Лука Каримова – Чёрный утёс (страница 24)
– Значит, его не стало, и теперь ты новый владелец глаза, – изрекла королева.
Женский голос обволакивал тритона. Даже на расстоянии сила Эриды могла причинять жалящую боль.
– Новый владелец Нафаивеля может слышать и видеть все, что я захочу ему показать, и даже почувствовать. Такова сила глаза. Однако расскажи мне… Эфир, где твой отец? Что с ним произошло? – голос королевы хоть и звучал спокойно, но чувствовалось, что Эрида раздражена.
Эфир обо всем рассказал. Он даже приукрасил смерть отца, описав героическую схватку с одним из чудовищ; но, кажется, Эрида ему не поверила.
– Пучина Сомбры опасна, – насмешливо произнесла Эрида. – И ты просишь, чтобы я позволила тебе занять его место?
– Готов служить Вашему Величеству, – ответил Эфир.
– Да будет так, – с легкостью согласилась королева. – Теперь докладывай, глава Сомбры, почему я долгое время не получаю отчетов о моей сестре? Где Хаос?
– Ваше Величество, мой брат отправился следом за принцессой в Вайле.
– Как благородно и глупо. Он осознавал, на что идет, значит, не убоялся ни наказания, ни смерти. Как же твой брат сумел преодолеть магический барьер? Впрочем… я, кажется, догадываюсь.
Эрида ненадолго замолчала. Эфир уже хотел умолять королеву о помиловании брата, но та вновь заговорила:
– Я позабыла, какими хитрыми и проворными могут быть мутанты. Значит…
– Умоляю, моя королева. Смилуйся над ним. Все его помыслы касались лишь защиты принцессы. Я ручаюсь за его благородство и готов взять всю ответственность за нарушение границы на себя. Пощадите, – взмолился он.
– Как странно. До тебя со мной связался глава Имбры и просил о том же: быть снисходительной к Хаосу. Раз вы двое за него поручились, казнить не стану. А что будет дальше… посмотрим. Мой трезубец всегда сумеет его отыскать и поразить. Как только они с Нокте вернутся в Черный утес, немедленно мне сообщи.
– Будет исполнено. – Тритон постарался унять дрожь в теле.
– И вот еще: держись подальше от бездны. Ты ведь не хочешь закончить так же, как твой отец.
Смех Эриды оглушил тритона, и он невольно закрыл уши ладонями. Нафаивель погас, и эхо голоса королевы растворилось в черноте шара.
«Как он выдерживал общение с ней?» – подумал Эфир об отце и, проведя пальцами по лбу, тяжело вздохнул. Даже на расстоянии Эрида заставляла морских жителей испытывать страх и тревогу, будто в любое мгновение могла выскользнуть из Нафаивеля и пригвоздить тритона к полу. Он подался вперед и схватился за плечо. Укол трезубца оказался самым настоящим. На чешуе Эфира стояла отметка предателя, которую носил Эреб и многие главы Сомбры до него. От пятиконечной звезды в разные стороны тянулись черные сосуды, уходящие под покров здоровой чешуи.
«Теперь ты спасен, брат», – тритон позволил себе улыбнуться и покинул кабинет, отправившись к Черному утесу.
Эрида долго всматривалась в черный шар и водила пальцами по гладкой рукояти трезубца, прежде чем поднялась с трона. Мысли о том, что Нокте решилась отправиться в столицу, не давали ей покоя.
«Серпенс тебя разорви, зачем ты туда поехала? По собственной воле сестренка бы ни за что не вернулась к королю. – Она раздраженно взмахнула когтистой рукой. – Я позабыла о человеческих порядках. У них так заведено: если король приглашает, ты не смеешь отказаться, как удобно, не правда ли?! Все пляшут под его раковину». Ее лицо исказилось от гнева, на скулах выступила темная чешуя, клыки заострились.
Сжав трезубец, она подплыла к окну и, толкнув створку, очутилась снаружи. Зоркий взгляд выхватил среди жемчужных крыш домов-раковин и пестрых кораллов мерцающую стену, чьи отблески было видно даже из дворца.
Эриде хотелось разорвать фальшивый хвост, взмахнуть ногами и свободно плавать, но пока что она не решалась этого сделать.
«Еще не время», – думала русалка, двигаясь к магической стене. Очутившись перед полупрозрачной преградой, королева ткнула в нее трезубцем. По руке прокатился жар, а по стене прошла радужная волна, растворив ее и подняв вверх множество пузырей.
«Посмотрим, как вы мне верны…» Эрида понимала, что играет с судьбой, однако не могла поступить иначе. Возможно, в глубине своего заледеневшего сердца она мечтала почувствовать что-то сильное, волнующее, как когда-то в юности с Форкием.
К королеве подплыли стражники. Их чешуя отливала серебром. Каждый сжимал по трезубцу, но рядом с королевским оружие тритонов выглядело не столь опасным.
Эрида взглянула на их удивленные лица и отвернулась.
– Ступайте в караул, хватит лентяйничать, – приказала русалка, вглядываясь в темнеющие очертания Сомбры.
Даже здесь, вдали от северных вод, она чувствовала их холод. Воспоминания о разговоре с Аргалидом заставили ее криво улыбнуться.
«Он всегда отличался добродушием, которого я лишилась. С гордостью отзывался о Хаосе, будто тот его сын. Эреб не позволял себе подобной сентиментальности, но, возможно, это не так уж и плохо? – Эрида продолжала любоваться черной лентой Сомбры. – Нокте, моя глупая сестренка. Если бы ты не была столь наивна и порывиста, то сейчас могла быть с Хаосом, выращивать жемчужинки на своем животе. О вашем браке матушка с отцом давно позаботились. Однако все сложилось так, как сложилось. Ты пошла по песку человеческими ногами, а он превратился в мутанта. Однако сейчас вы вместе. Хаос нарушил закон и отправился за тобой. О чем это говорит? О его глупости или же…»
Вернувшись во дворец, Мортус без промедления отправился к королю. Разговор был недолгим. Готфрид вручил ему свиток с приказом об освобождении целителя от службы короне и велел не тратить времени на длительные сборы. Читая документ, заверенный королевской печатью, Мортус не верил в собственную удачу.
«Так просто!» – думал он, не смея поднять взгляд на Его Величество.
– Ступай и не попадайся королеве на глаза. Мы оба знаем, ради кого я подписал этот приказ, – сказал Готфрид, глядя на вазочку с персиками. Один из надкушенных плодов лежал рядом с его рукой, напоминая о причине всего происходящего.
– Благодарю, мой король, – Мортус поклонился и, прижимая свиток к груди, покинул кабинет.
– Стража! Никого ко мне не впускать! – приказал король.
Гвардейцы, лязгнув доспехами, скрестили пики напротив двери.
Целитель взмахнул полами дорожного плаща и быстро зашагал по коридору в северное крыло.
Окрик королевы заставил его остановиться.
Не оборачиваясь, мужчина ожидал, когда Реджина к нему приблизится.
Когда она встала перед ним, ее лицо было озадаченным, пухлые губы дрожали.
– Я надеюсь, ты идешь за новой порцией эликсиров для меня? – прошипела она, нервно сжав подол и впившись требовательным взглядом в целителя.
– Нет, Ваше Величество, – холодно ответил он и, поклонившись, развернул свиток. – По приказу короля я навсегда покидаю дворец. Моя служба подошла к концу.
Визгливый смех Реджины эхом прокатился по коридору.
– Ты уйдешь только тогда, когда разрешу я, а не… – ее голос надломился, она с трудом контролировала свой гнев.
– Довольно. – Целитель оттеснил ее к мраморной колонне. Он никогда не боялся этой женщины. Ее мнимая власть не имела для него никакого значения. «Жалкая, порочная и стареющая. Ты – крупица песка под моими ногами».
– Никто не осмелится перечить решению короля. Я подчиняюсь приказу Его Величества, а вам больше не служу.
Реджина задохнулась от возмущения, глотая воздух, как выброшенная на берег рыба.
– Как ты смеешь?!
Мортус усмехнулся:
– Как видите, легко. А сейчас не стоит меня задерживать.
Шутовски прищелкнув каблуками, он прижал руку к груди, в последний раз поклонился и скрылся в северном крыле.
Стиснув кулаки, Ее Величество бросилась обратно к кабинету супруга.
«Последнее слово за мной!» – думала она, но, столкнувшись с непоколебимыми стражами, женщина впервые испытала глубокое разочарование.
«Предыдущая королева никогда не закатывала скандалов», – подумал один из стражников, скользнув взглядом по растрепанной королеве. Только сейчас, при свете дня, он видел подурневшую женщину в дорогом наряде, со сверкающей короной в засаленных волосах, бриллиантовыми серьгами, оттягивающими слишком широкие мочки. Реджина увядала. Ее красота потускнела, как и ее глаза. В уголках рта четко проступили морщинки, а пудра более не скрывала пигментных пятен.
Нокте была готова к отъезду, она стояла у камина и смотрела на дверь в ожидании Мортуса. Стоило целителю войти, их взгляды встретились. На миг мужчина оцепенел от бездонных омутов-зрачков, заполнивших радужку госпожи. Он невольно отступил назад, но угрожающее выражение исчезло с лица Нокте.
Целитель мгновенно отметил странную кривизну ее плеч и как госпожа подволакивает ногу.
– Моя королева, что с вами произошло? – Мортус усадил ее в кресло и нащупал на запястье пульс. – Вам стало еще хуже… – он тяжело вздохнул. – Его Величество позволил мне покинуть дворец, но в вашем состоянии вам будет непросто пережить путь к Черному утесу.
Нокте ободряюще коснулась его плеча и качнула головой.
– У меня есть настойка из вытяжки кантора, на время поездки она вас усыпит, и вы даже не почувствуете, как быстро мы сумеем преодолеть путь на север. Агнес решила задержаться в долине в поисках редких целебных трав, способных бороться с сердечными недугами, но она непременно вернется в Утес. – Мортус вытащил из кармана флакончик с темно-фиолетовой жидкостью. – Всего несколько капель, больше нельзя. Когда мы прибудем на место, я дам вам противоядие. – Целитель плеснул в кубок воды, отмерил настойку и, осторожно размешав, протянул госпоже.