Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 8)

Я коснулась кончиками пальцев пожелтевшего края страницы, и по коже пробежал электрический разряд. Моя кровь, та самая субстанция, которую я считала просто красной жидкостью в венах, отозвалась глухим, утробным рыком где-то в основании черепа. Это не было воображением. Это была генетическая память, проснувшаяся от долгого сна. Я чувствовала, как мои зрачки непроизвольно расширяются, поглощая скудный свет единственной свечи, как слух обостряется до предела, улавливая копошение мышей в трех этажах под ногами.

- Ты читаешь это так, словно надеешься найти там прощение, - голос раздался из тени за моей спиной.

Я не вздрогнула. Мое тело среагировало быстрее разума: плечи напряглись, пальцы согнулись, превращаясь в подобие когтей, а позвоночник выгнулся дугой. Я медленно обернулась.

Он стоял в самом темном углу, там, где балки крыши сходились в остром, как гильотина, угле. Каспиан Вейн. Мясник Старой Гвардии. Человек - нет, существо - чье имя в учебниках истории Инквизиции ассоциировалось с запахом гари и горами трупов. На нем был длинный кашемировый плащ цвета запекшейся крови, идеально скроенный, подчеркивающий его неестественную, хищную худобу. Его лицо, высеченное из холодного белого мрамора, не выражало ничего, кроме ледяного любопытства. Но глаза... эти глаза видели, как падали империи. В них не было белков, только бесконечная, пульсирующая тьма первородного вампира.

- Ты вошел без стука, - мой голос прозвучал хрипло, в нем прорезались нотки, которых я раньше не знала. Низкие, вибрирующие.

- Я никогда не стучу в двери домов, которые обречены на сожжение, Изольда, - он сделал шаг вперед. Движение было настолько плавным, что казалось, будто он скользит над полом, не касаясь гнилых досок. - Ты слишком громко думаешь. Твой страх пахнет солью и старой медью. Это отвлекает.

Он остановился в метре от меня. От него веяло холодом ледника и дорогим парфюмом с нотами сандала и озона. Я чувствовала, как моя внутренняя сущность - та самая Химера, о которой я только что прочитала - встает на дыбы. Внутри меня заворочалось нечто массивное, покрытое чешуей и перьями, жаждущее вцепиться в его аристократическое горло.

- Что тебе нужно? - я постаралась выпрямиться, хотя каждый инстинкт велел мне сжаться в комок. - Моя мать мертва. Инквизиция уже идет за мной. Если ты пришел закончить то, что начал столетия назад, то приступай. Убей последнюю из нас.

Каспиан слегка наклонил голову набок, и прядь иссиня-черных волос упала ему на лоб. На мгновение он показался почти человечным, если бы не аура чистой, концентрированной смерти, исходящая от него.

- Убить тебя было бы слишком просто, - протянул он, и его голос прозвучал как бархат, скрывающий лезвие бритвы. - И слишком расточительно. Твой род был уникален не из-за магии, а из-за способности поглощать. Вы были губками, впитывающими силу богов и монстров. Сейчас ты - неограненный алмаз в куче навоза. Инквизиция, во главе с твоим дражайшим Сайласом, хочет освежевать тебя, чтобы выжать твою кровь в золотые чаши. Они сделают из тебя батарейку для своих ритуалов.

Он сделал еще полшага. Теперь я чувствовала жар, исходящий от моего собственного тела, вступающий в конфликт с его ледяным спокойствием. Мое дыхание участилось. Я видела, как его ноздри едва заметно дрогнули. Он чувствовал мой пульс. Он пил мой страх, как дорогое вино.

- А чего хочешь ты, Мясник? - я вызывающе вскинула подбородок. - Спасти меня из доброты душевной?

Его губы тронула едва заметная, горькая усмешка.

- Доброта - это роскошь для тех, у кого сердце еще бьется. Мне нужен доступ.

- К чему?

- К Кровавой библиотеке твоего клана. Она запечатана твоей ДНК. Только прямой наследник может открыть двери в архивы, где хранятся формулы первородной мощи. Мой род угасает, Изольда. Мы становимся слабее с каждым поколением, превращаясь в бледные тени тех, кем были раньше. Мне нужны секреты твоих предков, чтобы вернуть величие вампирам-первородным.

Я рассмеялась, и этот смех был полон истерического отчаяния.

- Ты хочешь, чтобы я открыла тебе сокровищницу тех, кого ты помогал уничтожать? Ты вырезал мой клан, Каспиан. Ты стоял по колено в крови Химер, а теперь просишь о сотрудничестве?

В мгновение ока он оказался вплотную ко мне. Я даже не успела моргнуть. Его рука, тонкая и сильная, как стальной трос, обвила мою талию, прижимая к его твердой груди. Другая рука легла мне на шею, большой палец надавил на сонную артерию. Я почувствовала жар его кожи - нет, это был мой жар, отраженный от его холода.

- Я не прошу, - прошептал он мне прямо в губы. Его дыхание не имело запаха жизни, оно было чистым и морозным. - Я предлагаю сделку. Ты даешь мне ключи от библиотеки, а я становлюсь твоим щитом. Я научу тебя контролировать зверя, который сейчас разрывает тебя изнутри. Если ты останешься одна, ты сгоришь через три дня. Твоя сила выжжет твои вены, прежде чем Сайлас успеет до тебя добраться.

Мои пальцы непроизвольно впились в его предплечья. Сквозь дорогую ткань пиджака я чувствовала мышцы, твердые, как камень. Мое тело предавало меня. В ответ на его близость, на его угрожающую позу, мой низ живота скрутило тугим узлом предвкушения. Это была не любовь, не симпатия - это была химия хищников, узнавших друг друга в темноте. Зверь внутри меня узнал в нем равного. Мое дыхание стало рваным, я чувствовала, как грудь вздымается, касаясь его груди.

- Ты... чудовище, - выдохнула я, глядя в его бесконечную тьму глаз.

- О, я гораздо хуже, - согласился он. Его пальцы на моей шее начали медленно двигаться, лаская кожу, вызывая толпы мурашек, которые разбегались от затылка до самых кончиков пальцев ног. - Но я - единственное чудовище, которое способно удержать тебя на поводке, пока ты не отрастишь свои собственные зубы.

Его лицо было так близко, что я видела каждую пору на его безупречной коже. Его губы, четко очерченные, находились в миллиметре от моих. Напряжение между нами стало почти осязаемым, густым, как патока. Я чувствовала, как мои собственные зубы начинают ныть, а десны пульсировать. Жажда. Не крови, а обладания. Я хотела ударить его и одновременно прижаться к нему еще сильнее, чтобы этот холод унял пожар в моей крови.

Каспиан медленно провел носом по моей щеке, вдыхая аромат моих волос. Я почувствовала, как его тело напряглось. Он боролся с голодом так же, как я боролась со своим безумием.

- Ты пахнешь грозой и жасмином, Изольда Торн, - прошептал он мне на ухо, и от его низкого голоса у меня подкосились ноги. - Твоя кровь поет. Она зовет меня. Ты даже не представляешь, какой соблазн просто выпить тебя здесь, на этих пыльных бумагах.

Он отстранился так же внезапно, как и прижал меня. Холод чердака мгновенно ударил по моей разгоряченной коже, заставляя меня мелко задрожать. Я стояла, тяжело дыша, пытаясь вернуть контроль над собственными чувствами.

- У тебя есть время до рассвета, - сказал он, снова отступая в тень, становясь частью темноты. - В полночь Инквизиция перейдет мост. Если ты останешься здесь, они заберут тебя в Цитадель. Оттуда не возвращаются в человеческом облике. Они выпотрошат твой разум так же легко, как потрошат рыбу на рынке.

- Почему ты просто не заберешь меня силой? - спросила я, пытаясь унять дрожь в руках. - Ты ведь можешь. Ты сильнее, быстрее. Ты мог бы держать меня в клетке, пока я не выполню всё, что тебе нужно.

Каспиан остановился у самого края лестничного проема. Свет свечи напоследок лизнул его профиль, делая его похожим на падшего ангела с древней иконы.

- В клетке Химера умирает, - ответил он, и в его голосе впервые прозвучала нотка чего-то похожего на уважение. - А мне нужна живая королева. Чтобы открыть библиотеку, ты должна захотеть этого сама. Твоя воля - это замок. Твоя кровь - это ключ. Принуждение здесь бесполезно.

Я посмотрела на свои руки. На бледной коже проступили едва заметные, переливающиеся узоры, похожие на татуировки, сделанные жидким золотом. Наследие Торнов. Проклятие и дар.

- Если я пойду с тобой, - начала я, с трудом сглатывая комок в горле, - ты обещаешь, что Сайлас не коснется меня?

- Я обещаю, что любой, кто попытается коснуться тебя без моего разрешения, узнает, почему меня прозвали Мясником, - его голос был абсолютно ровным, без тени хвастовства. Это была констатация факта.

Я снова перевела взгляд на документы. Моя мать скрывала это всю жизнь. Она растила меня в тени, учила быть незаметной, серой мышкой, которая не умеет даже правильно заварить настойку от кашля. Она боялась. Боялась того, что сейчас пробуждалось во мне с каждым вдохом. А теперь она лежала в холодной земле, зашитая и безмолвная, оставив меня на растерзание волкам.

- Почему сейчас? - спросила я, не оборачиваясь. - Клан уничтожен десятилетия назад. Почему Кровавая библиотека понадобилась тебе именно сегодня?

- Потому что звезды встали в нужную позицию, Изольда. И потому что Сайлас нашел способ синтезировать «Слезы Азраила». Если он получит знания Химер, он создаст армию, против которой не устоят ни люди, ни вампиры. Мир превратится в бойню. Я предпочитаю быть тем, кто держит нож, а не тем, кто лежит под ним.

Я медленно начала сворачивать свитки. Мои движения были механическими. Разум кричал, что это ловушка. Что заключать сделку с Каспианом Вейном - это всё равно что прыгать в жерло вулкана, надеясь, что лава окажется прохладной водой. Но у меня не было выбора. Одиночество было равносильно смерти, а Инквизиция... я видела их методы. Я видела, что они сделали с моей тетей, когда заподозрили в ней искру запретной магии. Они вернули ее в мешке, и в этом мешке не было ничего, что напоминало бы человека.