Луна Лу – Темное сердце леса. Когда все тлеет (страница 4)
Кто этот незнакомец? Почему он здесь? Он все-таки последовал за мной после того, как сказал бежать?
Что если это еще не конец и он просто играет со мной – жертвой, прежде чем убить?
И почему я чувствую, словно сейчас он представляет для меня меньшую угрозу, чем все остальное?
– Не смотри ему в глаза, – шепчет он мне на ухо. Гипнотически низкий и хрипловатый голос пускает дрожь по всему телу.
Незнакомец продолжает крепко держать меня, не давая пошевелиться. Я чувствую, как его тело будто горит изнутри и даже согревает меня, замершую и трясущуюся от ужаса. Слышу рычание волка, его тяжелое дыхание, словно зверь уже готов напасть, но я не вижу его, и это странным образом успокаивает.
– Он уйдет, – шепчет незнакомец, его губы почти касаются моего уха. – Просто не смотри ему в глаза и молчи. Поняла?
Растерянно киваю в ответ. Давление мужских рук слабеет, он убирает ладони от моего лица, но продолжает держать меня за плечи.
Чтобы не смотреть в глаза волку, я сама прикрываю и пытаюсь выровнять дыхание. Время тянется бесконечно. Я стою, прижавшись к незнакомцу спиной, чувствуя, как его сердце колотится с такой же бешеной скоростью, как и мое.
Рычание волка стихает, слышится шорох шагов по тропинке. Звук раздается все дальше, и тогда наконец незнакомец меня отпускает, а я раскрываю глаза.
– Он ушел, – говорит мужчина, и его голос звучит уже спокойнее.
Я оглядываюсь. Волка и правда нигде нет.
Остались только темный лес, я и… он. Незнакомец стоит рядом, и его лицо все так же скрыто тенью. Я не могу разглядеть его черты, но кажется, будто поверх его лица что-то есть. Ткань? Маска? Сложно разобрать.
Сейчас я в такой заднице, что по сути плевать, какое у него лицо. Мне нужно поскорее свалить отсюда и найти Питера.
Сердце замирает, когда я делаю осторожный шаг назад и наблюдаю за реакцией мужчины напротив, который стоит надо мной высокой темной фигурой. Пытаюсь снова шагнуть, но он в мгновение хватает меня своими сильными руками так, что сопротивляться бессмысленно – он крупнее меня раза в два! Незнакомец легким движением закидывает меня себе на плечо, и в следующий миг я уже повисаю вниз головой. Мир перевернулся, буквально. Деревья кружатся в бешеном танце, а голова идет кругом.
– Нет! Отпусти! – кричу я, колотя кулаками по его спине. Она твердая, будто бетонная стена, а мои удары, кажется, нисколько не волнуют его.
– Замолчи, – ровным тоном приказывает он. Его руки крепко обхватывают мои бедра.
– Что тебе нужно от меня?! – кричу, снова ударяя его по спине.
Но незнакомец продолжает невозмутимо идти вперед, словно не замечая моих попыток вырваться. Его шаги уверенные и быстрые, как будто мой вес нисколько не затрудняет шаг.
– Пусти! – снова требую я.
– Еще одно слово, – холодно произносит он, сильно сжав рукой мое бедро, – и я свяжу тебя и поволоку за собой.
Его голос звучит так угрожающе, что я мгновенно замолкаю. Страх сковывает меня, парализуя волю. Я замираю, боясь даже дышать. Мои руки и ноги обмякают, свисая вниз.
Он продолжает нести меня куда-то, углубляясь в лес. Тропинка давно исчезла, мы идем по густым зарослям, цепляясь за ветки и кустарники. Я вижу лишь землю под ногами и его широкую спину.
– Береги голову, – вдруг говорит мужчина, и в следующую секунду по моему плечу хлещет ветка сухого кустарника.
– Пожалуйста… – шепчу я, собравшись с духом. – Отпусти, прошу. Я… заплачу деньги. Сколько тебе нужно?
Он не отвечает, будто не слышит, продолжая нести меня и пробираться сквозь густой лес. Черт возьми, куда он меня несет? Чем дальше мы идем, тем холоднее ощущается воздух. Темнота застилает глаза, а мысли путаются.
– Или… или я могу… – мой голос дрожит, – я могу сделать все, что ты хочешь. Только, пожалуйста, не причиняй мне вреда.
Незнакомец останавливается. Страх сковывает мне горло, и я жду, что он вот-вот ответит. На мгновение мне кажется, что он задумался о моих словах. Но затем он снова идет вперед, еще быстрее, чем прежде.
Черт!
Мою голову разрывают самые безумные мысли. Что он собирается делать? Я не знаю, кто он и как здесь оказался. Может, он такой же искатель приключений на задницу, как Питер? Может, вообще какой-то маньяк и сейчас ведет меня в свое логово, где будет держать в рабстве и насиловать, пока я не умру?
О, Боже. Только не это.
А что если он потерялся в этом лесу и живет здесь? Может, он одичал от голода и собирается меня съесть?
Так. Стоп. Хватит сходить с ума. Я наслушалась достаточно идиотских страшных историй от Питера про маньяков и каннибалов и просто накручиваю себя зря.
Наверняка он какой-нибудь сотрудник заповедника или рейнджер2и спасает меня.
Да, мне хочется так думать, несмотря на все красные флажки, которые кричат о том, что этот человек здесь не для того, чтобы помочь мне.
Рейнджер сказал бы напрямую, чтобы я не боялась, верно?
А он не говорит. Держит меня крепко, так, что не вырваться, и только молчит в ответ.
– Я… я никому не скажу про тебя, – продолжаю я, цепляясь за последнюю надежду. – Просто отпусти меня, прошу тебя.
Но в ответ – безмолвие. Только шум ветра в кронах деревьев и хруст веток под его тяжелыми шагами.
Отчаяние захлестывает, слезы наворачиваются на глаза, а в сердце разгорается злость. Какого черта происходит? Если он собрался убить меня, то пусть хотя бы имеет смелость сказать мне это!
Лес вокруг становится все темнее и гуще. Я уже не вижу отблеска света луны и звезд, не вижу неба, даже если постараться поднять голову, а это сложно в таком положении.
– Не бойся, – вдруг произносит незнакомец, и я чувствую, как мое тело сразу же расслабляется. Странно, ведь в это же время мой мозг все еще сопротивляется. Разве я могу доверять этому мужчине?
____________
2 Парк-рейнджеры – так называют сотрудников национальных парков, лесов, природных заповедников и других природных территорий в США.
Глава 4
Чувствую тепло прикосновения на щеке прежде, чем раскрываю глаза. Лишь проморгавшись, я понимаю, что передо мной не человеческое лицо. Пытаюсь сдержать крик, но он все же вырывается из моего горла, когда я вижу перед собой жуткую маску.
– Не ори, – велит мужской голос.
Тот незнакомец, лицо которого я не могла разглядеть в лесу, сейчас возвышается надо мной, выпрямившись во весь свой внушительный рост. И странно – я слушаюсь. Замолкаю и таращусь на него в ужасе. Его лицо скрыто белой маской. Полностью. Только блестящие черные глаза сверлят меня взглядом сквозь отверстия в маске.
Оглядевшись вокруг, сразу оцениваю обстановку: я лежу на кровати в какой-то комнате, обставленной довольно старомодно. Свет тусклый, а окна закрыты тяжелыми портьерами, не пропускающими свет. Я не знаю: ночь сейчас или уже день? Воздух пропитан запахом старого дерева и гнили, как в очень старых домах. Здесь старинная мебель и картины на стенах. Похоже на какой-то заброшенный особняк, место, где время остановилось много лет назад.
Отползаю к резному изголовью кровати, притянув ноги к себе, чтобы быть подальше от этого пугающего незнакомца.
– Ч-что тебе нужно? – выдавливаю сквозь сковавший меня страх. Мой голос звучит жалко, но я и не скрываю ужаса.
Мужчина молчит. Слегка склоняет голову набок, будто рассматривая меня, и продолжает прожигать взглядом.
И я позволяю себе рассмотреть его в ответ. Он выглядит… угрожающе. Весь в черном: брюки со спущенными подтяжками немного потерты на коленях, водолазка облегает его мускулистое тело, широкие плечи и рельефный торс. Вся его фигура источает опасность, и у меня пересыхает в горле, когда я снова поднимаю взгляд на его глаза. Они не карие, а непроглядно-черные. Их хищный блеск пугает меня до усрачки.
– Прошу… можно я уйду?
– Ты остаешься здесь, – резко отвечает он, и я чувствую, как по спине пробегает холодок, а глаза наполняются слезами.
– Зачем? – жалобно всхлипываю. – Ты собираешься меня съесть?
В голову приходит именно это, потому что он нашел меня в дремучем лесу, зачем-то забрал и притащил сюда. Если бы собирался изнасиловать, то мог бы сделать это там, в лесу, или пока я была в отключке? Питер рассказывал про какие-то безумные теории о каннибалах в глубине лесов Аппалачи.
Черт. Питер. При мысли о нем мое сердце обжигает злостью. Я бы сказала, что не могу поверить в то, что он просто бросил меня. Но, наверное, я давно была готова к этому морально.
– Съесть? – переспрашивает мужчина, усмехнувшись. От его низкого голоса и шумного дыхания, приглушенного маской, по коже бегут мурашки. – Зачем мне тебя есть?
Хоть и не вижу его рта, но в вопросе слышится нескрываемая насмешка. Уверена: за маской он давит издевательскую улыбку.
Гребаный псих. Я тут гадаю, сколько мне осталось жить, а ему смешно!
– Я не знаю! Потому что ты долбанутый! – выпаливаю я, вскочив с кровати по другую ее сторону.
Мужчина выпрямляется, расправив широкие плечи, и выжидающе смотрит на меня. Для него это – игра? Наблюдать, какой шаг я сделаю следующим? Побегу мимо него к двери, которая за его спиной, или же попробую выйти через окно, которое за мной?
Я решаю попробовать второе. Глядя ему в глаза, медленно отступаю на пару шагов. Он не двигается. Будто уже наперед знает, что у меня нет шансов.
Я оборачиваюсь и резким движением отдергиваю тяжелую штору. Но вместо выхода, который я ожидала увидеть, там лишь заколоченное снаружи окно. Мое сердце падает куда-то вниз и замирает там.