Lusy Westenra – Я дождусь тебя в этом мире (страница 15)
Он искал.
Искал всё, что хоть отдалённо напоминало бы о чистых, о Люсиль. Но книги упрямо молчали.
Только обрывочные легенды о странных существах:
туманные тени, духи, бессмертные хранители лесов.
Но ничего точного.
Оставалось совсем немного книг – и Дима упорно не сдавался.
Иногда в библиотеку заглядывала Василина.
Она входила тихо, чтобы не спугнуть его сосредоточенности, садилась рядом за соседний стол, раскрывала книгу и читала.
Иногда поднимала голову:
– Дима… а это тебе не подходит? – она указывала на какую-нибудь толстую летопись.
– Нет, – коротко отвечал он. – Это просто описание обрядов похорон.
Она кивала и снова погружалась в своё чтение.
Просто сидела рядом.
Не мешала.
Помогала одним фактом присутствия.
Каждое утро Вильгельм уводил Вову с собой:
– На совет пойдёшь со мной. Станешь слушать. Учиться.
Но иногда утром на его месте появлялся Саша – переодетый в одежду брата.
Они почти не отличались.
Почти.
Для всех окружающих это работало.
Кроме одного.
Вильгельм, едва взглянув, говорил:
– Саша, сними одежду брата и не позорься. Ты думаешь, я вас не отличу?
И проходил дальше, даже не смутившись.
Но он никогда не ругал их.
Никогда не запрещал игру.
Знал, что это их способ учиться.
Понимать власть.
Понимать чужие реакции.
После обеда у братьев начинались тренировки.
– Лук натягивай выше, – говорил Вильгельм, наблюдая за Сашей. – Твоя сила изменилась. Мышцы будут слушаться иначе.
Саша усмехался:
– Если я смогу стрелять лучше Вовы – моя жизнь прожита не зря.
– Меч держи под другим углом, – говорил он Вове. – У тебя теперь и скорость другая, и чувствительность.
Иногда они устраивали дружеские дуэли.
Иногда вместе охотились.
Иногда сидели вечером за большим столом, читая свитки:
– Что бы ты предложил для укрепления отношений с западной деревней? – спрашивал дед.
– Давайте построим мост, – говорил Вова. – Они жалуются, что через реку переходить трудно.
– А давайте им школу откроем, – предлагала Василина. – Чтобы дети учились.
– А давайте… – Саша начинал было, но Вильгельм сразу поднимал бровь. – Ладно. Мост – так мост.
Дни текли ровно и одинаково.
Тихо.
Спокойно.
Самое интересное начиналось ночью.
Когда Дима возвращался из библиотеки, Вильгельм открывал ему дверь в свои покои и приглашал всех троих внуков:
– Идите. Послушаем, что наш маленький мудрец расскажет сегодня.
Дима, сидя на стуле, тихо, сдержанно, но уверенно объяснял:
– Ваша сила – это не просто выносливость. Она зависит от чистоты крови. Вы – обращённые. Это другой уровень. У вас есть рост, но он ограничен.
Нельзя обращать людей. Если начнёте всех подряд… людей просто не останется.
Саша, лёжа поперёк кровати, слушал внимательно, хоть и делал вид, что ему скучно.
Вова сидел на полу и записывал кое-что на клочке бумаги – пытаясь выглядеть серьёзно.
Василина сидела в кресле, укрывшись пледом, потому что вечерами ей становилось зябко.
Однажды вечером Саша заявил:
– Сегодня утром… э-э… это было случайно! – он поднял руки, будто защищаясь. – Ну, я… развлекался с кухаркой. Ну… с той, моей любимой, ты знаешь…
Василина резко повернула голову:
– Саша! Не надо такое говорить при ребёнке!
Саша закатил глаза, продолжил, понизив голос:
– Я… прикусил её. Совсем чуть-чуть. Так, по ошибке. И я… почувствовал разницу. И вот что хочу спросить.
Он повернулся к Диме:
– Я помню вкус твоей крови. И… она была гораздо вкуснее. Намного. Почему?
Дима задумчиво сложил руки.
– Чем чище кровь, тем она вкуснее.
Кухарка – обычный человек.