые люди подскажут, где можно комнату снять и вкусно поесть. Я так-то неприхотлива. Мне многого не нужно. Да и подозрительно это будет, ежели я себе сразу домишко прикуплю или в хороший постоялый двор въеду, так сказать. Мне никак нельзя отсвечивать перед представителями власти на первых порах. Хотя я уж и так засветилась. Засияла, блин.

Похлопав себя по карманам, я снова ощутила, как холодный пот выступил на коже. Кошеля не было!

Ужас сдавил горло ледяными тисками.

Я набросилась на ларец, как обезумевшая. На мёрзлую землю летело всё, включая исподнее, но и в ларце моего кошеля не нашлось.

Боязнь остаться в столице без средств к существованию переселила инстинкт самосохранения, и я рванула дно-обманку, даже не заметив. Лицензии и именные печати были на месте, а вот вместо двадцати золотых, целого состояния, десять жалких медяшек.

В безумном припадке я вскочила на ноги. Путь обратно, к ворам и беспредельщикам, мне уже не казался тяжёлым. Я готова была за своё кровное и не такие препятствия преодолеть, но вовремя проснувшийся здравый смысл заставил замереть на месте, как вкопанную.

Ну, куда я попрусь? К инквизитору? Серьёзно? Попаданка с ведьминской искрой, не постаревшая и на день за пятнадцать лет? Человечка, у которой при себе три именные печати, на разные имена и два вида лицензии: защитницы и законницы? Риск был слишком велик. Инквизитор был явно магически одарён. И раз уж он старший, то способности имел выдающиеся. Опасно с таким типом связываться. Он может и слушать меня не станет – приговорит на месте, и кукиш мне тогда, а не встреча со своими соотечественницами или возвращение домой. Ну, это, конечно, если я не бессмертная. Хотя… даже если и бессмертная, такой хмырь дождётся моего воскрешения и ещё раз приговорит!

Глава 5

Вот уж не думала, что моя профессиональная деятельность в столице начнётся с меня самой. Здесь не разобраться без расследования.

… как бы ещё в этом расследовании на саму себя не выйти.

Сидя за деревянным столом в трактире, что на чудо оказался мне по карману, я ждала, пока мне принесут мой положенный обед, в виде похлёбки, лепёшки и чая, и с остервенением драла лист бумаги карандашом, выводя список подозреваемых.

С мыслями мешало собраться чувство тревоги. Как бы плохо у меня на Земле не было с математикой, а в этом мире, при моих скромных сбережениях, мои знания улучшились. В арифметике. Пять медяков за комнату на сутки, в которой уже сушилось моё бельё, заботливо мной развешанное везде, где только можно, включая дверцу ветхой тумбочки. Один за обед. Четыре монеты в остатке. Ни туда ни сюда. Никуда вообще. Даже ещё на день комнату снять не хватило бы.