Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 3)

Но я не стала прятаться. Я шагнула вперед, чувствуя, как ключ в моей руке начинает вибрировать, резонируя с камнями зала. Магия крови внутри меня требовала выхода.

- Нет, Каспиан, - сказала я, и мой голос теперь звучал по-другому - в нем слышался рокот лавины. - Это мой дом. И я сама выпровожу незваных гостей.

Я раскрыла ладонь. Ключ вспыхнул ослепительным черным светом, и первая из безликих тварей бросилась на меня.

Битва только начиналась. И это была первая глава моей новой жизни, написанная кровью на страницах истории, которую все считали законченной.

Туман снаружи продолжал сгущаться, скрывая кладбище, пустой гроб и правду, которая только что вырвалась на свободу. Но здесь, под землей, в сердце старого города, родилось нечто новое. И оно было голоднее любого вампира.

Я бросилась вперед, навстречу костяным иглам и тьме. И в этот миг я поняла: я больше не Изольда, приемная дочь вдовы.

Я - Изольда Торн. Последняя из Химер. И я пришла за своим наследством.

Глава 2

Стерильный холод морга пробирался под кожу, игнорируя шерсть моего старого пальто. Здесь, в подвалах Муниципального центра судебно-медицинской экспертизы, время не просто остановилось - оно вымерло, оставив после себя лишь едкий запах формальдегида, хлорки и того едва уловимого сладковатого аромата, который всегда сопровождает окончательный уход души из тела. Мои шаги по кафельному полу отдавались слишком громким, почти неприличным эхом. Каждый звук казался здесь святотатством.

Я сжала в кармане ладонь, чувствуя, как острые края таинственного ключа, найденного в гробу Елены, впиваются в кожу. Этот металл был неестественно теплым, словно он обладал собственным пульсом. Он жег мне пальцы, напоминая о том, что моя жизнь превратилась в руины всего за несколько часов. Сначала похороны под серым, плачущим небом, потом этот странный предмет, спрятанный в складках савана моей приемной матери, а теперь - необходимость опознать то, что осталось от единственного человека, которого я любила.

- Сюда, мисс Торн, - не оборачиваясь, бросил санитар.

Его голос был таким же сухим и безжизненным, как и стены этого заведения. На нем был заляпанный желтоватыми пятнами халат, а от затылка пахло дешевым табаком и перегаром. Он не чувствовал трагедии. Для него это была просто смена, просто еще одно тело, просто очередная формальность перед концом рабочего дня.

Мы прошли мимо рядов стальных шкафов. Я старалась не смотреть на них, но воображение рисовало за каждой дверцей застывшее лицо, пустые глазницы и бирки на больших пальцах ног. Холод в помещении усилился, или это просто мой страх начал материализоваться, превращаясь в ледяной панцирь вокруг сердца?

- Послушайте, - начала я, и мой голос прозвучал хрипло, чуждо. - Я уже видела ее на опознании. Зачем эти дополнительные процедуры?

Санитар остановился у стола номер четырнадцать, накрытого плотной белой простыней. Очертания под тканью были пугающе неподвижными.

- Распоряжение сверху, - буркнул он, поправляя очки. - Какие-то несостыковки в отчете патологоанатома. Нужно подтверждение особых примет. Шрамы, родимые пятна... сами понимаете. Бюрократия любит точность, даже если речь идет о покойниках.

Он взялся за край простыни. Я затаила дыхание, чувствуя, как в груди начинает нарастать странное давление. Это не было обычным волнением. Это было нечто физическое, тяжелое, горячее, словно в моих венах вместо крови начал циркулировать жидкий свинец. Воздух вокруг стал густым, наэлектризованным. Я почувствовала, как волоски на затылке встали дыбом.

- Готовы? - спросил он.

Я кивнула, хотя всё мое существо кричало о том, что нужно бежать. Бежать из этого подвала, из этого города, от этой тишины.

Он откинул ткань.

Елена. Ее лицо было бледным, почти прозрачным, словно высеченным из матового мрамора. Морщинки вокруг глаз, которые всегда казались мне лучиками доброты, теперь выглядели как глубокие трещины в фундаменте разрушенного здания. Но что-то было не так. Мои чувства, обострившиеся до предела, улавливали странную пульсацию, исходящую не от нее, а от самого воздуха над столом.

- Видите это? - санитар указал на ее шею. - Странные следы. Мы раньше их не заметили. Похоже на...

Он не договорил.

Лампа над столом внезапно мигнула и взорвалась, осыпав нас дождем из острых осколков. На мгновение воцарилась абсолютная, непроглядная тьма. Я замерла, слыша только бешеный стук собственного сердца, который, казалось, заполнял всё пространство морга. Тук-тук. Тук-тук. Ритм ускорился, резонируя с тем теплом, что исходило от ключа в моем кармане.

А потом пришел запах.

Это был не формальдегид. Это был запах старой кожи, разлагающегося мяса и чего-то острого, химического, напоминающего озон перед сокрушительной бурей.

- Эй? Вы там? - голос санитара дрогнул. Я услышала шорох - он пытался нащупать фонарик на поясе.

Свет мобильного телефона, который я судорожно выхватила, разрезал темноту дрожащим лучом. То, что я увидела, заставило мой крик застрять в горле.

Санитар стоял в трех шагах от меня, но он был не один. Сзади него, прямо из тени, выступала фигура. Она была высокой, неестественно тонкой, облаченной в обноски, которые когда-то могли быть черным шелком. Но самым страшным было лицо. Точнее, его отсутствие. На месте глаз, носа и рта была лишь гладкая, бледная кожа, натянутая на череп так плотно, что проступали очертания костей. Никаких отверстий. Никаких эмоций. Просто слепая, безмолвная угроза.

Существо положило длинные, костлявые пальцы на плечи санитара. Его когти - черные, загнутые, похожие на хирургические инструменты - мгновенно пропороли ткань халата.

- Беги... - выдавил из себя мужчина, прежде чем существо с невероятной силой дернуло его назад, в темноту.

Раздался влажный хруст ломающихся позвонков и короткий, захлебывающийся хрип. Я попятилась, едва не споткнувшись о каталку. Луч света метался по стенам, выхватывая куски кошмара: еще одна фигура спрыгнула с вентиляционной шахты, третья медленно выходила из-за ряда холодильных камер. Они двигались синхронно, бесшумно, их суставы изгибались под невозможными углами.

Они не шли - они скользили, словно тени, обретшие плоть.

- Кто вы? Что вам нужно? - мой голос сорвался на шепот.

Ответом мне была тишина, прерываемая лишь шорохом их лохмотьев о кафель. Они окружали меня, отрезая путь к единственному выходу. Я чувствовала их голод. Не физический голод, требующий плоти, а нечто более глубокое - жажду магии, жажду той силы, о существовании которой я сама еще не догадывалась.

Один из безликих прыгнул. Он был быстрым, как удар плети. Я едва успела выставить вперед руки, закрываясь от удара. Тяжелое тело сбило меня с ног, я ударилась спиной о край стального стола. Боль обожгла лопатки, но страх был сильнее. Безликий навис надо мной, его гладкая «морда» оказалась в сантиметрах от моего лица. Я чувствовала жар, исходящий от него, и слышала свист воздуха, который он каким-то образом всасывал через поры кожи.

Его пальцы сомкнулись на моем горле. Хватка была стальной. Мир начал тускнеть, по краям зрения поползли черные пятна.

И в этот момент что-то внутри меня сломалось. Или, наоборот, наконец-то встало на место.

Это началось в самом центре моего существа - там, где хранились воспоминания о снах, в которых я бежала по лесу на четырех лапах, вдыхая запахи ночи. Горячая волна, похожая на извержение вулкана, ударила в голову. Мои чувства обострились до боли. Я слышала, как кровь течет по сосудам существа - густая, холодная, отвратительная. Я слышала шепот тысячи голосов, зовущих меня из глубины веков.

Мое тело перестало быть моим.

Я почувствовала, как мои ногти удлиняются, превращаясь в острые кинжалы. Мои мышцы под кожей начали перекатываться, словно живые змеи, наполняясь первобытной мощью. Кожа на скулах натянулась, а зубы отозвались острой, пульсирующей болью в деснах.

Вспышка.

Я не просто ударила его - я буквально разорвала пространство между нами. Моя рука, охваченная призрачным золотистым сиянием, вонзилась в грудь безликого. Вместо того чтобы встретить сопротивление плоти, я почувствовала холодную пустоту, которую моя магия начала жадно поглощать. Существо издало пронзительный, ультразвуковой визг, который отозвался болью в моих ушах. Оно начало оседать, превращаясь в серый пепел прямо под моими пальцами.

Я вскочила на ноги, тяжело дыша. Воздух вокруг меня вибрировал. Я видела мир иначе: теперь темнота не была препятствием. Я видела тепловые следы оставшихся двоих, видела их страх - да, эти твари могли чувствовать страх, когда сталкивались с чем-то более хищным, чем они сами.

- Моя очередь, - прорычала я, и сама не узнала свой голос. Он стал низким, гортанным, в нем звучала сталь и рычание зверя.

Второй безликий попытался атаковать сбоку, используя хирургический скальпель, который он подобрал с инструментального столика. Я уклонилась с грацией, которая была мне не свойственна еще пять минут назад. Время замедлилось. Я видела каждое движение его кисти, каждую складку его савана.

Я перехватила его руку. Хруст костей был удивительно приятным звуком. Я не просто защищалась - я наслаждалась этим. В моих жилах бушевал пожар, требующий выхода. Я ударила его в то место, где у человека должен быть солнечный сплетение, вкладывая в удар всю ту ярость, которую копила годами, живя «обычной» жизнью.