Lusy Westenra – Я дождусь тебя в этом мире (страница 13)

Тем временем Вильгельм Вольфганг встал с кровати. Его тело было восстановлено до идеального состояния, каждое движение стало лёгким и точным. Он поднялся, осмотрелся, ощущение полной бодрости и силы разлилось по нему. Глаза блеснули живостью, которой уже давно не было. Он потрогал свои руки, ощупал грудь, потом обернулся к Саше и Василине.

– Что… что это? – с удивлением проговорил он, поражённый своим новым состоянием.

Саша, улыбаясь и держа привычную лёгкую шутливую интонацию, ответил:

– Подарок богов, дед. Просто подарок богов.

Вильгельм сделал ещё один глубокий вдох, почувствовал силу в каждом мускуле, и впервые за долгие недели его глаза наполнились живым огнём.

Владимир нёс Диму осторожно, будто держал в руках не живое существо, а тонкую стеклянную фигуру, способную разбиться от одного неверного движения. Он занёс мальчика в свою собственную комнату – ближайшую и самую тёплую – и аккуратно уложил на широкую кровать.

Дима был лёгким, слишком лёгким для своего возраста.

И слишком холодным.

Вова быстро расстегнул и снял с него верхнюю одежду.

Оставил его только в тонкой, почти детской рубашке. На коже виднелась грязь, следы дороги, синеватые тени усталости.

– Он… не в лучшем виде, – тихо сказал Вова, оглядывая Диму внимательнее. – Такое чувство, что он не мылся… очень давно.

Василина подошла ближе, едва касаясь пола – она всё ещё не привыкла к новому лёгкому, почти воздушному телу.

– Когда проснётся… – задумчиво сказала она. – Надо позвать служанок. Пусть приведут его в порядок. Он ещё ребёнок, мало ли… заболеет.

– Он сказал, что мы не болеем, – напомнил Вова. – Но да. Я скажу.

Они тихо вышли из комнаты, оставив Диму спать.

Дверь закрылась, и коридор снова поглотила тишина.

Вильгельм Вольфганг всё ещё стоял перед зеркалом, ошарашенно трогая кожу на лице, шее, руках. Он не мог поверить, что всё это – его тело. Чистое. Сильное.

– Что… что со мной произошло?.. – наконец спросил он, повернувшись к Саше.

Саша сел на край кровати, вздохнул и развёл руками.

– Я сам ничего не знаю, – честно признался он. – Мальчишку зовут Дима. Он… что-то сделал с Василиной, когда она умирала, и она выжила. Потом… потом с нами. Мы сами согласились. А потом я попросил его помочь тебе. Он… не объяснил, как это работает. Только сказал, что мы будем жить долго и не болеть.

На губах Саши появилась тёплая, почти детская улыбка – редкая для него.

– И это уже что-то.

Вильгельм смотрел на него долго, будто пытаясь понять, верит ли собственным ушам. Затем так же медленно улыбнулся.

– Значит… этот ребёнок спас мне жизнь.

– Да, – кивнул Саша.

Вильгельм задумался, а потом сказал серьёзно:

– Надо постараться узнать о нём как можно больше. И… желательно, чтобы он остался здесь. Как можно дольше.

Саша кивнул – он думал так же.

Вильгельм отправился в баню – в большую каменную купальню аббатства. Там он долго мылся, пытаясь осознать новое тело, новую силу, новую лёгкость. Вода струилась по коже, и он не мог привыкнуть к тому, что ничего не болит.

Тем временем его внуки – Саша, Вова и Василина – сидели в комнате Вильгельма и обсуждали свои ощущения.

– Я чувствую себя… другим, – говорил Вова, глядя на собственные руки. – Будто тело стало… не моим. Но в хорошем смысле.

– А я будто… слышу всё лучше, – добавила Василина. – И вижу дальше.

Саша задумчиво провёл рукой по волосам.

– Интересно… можем ли мы что-то ещё? Что-то большее, чем просто жить долго и не болеть.

Вова фыркнул:

– Тебе и этого мало? Это же чудо, Саша! А ты уже хочешь больше?

– Просто было бы интересно, – пожал плечами Саша.

Раздался лёгкий стук.

Дверь открылась – вошёл их отец.

Сергей оглядел троих, прищурился.

– Я не понял, – сказал он холодно. – Дед что, выздоровел?

В его голосе слышалась не радость, не облегчение – а раздражение, почти брезгливость.

– Да, – сказала Василина сладко. – К твоему несчастью.

Сергей закатил глаза и вышел, даже не закрыв дверь.

Вова хмыкнул.

– Как всегда.

Саша только вздохнул.

Через несколько минут дверь снова открылась – тихо, спокойно.

На пороге стоял Вильгельм Вольфганг.

Сухие волосы. Чистая кожа. Выпрямленная спина. Глаза, будто светящиеся изнутри.

Он выглядел так, словно помолодел на десятилетия.

И трое его внуков одновременно поднялись, как по команде.

Вильгельм улыбнулся.

Той самой улыбкой, которую они не видели уже много лет.

– Ну что, дети, – сказал он мягко. – Кажется, у нас появилась новая жизнь. У всех четверых.

Вильгельм ненадолго замолчал, словно собираясь с мыслями, а затем, шагнув ближе к трём стоящим перед ним подросткам, сказал уверенно, почти торжественно:

– Раз боги послали нам этого мальчика, значит, так было предназначено. – Его голос звучал слишком громко для ночной тишины. – Вы понимаете? Это не случайность. Это судьба. В самый момент, когда наша семья стояла на краю гибели, к нам приходит ребёнок, несущий силу. Дар. Свыше.

Саша и Вова переглянулись. Василина же нахмурилась и встала чуть ближе к братьям.

– Дедушка… – начала она тихо, но уверенно. – Он вообще-то пришёл просто книги почитать. Это никакой не дар, это случайность. Если бы на меня не напали сегодня, ничего этого бы и не было. Он просто оказался рядом.

Вильгельм поморщился, как будто услышал что-то невероятно наивное.

– Не важно, как это произошло, – сказал он твёрдо. – Если что-то случилось, значит, так и должно было случиться. Он не просто так шёл именно к нашему аббатству. Не просто так оказался рядом с вами. Это знак. И такой знак нельзя упускать. Мальчишку нужно оставить здесь.

Саша хотел что-то возразить, но Вова опередил его.

Он убрал волосы за ухо и сказал осторожно, но с явной надеждой:

– Мы, конечно, рады, что ты выздоровел… но что теперь будет дальше с будущим правлением? Если ты здоров, значит… мне не придётся занимать твоё место? Не придётся жениться? И… не придётся заводить наследника?

Он сказал это почти умоляюще.