Любовь Абрамова – На другом берегу (страница 4)
– Прекрати, – одернула Стрешнева Ксеня, и тут же получила дозу яда:
– Ксюх, а я думал, ты все ещё на шоссе, пытаешься отыскать жёлтый автобус.
Ксеня покраснела до самых ушей, но, вопреки обыкновению, не ответила колкостью. Колесников, казалось, ничего не заметил. Лику удивляло, что Колесников хорошо относился к Стрешневу. Да, мироздание не обделило его умом и любознательностью, но с эмпатией явно пожадничало.
– Я бы хотел пригласить вас ко мне в комнату, чтобы обсудить все технические детали. У нас осталось совсем немного времени до вечернего квеста, – сказал Колесников.
Ксеня с Ликой переглянулись. Конечно, Колесников уже придумал для своих учеников занятие. “Надо было сказать Стрешневу, что я превращаюсь в Халка”, – запоздало подумала Лика. Жаль, отвечать на шутку было бы уже тупо.
Изнутри здание школы выглядело так же опрятно, как и снаружи. Ремонт был новым, а стены, вопреки ожиданиям Лики, оказались яркими: зелёными, оранжевыми, фиолетовыми, с геометрическими орнаментами. На первом этаже находились кабинеты, в холле стоял кулер и стол для пинг-понга, висели разномастные стенгазеты и стенды с фотографиями. Лика задержала взгляд на одном: почти все дети на фотках были рыжими.
На втором этаже располагались спальни, и там стоял изрядный гвалт. Ученики расселялись, разбирали чемоданы, бегали из одной комнаты в другую. Комната Колесникова была в самом конце длинного коридора.
– Тут что-то типа интерната? – спросил Стрешнев.
– Не совсем, – Колесников ловко увернулся от пробежавшей мимо девочки, – школьники остаются жить здесь во время учебного года, потому что родители не имеют возможности их возить. Некоторых, разумеется, забирают по домам каждый день, других – нет. Здесь учатся дети из разных сел. В классах довольно мало человек. И с учителями тут трудно. Но хотя бы здание есть, это уже немало. Его построили относительно недавно – один неравнодушный человек выделил средства.
– Но все держится на вашем друге, так? – вступила в разговор Ксеня. Колесников усмехнулся.
– Я бы скорее назвал его наставником. Он был моим преподавателем в университете. Местные зовут его просто “Профессором”, это так забавно! Вы поймете, зачем я привез сюда своих кружковцев, если посетите хотя бы одну его лекцию.
В комнате Колесникова царил бардак. Похоже, Колесников в спешке выгрузил из сумок лишь часть вещей: листы ватмана, стопки тетрадей, книги, упаковки цветного картона, горы фломастеров и цветных карандашей, ракетки и мячики для пинг-понга, футбольные и волейбольные мячи, скакалки, мотки веревки, даже кегли. На узкой кровати, застеленной пёстрым пледом, гордо возлежал принтер. Колесников явно собирался устроить своим ученикам нескучный досуг. И до Лики внезапно дошло, что она тоже должна будет принимать во всём этом активное участие.
Колесников извлек из чемодана электрический чайник и коробку с чайными пакетиками, банку кофе, пачку соленых крендельков, баранки и печенье, одноразовые стаканчики из плотного картона.
Когда все наконец получили по стакану горячего чая и худо-бедно расселись, Стрешнев кинул в Ксеню баранкой со словами: "Тебе надо поесть, а то ветер поднимается, сдует ещё". Ксеня покорно захрустела сушкой, а Лика подавила справедливое желание швырнуть в Стрешнева маленькой гантелей, на которую только что чуть не села.
Колесников забыл про свой чай и активно вещал. Он разделил школьников на четыре группы по числу кураторов. Лика получила список с фамилиями «своих» пятерых подопечных. Старших Лика помнила ещё по школе.
– По утрам нужно будет проводить общую зарядку, – Колесников сунул в рот крекер, прожевал и продолжил. – Я думаю: с этим отлично справится Ксения. А вы, Лика, поможете. Расписание вывешу в холле, прошу вас его досконально изучить. Сегодня после ужина у нас будет квест по территории. Ребята должны хорошо ориентироваться в деревне. Я решил не сильно нагружать их в первый же вечер. Мне неизвестен уровень знаний местных учеников, но я рассчитываю, что "Властелина колец" если не читали, то смотрели все.
– У нас будет квест по "Властелину колец"? – уточнила Ксеня и присвистнула.
– Не у вас, – поправил Колесников, – а у учеников. Вы будете ведущими. Я решил сделать игру по тому периоду книги, когда Братство Кольца уже разделилось, потому что мне нужны три команды.
Он встал, переложил стопки книг на столе, выудил из-под них объемную красную папку. Раздал всем листы формата А4. Это были ксерокопии нарисованной от руки карты Чудинова. Лика насчитала на своем экземпляре девять крестиков. В общем, план квеста был понятен: ученики пойдут по пути персонажей и будут выполнять задания в сюжетно важных местах. Недоумение вызывало только одно – крестик на карте около Длинного моста, подписанный "Лика?".
Лика вполуха слушала, как Колесников объяснял правила игры и распределял задачи между кураторами. Лебедь польщенно заулыбалась, узнав, что ей отведена роль Галадриэль.
– Лика, а вам я оставил возможность самой решить, кем вы будете. Ваша локация довольно необычная. К вам придут по очереди все три команды, когда они неправильно решат подсказки и собьются с пути. Вы должны будете вернуть их в игру. Ваше место будет чем-то вроде респауна. Знаете, как в компьютерной игре.
– А зачем вообще это нужно, – озвучил Ликины мысли Стрешнев.
– Потому что пути без ошибок не бывает, – развел руками Колесников, – разве интересна та игра, в которой нет возможности проиграть?
Лика уставилась на Колесникова. Пункт исправления ошибок. Намек на ее результаты ЕГЭ?
– Виктор Николаевич, а вы уверены, что ребята ошибутся? – задала резонный вопрос Ксеня. Колесников довольно хищно усмехнулся:
– Уверен. Если, конечно, среди них не найдется тот, кто наизусть знает «Сильмариллион».
После ужина Лика сидела на кровати и смотрела, как Ксеня рылась в чемодане: им нужно было подобрать более-менее подходящую одежду для квеста.
– Будешь помогать проводить зарядку? – спросила Ксеня.
– Куда я денусь, – вздохнула Лика, – ой!
– Что "ой"?
– А у меня нет спортивного костюма. Я взяла джинсы да пару футболок с рубашками.
Ксеня не расстроилась, а, наоборот, заговорщически улыбнулась:
– Я взяла для тебя лишний спортивный костюм. А ещё сарафан и куртку. И шорты, – сказала она, перебирая вещи в чемодане, – запасной купальник, парео…
– Твои вещи на меня не налезут, – недоуменно проговорила Лика.
– Налезут, я взяла те, которые мне велики.
– Откуда у тебя вещи, которые тебе велики? Ты всегда была худая!
– Ошиблась с размером в магазине, – прошипела Ксеня и покраснела. – Я бы на твоём месте радовалась предусмотрительности подруги, а не подвергала ее допросу с пристрастием!
– Ты взяла эти вещи специально для меня? – уточнила Лика. Дышать стало тяжело.
Неужели Ксеня купила вещи, чтоб Лика не позорилась? А своему папе, финансировавшему набеги на шмоточные лавки, соврала, что ошиблась с размерами? Ксеня частенько затаскивала Лику в магазины "за компанию" и заставляла примерять то одно, то другое. Лику раздражали попытки принарядить ее.
– Лучше уж иметь запасные вещи, – примирительно улыбнулась Ксеня, – а то придется выпрашивать у местных их штаны из девяностых!
Она достала из чемодана платье нежно-голубого цвета.
– Как думаешь, подойдет для образа Эовин?
Лика кивнула. Она была рада тому, что Ксеня сменила тему:
– А ты решила, кем будешь?
– Томом Бомбадилом! – выпалила Лика.
– Погоди. Том Бомбадил – это же толстый бородатый мужик. Может, ты хотя бы будешь его женой? Как её, Золотинка, кажется.
– Ну уж нет, – отрезала Лика, – это будет нелогично.
– Ну ты и гик!
Лика вымыла волосы и высушила их феном. После такого мероприятия ее тугие кудряшки становились не в меру пушистыми. Лика разделила волнистую копну на две крупные пряди и завязала их в хвост под подбородком.
– Похоже на бороду?
– Похоже. На водяного из “Марьи-искусницы”, – пробормотала Ксеня.
В коридоре Ксеню с Ликой уже ждал Колесников. Он приложил палец к губам: нужно было тихонько покинуть школу через пожарный выход, чтобы не попасться на глаза ученикам, сунул Лике карточки с заданиями и вытолкал на лестницу первой, Лика была рада: она не хотела выслушивать шутки Стрешнева, учитывая, что сейчас для них действительно был повод.
Лика вышла на улицу и пошла к Длинному мосту. Хорошо, что для его поисков не требовалось знать деревню – топай и топай от школы к речке. На отшибе стоял ещё один домик, отличавшийся от деревенских. Небольшой двухэтажный каркасник с балкончиком – дом Профессора. Лике вдруг показалось, что фасад выкрашен зеленым. Может, это просто была игра предзакатного света? Лика остановилась, обхватила себя руками, от этого стало жарче. Что там на окнах? Неужели белый кружевной тюль?
Лика вдруг разозлилась. На Колесникова: надо же было поставить именно ее неизвестно куда да еще и без пары! Ксеня наверняка сейчас развлекалась, кокетничая с Серым или Саней. А Лику в последние пару лет все пытались оставить одну: думали, видимо, что так ей будет лучше. Или не знали, как с ней говорить. Впрочем, выбирать приходилось между неуклюжими соболезнованиями и одиночеством. Лика предпочитала второе. Она тряхнула импровизированной бородой. От волос под подбородком прела шея. Может, в округе вообще было принято красить дома в зеленый? А белые занавески на окне – вот уж редкость! Лика уверенно пошла по дорожке в сторону реки. При ближайшем рассмотрении дом оказался темно-коричневым.