Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 7)

Я почувствовала, как по моему телу проходит мощнейший электрический разряд. Мои зрение стало не просто острым - я видела тепловые следы инквизиторов сквозь деревья. Мой слух улавливал шепот травы на другом конце леса. Но самое главное - я почувствовала его.

На мгновение наши сознания слились. Я увидела обрывки его воспоминаний: бесконечные войны, холодные залы замков, крики умирающих людей и лицо моей матери, которая смотрела на него с мольбой. Не о жизни. О чем-то другом.

Я оторвалась от его руки, задыхаясь. Мои губы были испачканы его кровью, и я видела, как его глаза потемнели от желания.

- Достаточно, - хрипло произнес он, убирая руку. Его рана затянулась на глазах. - Теперь беги. Не останавливайся, что бы ты ни услышала.

Мы сорвались с места. Теперь я не просто бежала - я летела. Кровь Каспиана горела во мне, давая невероятный прилив энергии. Я видела, как инквизиторы прочесывают сад, слышала их выкрики, но для них мы были лишь тенями, промелькнувшими в тумане.

Мы добрались до старой ливневки, скрытой за зарослями дикого плюща. Это был вход в подземные туннели, которые тянулись под всем городом.

- Туда, - Каспиан указал на зияющий черный зев трубы.

Мы скользнули внутрь как раз в тот момент, когда над лесом взмыла сигнальная ракета, окрасив небо в кроваво-красный цвет.

Туннель был узким и скользким. Вода прибывала, и запах нечистот смешивался с запахом гнили. Но я не обращала на это внимания. Все мои чувства были сосредоточены на Каспиане, который шел впереди.

Через несколько сотен метров мы вышли в более просторный коллектор. Здесь было суше, и на стенах виднелись странные знаки, выбитые в камне.

- Это знаки твоего клана, - пояснил Каспиан, заметив мой взгляд. - Эти туннели были построены Торнами как пути отхода. Инквизиция о них не знает. Пока что.

Он остановился и повернулся ко мне. Мы были в полной темноте, но для нас обоих это не имело значения.

- Теперь ты в безопасности. Относительной.

Я прислонилась к холодной стене, чувствуя, как действие его крови начинает медленно угасать, оставляя после себя жуткую слабость.

- Почему ты показал мне это? - спросила я, тяжело дыша. - Свои воспоминания. Я видела свою мать. Она не боялась тебя.

Каспиан подошел ближе. Его лицо было скрыто тенями, но я чувствовала его взгляд на своих губах.

- Твоя мать была мудрой женщиной, Изольда. Она знала, что некоторые вещи хуже смерти. И она знала, что придет день, когда тебе понадобится защитник, который не побоится запачкать руки в крови богов.

Он протянул руку и коснулся пряди моих волос, заправляя ее мне за ухо. Его прикосновение было нежным, почти трепетным, что пугало меня больше, чем его ярость.

- Ты - хаос, облеченный в плоть, - прошептал он. - А я - порядок, рожденный из праха. Вместе мы либо создадим новый мир, либо сожжем этот дотла.

Он склонился ко мне, и на этот раз я не отстранилась. Наше дыхание смешалось, создавая в этом сыром, грязном туннеле кокон из чистого электричества. Его рука скользнула мне за затылок, притягивая ближе.

Это не был поцелуй любви. Это было клеймо. Заявление прав. Его губы, холодные и требовательные, накрыли мои, и я ответила с той же неистовой силой. В этом жесте было все: наша ненависть, наше общее прошлое и то пугающее будущее, которое нам предстояло разделить.

Его язык коснулся моего, и я снова почувствовала вкус его крови, смешанный с моим собственным. Мое тело выгнулось навстречу ему, и я впилась пальцами в его плечи, желая содрать эту безупречную одежду, добраться до его сути, до монстра, который жил внутри него так же, как и во мне.

Его рука скользнула ниже, сжимая мое бедро и прижимая меня к стене. Я чувствовала твердость его тела, его желание, которое было таким же острым, как его клыки. В этот момент не было ни Инквизиции, ни архивов, ни предательств. Были только мы - два существа, стоящие на краю бездны.

Каспиан отстранился первым. Его дыхание было тяжелым, а глаза горели яростным пламенем.

- Нам нужно идти, - его голос был резким, как удар бича. - Мое поместье "Черные Дрозды" находится в нескольких милях отсюда. Там ты получишь ответы. И там ты начнешь свое обучение.

Он повернулся и зашагал вглубь туннеля, не оглядываясь. Я стояла, прижимая пальцы к распухшим губам, и чувствовала, как по моим венам все еще бежит его кровь.

Я посмотрела на свои руки. Они больше не дрожали. Зверь внутри меня затих, сытый и довольный, но я знала - это затишье перед настоящей бурей.

Я сделала первый шаг вслед за Каспианом, понимая, что с этого пути возврата нет. Я больше не была Изольдой Торн, скромной дочерью знахарки. Я была Химерой. И мир скоро узнает, что это значит.

Мы шли в молчании, прерываемом лишь всплесками воды под нашими ногами. Туннели становились все уже, а воздух - все холоднее. Каспиан двигался с уверенностью человека, который знал эти катакомбы как свои пять пальцев.

- Как ты узнал о чердаке? - спросила я через некоторое время, пытаясь отвлечься от пульсирующего жара внизу живота.

- Я следил за тобой с того момента, как твоя мать испустила последний вздох, - ответил он, не оборачиваясь. - Я знал, что она оставила тебе ключ. И я знал, что твоя натура не позволит тебе оставить его без дела. Ты слишком любопытна для своего же блага, Изольда.

- И ты просто ждал? Пока на меня нападут в морге?

- Мне нужно было увидеть, на что ты способна под давлением. Магия крови не просыпается от вежливых просьб. Ей нужны боль, страх и близость смерти. Ты справилась... приемлемо. Хотя твоя техника оставляет желать лучшего. Ты дерешься как раненый зверь, а должна драться как хищник.

- Я не просила тебя быть моим учителем, - огрызнулась я.

Каспиан остановился и обернулся. В полумраке его улыбка казалась особенно зловещей.

- О, милая, ты еще не поняла? Ты просила об этом всем своим существом, когда позволила мне коснуться себя. Ты жаждешь силы так же сильно, как я жажду... - он не закончил фразу, но его взгляд красноречиво скользнул по моей фигуре.

Он подошел к стене и нажал на скрытый рычаг. Часть кирпичной кладки бесшумно отъехала в сторону, открывая вид на винтовую лестницу, уходящую вверх.

- Добро пожаловать в "Черные Дрозды", Изольда. Здесь заканчивается твое детство и начинается твоя истинная история.

Я поднялась по лестнице вслед за ним, чувствуя, как каждый шаг отдается в голове тяжелым молотом. Мы вышли в просторный холл, обставленный с мрачным великолепием. Высокие потолки, тяжелые бархатные шторы, рыцарские доспехи, застывшие в углах, как безмолвные стражи.

Но мое внимание привлекло не это. На главной стене холла висел огромный портрет. На нем был изображен Каспиан. Он стоял на фоне пылающего замка, а в его правой руке, зажатая за седые волосы, покоилась отрубленная голова мужчины.

Я подошла ближе, чувствуя, как леденеет кровь. Мужчина на портрете был мне до боли знаком. Те же черты лица, тот же разрез глаз, что я видела на старых фотографиях в доме матери.

Это был мой дед. Основатель клана Торн.

Я медленно повернулась к Каспиану, который стоял у камина, небрежно стряхивая капли дождя со своего пальто.

- Ты... - мой голос сорвался на шепот.

- Да, - ответил он, даже не глядя на меня. Его голос был лишен каких-либо эмоций. - Я убил его. И я сделал этот портрет, чтобы никогда не забывать о том, что происходит с теми, кто пытается играть в бога, не имея на то полномочий.

Я смотрела на него, на убийцу своего рода, и чувствовала, как внутри меня что-то окончательно ломается. Весь мой мир, построенный на лжи матери и туманных преданиях, рассыпался в прах.

- Почему ты не убил меня тогда? В колыбели? - спросила я, чувствуя, как слезы обжигают глаза.

Каспиан наконец поднял взгляд на меня. В его глазах не было раскаяния. Только вековая усталость и что-то похожее на предвкушение.

- Потому что твой дед был ошибкой, Изольда. А ты... ты - шедевр. И я хочу увидеть, как этот шедевр расцветет, прежде чем я решу, что с ним делать.

Он шагнул ко мне, и я непроизвольно отпрянула, но наткнулась спиной на холодный мрамор каминной полки. Каспиан оказался вплотную, его рука легла на стену рядом с моей головой, отрезая путь к бегству.

- Завтра мы начнем, - прошептал он, и его глаза вспыхнули багровым светом. - Я выжму из тебя всю человеческую слабость, пока не останется только чистая, первородная мощь Химеры. Ты будешь ненавидеть меня. Ты будешь хотеть убить меня каждую секунду. И это будет самым прекрасным чувством, которое ты когда-либо испытывала.

Он наклонился и запечатлел на моем лбу холодный, почти официальный поцелуй. Но когда его губы коснулись моей кожи, я почувствовала, как метка на моем плече, скрытая под одеждой, вспыхнула нестерпимым жаром. Герб моего рода, запятнанный кровью и предательством, теперь горел в унисон с его присутствием.

Я смотрела, как он уходит вглубь поместья, и понимала одно: я заперта в логове монстра. Но самое страшное было не это. Самое страшное было то, что часть меня... та темная, хищная часть, которую он пробудил... чувствовала себя здесь как дома.

Глава 4

Полночь легла на город тяжелым, промокшим от сажи саваном. В старом чердачном архиве, где воздух казался спрессованным из пыли и забытых имен, тишина была настолько абсолютной, что я слышала, как затихает пульс в моих собственных висках. Перед моими глазами лежали развернутые свитки, найденные в тайнике матери. Те самые документы, которые перечеркивали всю мою жизнь, превращая меня из обычной ведьмы-недоучки в нечто... иное. Последняя из клана Химер. Слово «Химера» на бумаге казалось живым, оно извивалось, словно змея, готовая впрыснуть яд в мое сознание.