Луиза Олкотт – Старомодная девушка (страница 15)
Смеяться над ней никто не стал. Тетя Бетси бежала всю дорогу до дома с кексом в руке и клубком пряжи в кармане, позабыв само вязание в гостях.
Я еще долго болела, но не пожалела об этом, потому что благодаря этому смогла полюбить тетю Бетси, которая нежно ухаживала за мной, совсем забыв про свою строгость. Этот мешочек сделали специально для меня, и он висел на диване, где мне приходилось лежать. Тетя клала туда красивые лоскутки или, что мне куда больше нравилось, имбирное печенье и мятные леденцы. А ведь тетя считала, как и я сейчас, что детей не следует баловать.
– Очень интелесно. Я бы хотела быть там, – снисходительно заметила Мод и заглянула в мешочек в явной надежде найти древнее печенье или хорошо сохранившийся леденец.
– Той осенью сливы уродились, но мы их почти не ели. Эта ситуация стала нашей домашней шуткой, и долгие годы при виде слив Нелли хитро смотрела на меня и шептала «Лиловые чулки, Фан».
– Спасибо, мэм, – поблагодарила Полли, – Фан, теперь твоя очередь.
– Я нашла старые письма. У них есть история? – Фанни явно надеялась на что-нибудь романтическое.
Бабушка повертела в руках маленький пакет, перевязанный выцветшей розовой лентой. Десяток пожелтевших записок на грубой плотной бумаге, со следами красного сургуча на сгибах. Все это явно было написано до появления красивой почтовой бумаги и самоклеящихся конвертов.
– Это не любовные письма, дорогая, а записки от подруг по школе-интернату мисс Коттон. Вряд ли за ними стоит какая-то романтическая история.
Бабушка всмотрелась в записки через очки. Ах, какими молодыми и зоркими были эти глаза, когда впервые читали эти послания!
Фанни уже собиралась выбрать что-то другое, когда бабушка расхохоталась так искренне, что девочки почувствовали, что впереди их ждет еще одна смешная история о старых добрых временах.
– Боже мой, я не вспоминала этот случай вот уже сорок лет! Бедная, милая дурочка Салли Помрой! А ведь она уже прабабушка! – воскликнула старая леди, прочитав одну из записок и протирая запотевшие очки.
– Расскажи о ней, пожалуйста! Раз ты смеешься, это должно быть очень интересно! – попросила Фан.
– Это и в самом деле забавно. Я рада, что вспомнила, потому что это как раз та история, которую можно рассказать юным девушкам. Это было много лет назад, когда учителя были куда строже, чем сейчас. Девочкам в школе мисс Коттон не разрешалось жечь свет после девяти часов и выходить на улицу без сопровождения. Мы должны были с утра до вечера вести себя безукоризненно. Сами понимаете, для десяти молодых живых девушек это было совершенно невозможно. Хорошее поведение на публике мы компенсировали всевозможными проделками в то время, когда за нами не присматривали.
Когда занятия заканчивались и юных леди отправляли спать, мисс Коттон и ее брат сидели в дальней гостиной. Мистер Джон почти ничего не слышал, а мисс Присцилла была очень близорука. В большинстве случаев эти недуги были нам на руку, но однажды вышло наоборот.
Мы целую неделю вели себя прилично, и больше уже не могли сдерживаться, поэтому задумали пирушку и подготавливали для этого все необходимое. Первое препятствие было преодолено следующим образом. Поскольку нам не разрешалось выходить на улицу, мы решили спустить Салли из окна как самую легкую и маленькую. На наши карманные деньги она должна была приобрести орехи, конфеты, пирожные, фрукты, пирог и свечу, чтобы мы не остались без света, когда Бетси унесет лампу. Мы собирались завесить окно в дортуаре, поставить часового в коридоре, зажечь свет и как следует повеселиться.
В восемь часов вечера некоторые девочки сказали, что очень устали, и ушли в спальню, оставив остальных добродетельно шить с мисс Коттон, которая читала вслух «Священные драмы» Ханны Мор, усыплявшие слушателей не хуже дозы снотворного.
Признаюсь честно, что я была одной из зачинщиц нашей проделки. Едва мы поднялись наверх, я обвязала длинную веревку вокруг талии Салли. Пансион располагался в одном из тех старинных домов, у которых задняя стенка куда ниже фасада, и мы присмотрели окно чулана, поднятое над землей всего на несколько футов. Стоял летний вечер, солнце еще не село, но мы не боялись, потому что улица была совершенно пустой. Нашими единственными соседками были две старые дамы, которые опускали занавески на закате и никогда не выглядывали до утра. Салли и так была настоящая сорвиголова, а мы ее подкупили обещанием дать ей столько вкусностей, сколько в нее влезет. Салли, наряженная для конспирации в огромный капор и шаль, с веревкой вокруг талии, выскользнула в окно, и мы благополучно спустили ее вниз, а потом отправили за ней большую корзинку.
Девочка убежала. А мы тем временем надели ночные рубашки поверх платьев и мирно легли в постели, и как раз вовремя – мисс Коттон не поверила в нашу внезапную усталость и прислала Бетси за лампой раньше обычного. Полчаса мы лежали, смеясь и перешептываясь, ожидая сигнала от Салли. Наконец мы услышали стрекот сверчка под окном и увидели маленькую фигурку.
«Давайте быстрее! – Салли задыхалась. – Поднимайте корзину и меня, я встретила на рынке мистера Коттона и бежала всю дорогу!»
Тяжелая корзина поползла вверх, ударяясь об стену. Как от нее приятно пахло! Потом мы снова спустили веревку и потянули наверх бедную Салли. Но на полпути веревка выскользнула из рук, и она упала. От увечья девочку спасла только копна сена под окном.
«Он уже идет! Пожалуйста, поднимите меня!» – кричала Салли, вскакивая на ноги.
Мы тоже увидели приближающуюся темную фигуру и с большим трудом втащили Салли внутрь. Ведь как бы глух ни был мистер Джон, видел-то он превосходно.
Хлопнула входная дверь, зазвучали голоса, а потом послышалась тяжелая поступь Бетси. Мы задвинули корзину под кровать и улеглись. Когда Бетси заглянула к нам, мы безмятежно посапывали.
«Вот ведь хозяину на месте не сидится! Увидел что-то неладное в окне и послал меня наверх снова. А это наверняка занавеска хлопнула. Мои-то бедняжки спят, как ягнята»
Мы услышали ее бормотание и дружно захихикали, когда она ушла.
Салли была в восторге от своего подвига и танцевала по комнате, как эльф, надев поверх платья ночную рубашку, заплетя волосы в забавные маленькие косички и приколов на грудь красную подушечку для булавок как орден. Девочки разошлись по своим комнатам, как и было условлено, и стало темно и тихо. Мисс Коттон проводила время внизу, как она всегда делала, избавившись от своих юных подопечных.
А потом по дому заскользили призраки. Мыши в тревоге попрятались в норы – белые фигуры бродили по коридору, пока наконец не собрались в маленькой спальне. У двери поставили часовую, условились о сигнале, зажгли свечу и разложили припасы на газете так, чтобы в любой момент можно было накрыть их покрывалом. Как это было чудесно! Я думаю, что с тех самых пор не ела таких вкусных пирогов как те, которые Салли в спешке помяла. В комнате было душно, как в печке, Салли то и дело отпускала шуточки, а остальные наслаждались запретными сладостями. Конечно, это было очень скверно, но я должна сказать правду.
Мы только приступили к торту, когда услышали царапанье крысиных когтей.
«Сигнал! Бежим! Тише! Не смейтесь!» – закричали несколько голосов, и мы быстро и бесшумно разбежались по кроватям, набив рты напоследок. Снова послышалось царапанье, но никто так и не пришел. Мы решили спросить, что это значит. Мэри, наша стражница, почти уснула на посту и тоже жаждала принять участие в пиршестве.
«Не было никакого сигнала, это была настоящая крыса, а я не издала ни звука. Я уже устала, снимайте меня с дежурства», – сказала Мэри, отмахиваясь от комаров.
Я поспешила назад с хорошими новостями. Все быстро вскочили, мы снова зажгли свечу и вернулись к нашему пиршеству. Угощения немного пострадали от того, что Салли, испуганная сигналом тревоги, улеглась на них сверху, но нам было все равно. Вскоре мы прикончили торт.
«Теперь давайте есть орехи», – сказала я, нащупывая бумажный пакет.
«Это миндаль и арахис, их можно колоть зубами. Ты за тот конец пакета взялась?» – спросила Салли.
«Нечего меня учить», – чтобы показать ей, что все в порядке, я слегка встряхнула пакет. И орехи вылетели наружу и застучали по голому полу, как град.
«Это ты виновата!» – закричала Салли, когда Мэри заскреблась, как бешеная крыса, и внизу скрипнула дверь, потому что глухой мисс Коттон отнюдь не была.
Как мы засуетились! Свеча погасла, и мы бросились прочь, унося с собой столько лакомств, сколько смогли схватить в спешке. Салли нырнула в постель, раздавив последний пирог и разбросав повсюду конфеты. Бедная Мэри чуть не попалась, потому что мисс Коттон оказалась проворнее Бетси, и нашему охраннику пришлось бежать, спасая свою жизнь.
Наша комната была первой по коридору и оказалась в полном порядке, хотя два раскрасневшихся лица на подушках выглядели довольно подозрительно. Мисс Коттон озиралась по сторонам и без своего вечного чепца была такая смешная, что моя соседка выдала бы нас смехом, если бы я ее не ущипнула.
«Юные леди, что это за непристойный шум?»
Мы отозвались храпом. Мисс Коттон прошла в соседнюю комнату, задала тот же вопрос и получила тот же ответ. В третьей комнате лежала Салли, и мы задрожали, когда старая леди вошла туда. Мы слушали, затаив дыхание.