Луиза Олкотт – Старомодная девушка (страница 37)

– Стоит появиться мужчине, и их дружба долго не продержится, – заявила Фанни.

– А я думаю, она выдержит и это. Посмотри на них и сразу поменяешь мнение. – Полли постучала в дверь, украшенную двумя скромными карточками.

– Войдите! – донеслось изнутри.

Фанни оказалась в большой, странно обставленной и ярко освещенной комнате. Перед глиняной фигурой в углу стояла высокая девушка с энергичным лицом, острым взглядом, коротко стриженными кудрями и изящной посадкой головы. Фанни сразу же поразили ее лицо, пусть и некрасивое, и фигура, скрытая большим передником. За столом, освещенным особенно ярко, сидела хрупкая девушка, с тонким лицом, большими глазами и светлыми волосами. Склонившись над дощечкой, она искусно орудовала резцом.

– Бекки! Бесс! Как у вас дела? Это моя подруга, Фанни Шоу. Мы просто прогуливались, так что работайте, а мы, лентяйки, на вас полюбуемся.

Обе девушки заулыбались и кивнули. Бесс уступила Фан единственное кресло, Бекки окинула вновь прибывшую острым взглядом художницы, и обе вернулись к работе.

– Полли, ты-то мне и нужна. Подтяни рукав и покажи мне руку. Здесь, – Бекки похлопала по рельефной руке статуи, на которую Фан смотрела с благоговением, – что-то не так. Посмотрю на твои мышцы.

– Как продвигается дело? – спросила Полли, сбрасывая плащ и закатывая рукава.

– Не слишком быстро. Но идея уже ясна, и я следую за ней. Как думаешь, лицо стало лучше? – Бекки сняла мокрую тряпку и продемонстрировала голову статуи.

– Как красиво! – воскликнула Фанни.

– Кто это, по-твоему? – спросила Реббека, внезапно поворачиваясь к ней.

– Я не знаю, лепила ли ты святую, музу, богиню или саму судьбу. Я вижу просто красивую женщину, но она величественнее, прекраснее и внушительнее любой живой женщины, – подбирая слова, медленно ответила Фанни.

Ребекка широко улыбнулась, Бесс одобрительно кивнула, а Полли захлопала в ладоши и сказала:

– Молодец, Фан! Я не думала, что ты так хорошо все поймешь. Горжусь тобой. Думаю, теперь Бекки позволит мне рассказать ее задумку. Некоторое время назад мы говорили о том, какими станут женщины в будущем. Бекки сказала, что покажет нам свой идеал. Она действительно величественнее, красивее и внушительнее, чем любая, кого мы видим сейчас, но все же она настоящая женщина. Видишь, какой у нее высокий лоб, какие твердые и нежные губы – она может говорить мудрые слова, а может учить детей и целовать младенцев. Но мы не можем решить, что дать ей в руки. Какой символ подходит ей лучше всего. Как по-твоему?

– Пусть это будет скипетр. Она станет королевой.

– Нет, хватит с нас этого. Слишком долго женщин называли королевами, но эти слова ничего не значат, – ответила Ребекка.

– Ну, больше этого нет, – устало вздохнула Фанни.

– Пусть она держит за руку мужчину, который будет ей опорой, – предложила Полли, которой повезло иметь друзей и помощников в лице отца и братьев.

– Нет, моя женщина должна сама добиваться своих целей, – решительно сказала Ребекка.

– Что же, она должна быть эмансипированной? – Губы Фанни слегка скривились, когда она произнесла это неприличное слово.

– Да, сильной духом, с сильным сердцем, сильной душой и сильным телом, вот почему я сделала ее больше несчастных зажатых женщин наших дней. Сила и красота должны идти рука об руку. Эти широкие плечи выдержат любую ношу, эти руки созданы для работы, эти глаза видят ясно, а губы произносят что-то еще, кроме кокетливых фраз и сплетен.

Фанни молчала, а Бесс сказала из угла:

– Дай ей ребенка в руки.

– Ни за что. Она не просто нянька.

– Тогда урна для голосования, – предложил новый голос, и, обернувшись, они увидели странную женщину на диване.

– Спасибо за предложение, Кейт. Урна будет вместе с другими символами у ее ног. Я изображу иглу, ручку, палитру и метлу, которые будут символизировать разные способности, а урна ознаменует право их использовать. Как у тебя дела? – Ребекка протянула вымазанную глиной руку.

– Девочки, у меня отличные новости! Анна едет в Италию! – Кейт подбросила шляпку, как мальчишка-школьник.

– Как здорово! Кто ее везет? Она получила наследство? Расскажи скорее! – наперебой заговорили остальные.

– Да, это великолепно. Просто удачное стечение обстоятельств, но Анна его заслужила. Вы же знаете, как она хотела поехать и как много работала. И вдруг мисс Бертон пригласила ее поехать в Италию на несколько лет. Подумайте, сколько пользы ей это принесет, сколько прекрасного она увидит. Мисс Бертон не просит взамен ничего, кроме компании. Конечно, Анна пойдет ради нее в огонь и воду. Разве это не прекрасно?

Было приятно смотреть, как девушки искренне радовались за подругу. Полли закружилась в танце, Бесс и Бекки обнялись, а Кейт смеялась и плакала одновременно. Даже у Фанни защипало глаза.

– Кто это? – шепотом спросила она у Полли.

– Ой, я же вас не познакомила. Как невежливо. Это Кейт Кинг, писательница. Моя королева, позвольте представить вам Фанни Шоу, вашу большую поклонницу и мою милую подругу! – воскликнула Полли.

Фан посмотрела на небрежно одетую молодую женщину с таким же уважением, как будто она была наряжена в бархат и горностай. Кейт написала успешный роман и была в моде в этом сезоне.

– Девочки, пора обедать! Я принесла провизию с собой, так гораздо веселее. Давайте устроим пирушку, – сказала Кейт, доставая пакет апельсинов и несколько больших пухлых булочек.

– У нас есть сардины, крекеры и сыр, – сказала Бесс, поспешно убирая инструменты со стола.

– Подождите немного, я внесу свою лепту! – воскликнула Полли и, схватив плащ, побежала в ближайшую лавку.

– Вам это, наверное, удивительно, мисс Шоу, но представьте, что вы на пикнике. И никому не рассказывайте, какие ужасные вещи вы тут видели, – сказала Ребекка, очищая мастихин о край горшка с плющом.

Кейт раскладывала еду по разномастным тарелкам и плоским ракушкам.

– Бесс, поставь кофе и поищи молоко. – Бекки достала чашки, кружки и даже маленькую вазочку, чтобы сосудов для кофе хватило всем.

– Вот, орехи, джем и пирог. Фан любит сладкое, а мы ведь хотим элегантно принять гостью. – Полли влетела в комнату.

– Леди, прошу к столу. Если посуда разобьется, ничего. Сардины берите прямо за хвостики, и вот вам оберточная бумага вместо салфеток.

Кейт приступила к еде с таким удовольствием, что все немедленно последовали ее примеру.

Фанни бывала на многих изысканных обедах, но ни один из них не доставил ей больше удовольствия, чем этот странный пикник в студии. Она была очарована царившей здесь свободой, богемным духом, доброжелательностью и весельем, и сразу почувствовала себя свободно. Разговоры этих молодых женщин об их планах, амбициях, успехах и неудачах были интереснее любого романа. Это был совсем новый для нее мир. Эти женщины совсем не походили на тех, чья жизнь проходила в заботе о нарядах, сплетнях, удовольствиях или скуке. Они оставались юными и веселыми, но их внешняя беззаботность скрывала цели, дававшие им силу и благородство, ежедневный стимул, который заставлял трудиться и мало-помалу добиваться успеха.

Фанни была очень недовольна собой и своей бесцельной жизнью, и с невероятной силой ощутила прелесть этой новой жизни. «Мужчины, должно быть, уважают таких девушек, – подумала она, – да и любят тоже, потому что, несмотря на свою независимость, они остаются женщинами. Вот поэтому Сидни и заинтересовался Полли. Всего этого не купишь за деньги».

Фанни слушала, как девушки откровенно и с энтузиазмом обсуждали всевозможные темы. Искусство, мораль, политика, общество, книги, религия, домашнее хозяйство, одежда и экономика… Умы и языки переходили от предмета к предмету с юношеской быстротой и находили что-то интересное даже в самых сухих и скучных темах.

– Как продвигается новая книга? – спросила Полли, высасывая сок из апельсина, за что добропорядочные дамы Крэнфорда[22] изгнали бы ее из своего круга.

– Лучше, чем она того заслуживает. Дети мои, остерегайтесь популярности! Это иллюзия и ловушка. Она делает мужчин и женщин в особенности надменными и не дает увидеть свои недостатки! И она капризна! Как только ты привыкаешь к этому пьянящему напитку, он внезапно исчезает, и человек начинает задыхаться, как рыба, вытащенная из воды.

Кейт свирепо пронзила сардину перочинным ножом и отправила ее в рот.

– Думаю, тебя слава не сильно испортит. Ты столько работала и так долго ждала, – сказала Ребекка, подкладывая ей джем.

– А когда вы с Бекки перестанете делить жилье? – спросила Полли, которой было интересно все.

– Никогда! Джордж знает, что не получит одну без другой, и смирился с этим. В моем доме всегда будет место для Бекки, и она бы сделала то же самое. – Бесс посмотрела на Бекки, которая ей улыбнулась.

– Видишь, мужчина тоже не сумел их поссорить, – прошептала Полли Фан, – Бесс выходит замуж весной, а Бекки будет жить с ними.

– Ой, Полли, у меня же есть для тебя билеты. Мне их постоянно присылают, а поскольку мне они без надобности, я с удовольствием отдаю их молодежи. Вот пропуск на выставку скульптур для Бекки, билеты на концерт тебе, моя музыкальная девочка, а на лекцию по литературе, пожалуй, схожу сама.

Пока Кейт раздавала цветные картонные прямоугольники благодарным девушкам, Фанни украдкой разглядывала ее. Интересно, наступит ли когда-нибудь время, когда женщины смогут заработать немного денег и добиться успеха, не платя за них такую высокую цену? Кейт выглядела больной, усталой и рано постаревшей. Когда ее взгляд упал на незаконченную статую, она воскликнула: