Луиза Олкотт – Взрослая жизнь (страница 31)

Том разгорячился и обрел дар красноречия, вспомнив о нанесенных ему обидах; вскочив, он зашагал по комнате, мотая головой и пытаясь, по привычке, ощутить душевные терзания – но с изумлением понял, что сердце совсем не болит.

– И я бы не потерпела. Забудь о старом увлечении, ибо оно прошло, отдайся новому, ибо оно искренне. Но как же дошло до предложения, Том, – а ведь ты его сделал, если ты помолвлен? – спросила миссис Джо, которой не терпелось услышать развязку истории.

– Это вышло случайно. Я ничего такого не имел в виду, во всем виноват осел, а мне, видите ли, никак было не выкарабкаться из этой переделки, не задев чувств Доры, – начал Том, поняв, что настал неизбежный момент.

– То есть, я так понимаю, в ситуации принимали участие два осла? – уточнила миссис Джо, предчувствуя нечто забавное.

– Не смейтесь! Звучит комично, знаю; но все могло кончиться совершенно ужасно, – мрачно отозвался Том, хотя глаза его блеснули, подтверждая, что романтические испытания не до конца заслонили от него смешную сторону дела.

– Девушкам очень нравились наши новые велосипеды, а мы, понятное дело, хвастались ими напропалую. Возили их покататься, и, как правило, с большим успехом. Так вот, однажды Дора сидела на багажнике, мы катили по ровной дороге, и тут откуда ни возьмись появился дурацкий старый осел. Я думал, он подвинется, а он встал как вкопанный, и тогда я его лягнул; а он меня тоже лягнул в ответ, и все мы рухнули кучей, включая и осла. Ну и история! Я думал только о Доре, а у нее случилась истерика: то есть она сперва смеялась, потом рыдала, этот негодник ревел, а я совершенно потерял голову. Да и кто бы не потерял – девушка всхлипывает посреди дороги, я утираю ей слезы и молю о прощении, еще даже не зная, переломала она кости или нет. Я назвал ее «дорогая», да так и молол бог весть что, пока она не успокоилась и не сказала с таким особенным взглядом: «Я тебя прощаю, Том. Помоги мне встать, и поехали дальше».

Разве не милые слова после того, как я уронил ее дважды? Меня это тронуло до глубины души; я ответил, что готов крутить педали до конца жизни, если мне дозволят везти такого ангела, и… в общем, сам не помню, что наговорил; и вы даже представить себе не можете, как я удивился, когда она обняла меня за шею и прошептала: «Том, счастье мое, с тобой мне не страшны даже львы на дороге». Она могла бы сказать «ослы», только она говорила серьезно и решила не оскорблять моих чувств. Она очень деликатна, но вот теперь на руках у меня сразу две любимые девушки – та еще переделка.

Выдержка мисс Джо иссякла окончательно, и она хохотала над этим таким характерным для Томми эпизодом, пока слезы не заструились по щекам; бросив на нее полный укора взгляд, после чего хохот стал только заливистее, Том восторженно взревел, да так, что комната заходила ходуном.

– Томми Бэнгс! Томми Бэнгс! Ну кто, кроме тебя, может вляпаться в такую историю? – воскликнула миссис Джо, слегка отдышавшись.

– Да, куда ни кинь – везде клин; меня ведь теперь засмеют до смерти? Придется на некоторое время уехать из доброго старого Плама, – отвечал Томми, вытирая пот со лба и пытаясь полностью осознать опасность, в которой оказался.

– Это ни к чему; я тебя поддержу, потому что, на мой взгляд, это лучшая шутка года. Расскажи, однако, чем все закончилось. Дело серьезно или речь идет просто о летнем флирте? Я такого не одобряю, но мальчикам и девочкам свойственно играть с острыми предметами и ранить себе пальцы.

– Ну, Дора считает, что помолвлена, и немедленно написала об этом родным. Не мог же я возразить, раз она отнеслась к делу с такой серьезностью и торжественностью и если она так счастлива? Ей всего семнадцать лет, ей никогда еще никто не нравился, и она уверена, что все будет хорошо; кроме того, наши отцы знают друг друга, мы оба из состоятельных семей. А я так опешил, что сказал: «Да ну, не можешь ты меня любить по-настоящему, ведь мы так мало знакомы!» – она же ответила от всего своего нежного сердечка: «Я люблю тебя всей душой, Том; ты такой жизнерадостный, добрый и честный – как тебя не любить?» Что мне после этого оставалось, кроме как сделать свое там пребывание для нее счастливым и положиться на удачу, – потом все это как-то да выправится?

– Да, в этом весь Томми с его характерной беспечностью. Надеюсь, ты незамедлительно поставил в известность своего отца.

– Разумеется, написал ему, изложил все в трех строках. Вот так: «Дорогой папа, я помолвлен с Дорой Уэст, надеюсь, она для нашей семьи подходит. Мне она подходит дальше некуда. Искренне твой, Том». Папа не расстроился – вы же знаете, что Нан ему никогда не нравилась, а Дора устраивает по всем статьям.

Судя по виду, Том очень гордился своим тактом и вкусом.

– А как Деми отреагировал на это торопливое и потешное ухаживание? Не опешил? – спросила миссис Джо, удерживаясь, чтобы снова не рассмеяться – она думала про то, как неромантично должны выглядеть осел, велосипед, мальчик и девочка, лежащие кучей в дорожной пыли.

– Вовсе нет. Проявил большой интерес и доброту; поговорил со мной по-отечески, сказал, это очень полезно, чтобы остепениться, вот только я должен быть честным и с ней, и с собой и не делать никаких глупостей. Деми у нас – настоящий Соломон^[64], тем более что он и сам попал в ту же переделку, – отвечал Том, приняв умудренный вид.

– Как, ты хочешь сказать… – так и ахнула миссис Джо, всполошившись при мысли, что сейчас на нее обрушится еще одна любовная история.

– Именно это я и хочу сказать, мэм; там все гладко, и Деми еще от меня получит за то, что вслепую вверг меня в искушение. Он-то сказал, что едет в Квитно повидаться с Фредом Уоллесом, но они там так и не встретились. Да и не могли, потому что все время, что мы там провели, Уоллес ходил в море на своей яхте. На самом-то деле Деми поехал ради Элис, так что меня бросили на произвол судьбы, а они все время таскались по окрестностям с этим его фотоаппаратом. Считайте, в этой истории три осла, и я еще не худший, хотя все насмешки придутся на мою долю. Деми-то будет выглядеть невинным и здравомыслящим, ему никто и слова не скажет.

– Похоже, у нас тут эпидемия летних безумств, поди пойми, кого подкосит следующим. Ладно, с Деми пусть разбирается его мама, а мы, Том, давай посмотрим, как ты сам собираешься поступить.

– Я пока толком не понял, сложно любить двух девушек одновременно. Что вы мне посоветуете?

– Одно: взглянуть на ситуацию трезво. Дора тебя любит и считает, что ты ее любишь тоже. Нан к тебе равнодушна, а тебе довольно быть ее другом, хотя ты и пытаешься добиться большего. На мой взгляд, Том, ты влюблен в Дору – или скоро влюбишься; за все эти годы я ни разу не видела тебя таким, не слышала, чтобы ты говорил про Нан так, как говоришь про Дору. Сопротивление Нан заставляло тебя упрямо за нее цепляться, но теперь ты, благодаря счастливому случаю, познакомился с девушкой, к которой тебя влечет сильнее. Мне кажется, тебе стоит объявить прежнюю возлюбленную своим другом, новую – любимой и в должное время, если чувства ваши окажутся подлинными, взять ее в жены.

Может, у миссис Джо еще и оставались сомнения по поводу случившегося, однако лицо Тома однозначно подтвердило ее правоту: глаза его сверкали, на губах играла улыбка, а сквозь пыль и загар светилось выражение новообретенного счастья – он немного постоял молча, пытаясь осмыслить прекрасное чудо, которое способна сотворить настоящая любовь, проникшая в сердце молодого человека.

– Дело в том, что я просто хотел вызвать у Нан ревность: она с Дорой знакома и наверняка услышит, что у нас и как. Мне надоело, что меня топчут ногами, вот я и подумал: попробую вырваться, не буду больше докукой и предметом насмешек, – произнес он медленно, как будто испытывая облегчение от возможности излить свои сомнения, горести, надежды и радости старому другу. – И я страшно удивился тому, насколько это оказалось легко и приятно. Не хотел я никому навредить, но оно само как-то пошло, поэтому я попросил Деми упомянуть некоторые вещи в письме к Дейзи, чтобы и Нан узнала. А потом я и вовсе забыл про Нан, видел, слышал, воспринимал только Дору, только она была мне нужна, пока этот осел – да благословит Господь старую скотинку! – не бросил ее мне в объятия и не помог мне выяснить, что она меня любит. Вот уж никак не пойму за что! Чего во мне хорошего?

– Те же чувства испытывает любой честный человек, когда невинная девушка вкладывает свою руку в его. Постарайся быть ее достойным, ибо она – не ангел, но женщина со своими недостатками, которые тебе придется терпеть и прощать, и отныне вы должны помогать друг другу, – произнесла миссис Джо, пытаясь освоиться с тем, что этот здравомыслящий юноша и есть ее бесшабашный Томми.

– Меня вот что тревожит: когда все начиналось, я же ничего такого не имел в виду, просто хотел использовать бедняжку в качестве орудия пытки для Нан. Это было некрасиво, не заслужил я такого счастья. Если бы все мои переделки заканчивались столь же удачно, какой бы прекрасной была моя жизнь!

И Томми просиял снова, окинув мысленным взором свое дивное будущее.

– Милый мой, это не переделка, судьба действительно улыбнулась тебе, – ответила миссис Джо, не давая воли эмоциям – она видела, что Томми настроен серьезно. – Распорядись этим благоразумно и достойно, ибо принять любовь и доверие девушки – шаг серьезный, проследи, чтобы в ответ на это она получила от тебя нежность и преданность. Не обмани ожиданий маленькой Доры, будь ради нее мужчиной в полном смысле слова и преврати возникшие чувства в благословение для вас обоих.