Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 18)

- Смело. Но глупо. Вы - последняя из своего рода, Изольда. Вы - драгоценный сосуд, наполненный магией, которой вы не умеете управлять. Вы - деликатес для Инквизиции и загадка для меня. Но сейчас вы - просто слабое существо, которое умрет, если на него подует ветер чуть сильнее обычного.

Он бросил мне вторую рапиру. Я поймала её, едва успев подхватить рукоять. Оружие было непривычно тяжелым, холодным.

- Нападайте, - приказал он.

- Что?

- Вы слышали меня. Нападайте. Используйте всё, что у вас есть. Гнев, страх, ненависть ко мне за то, что я сделал с вашей семьей. Дайте мне повод убить вас прямо здесь.

Я не заставила себя ждать. Ярость, копившаяся во мне все эти дни, вспыхнула, как сухая трава от искры. Я бросилась вперед, делая выпад. Мои движения были неуклюжими, дикими, лишенными техники, но в них была сила отчаяния.

Каспиан даже не сдвинулся с места. Легким, почти ленивым движением кисти он отвел мой клинок в сторону. Металл звякнул о металл, и вибрация отозвалась в моем плече болезненным толчком.

- Слишком медленно, - прошептал он, оказываясь за моей спиной так быстро, что я не успела моргнуть. - Слишком человечно.

Он ударил меня эфесом под лопатку. Я вскрикнула и упала на колени, едва не выронив рапиру.

- Вставай, маленькая Химера, - в его голосе прорезались стальные нотки. - Ты думаешь, Сайлас Варкас будет ждать, пока ты придешь в себя? Ты думаешь, он будет играть с тобой в благородство? Он вскроет тебя, как консервную банку, чтобы выпить твою силу.

Я поднялась, тяжело дыша. Внутри меня что-то начало меняться. Это не было физическим движением, скорее - изменением плотности воздуха в легких. Жар начал разливаться от позвоночника к конечностям.

- Ты... ты сам ничем не лучше, - прохрипела я. - Ты убивал их. Ты был там.

Я снова атаковала. На этот раз я целилась в его лицо. Я хотела увидеть кровь на этой совершенной, бледной коже. Я хотела разрушить это спокойствие, которое оскорбляло память моих предков.

Наши клинки встретились в яростном танце. Каспиан больше не стоял на месте. Он двигался вокруг меня, как тень, как туман, ускользая от каждого моего удара. Он был повсюду и нигде. Его движения были эстетически безупречны, как в кровавом балете. Он не просто сражался - он доминировал над пространством.

- Твоя мать умоляла меня, знаешь? - вдруг произнес он, прижимая свой клинок к моему, так что мы оказались лицо к лицу.

Запах его кожи ударил мне в нос - мороз, гвоздика и что-то сладкое, как увядающие лилии. Его дыхание коснулось моих губ, и на мгновение мир сузился до этого пространства между нами. Мое сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вот-вот проломит ребра.

- Ложь! - крикнула я, пытаясь оттолкнуть его.

- Она просила меня присмотреть за тобой. Она знала, что ты - дефектная. Что зверь в тебе заперт слишком глубоко. Она знала, что без внешней искры ты никогда не проснешься.

Он резко убрал рапиру и схватил меня за горло свободной рукой. Его пальцы были ледяными, но там, где они касались моей кожи, вспыхивал огонь. Он прижал меня к холодной каменной стене. Мои ноги оторвались от пола.

- Отпусти... - прохрипела я, царапая его руку.

- Заставь меня, - прошипел он, придвигаясь ближе. Его глаза теперь были совсем близко. - Вспомни ту ночь в морге. Вспомни существ без лиц. Твой страх - это ключ. Твоя ненависть ко мне - это топливо. Впусти зверя, Изольда. Перестань быть человеком. Человечность - это болезнь, которая тебя убьет.

Я чувствовала, как сознание начинает мутиться от нехватки кислорода, но на смену обмороку пришло нечто иное. Глубоко в моем ДНК, в тех темных закоулках души, куда я боялась заглядывать, что-то шевельнулось. Это было похоже на пробуждение вулкана.

Моя кровь закипела. В буквальном смысле. Я почувствовала, как по венам потек расплавленный свинец. Звуки стали оглушительными: я слышала, как капает вода в дальнем углу подвала, как пульсирует кровь в жилах Каспиана - густая, древняя, соблазнительная.

- Вот оно, - прошептал он, и в его голосе послышалось нечто похожее на удовлетворение. Или на вожделение.

Он не отпускал. Его хватка стала еще крепче. Он провоцировал меня, доводил до точки невозврата. Мое зрение затянуло золотистой дымкой. Кости в запястьях начали хрустеть, перестраиваясь. Это была невыносимая, ослепляющая боль, но вместе с ней пришло чувство абсолютного могущества.

Я больше не была Изольдой Торн, напуганной сиротой.

Я была Химерой.

Громовой рык вырвался из моей груди - звук, который не мог принадлежать человеческому существу. Мои ногти удлинились, превращаясь в острые, как бритва, когти из темного ороговевшего вещества. Я ударила его по руке, которой он меня держал, и Каспиан был вынужден отпрянуть. На его белоснежном рукаве мгновенно расцвели алые цветы.

Он отступил на шаг, облизывая губы. На его щеке виднелась тонкая царапина, из которой медленно сочилась кровь.

- Продолжай, - выдохнул он. - Не останавливайся. Покажи мне, что скрыто в твоих архивах.

Я бросилась на него. Теперь я не нуждалась в рапире. Мое тело само стало оружием. Мои движения стали рваными, сверхъестественно быстрыми. Я видела мир в замедленной съемке: как он переносит вес с одной ноги на другую, как расширяются его зрачки.

Мы столкнулись в центре зала. Это не было похоже на тренировку - это была схватка двух хищников, делящих территорию. Он пытался перехватить мои руки, но я извивалась, как змея, используя свою новую гибкость. Моя кожа горела, пот заливал глаза, но я не чувствовала усталости. Только жажду.

Я хотела почувствовать его вкус. Я хотела разорвать эту холодную маску аристократа и увидеть, что там внутри.

Каспиан перехватил мой корпус, прижимая мои руки к бокам, и мы оба рухнули на каменный пол. Мы катались по соли, тяжело дыша, сплетаясь в клубок из конечностей и ярости. В какой-то момент я оказалась сверху. Мои колени придавили его плечи к камням, мои когти уперлись в его горло, прямо над пульсирующей артерией.

Один рывок - и я покончу с ним. С мясником моей семьи. С тем, кто смотрит на меня как на ценный экземпляр в коллекции.

Мое дыхание было прерывистым, хриплым. Звериное начало внутри меня требовало крови. Я видела, как по его шее скатывается капля пота, как его кадык дергается при вдохе.

- Убей меня, - прошептал он. В его глазах не было страха. Только вызов. - Давай, Изольда. Заверши то, что не смогли сделать твои предки. Сделай этот шаг в бездну.

Напряжение между нами стало почти осязаемым. Оно вибрировало в воздухе, как натянутая струна. Я чувствовала жар его тела сквозь тонкую ткань рубашки, чувствовала, как его мышцы под моими бедрами напряжены до предела. Это было странное, дикое сочетание ненависти и чего-то такого, чему у меня не было названия. Мои когти слегка вошли в его кожу, и на поверхность выступили бисеринки темной, почти черной крови.

Его запах стал еще сильнее. Он дурманил, лишал воли. Мой внутренний зверь заурчал, но на этот раз не от ярости, а от странного признания.

Я медленно наклонилась к его лицу. Мои губы были в нескольких миллиметрах от его уха.

- Не сегодня, - выдохнула я, и мой голос прозвучал чужой, глубокой октавой. - Я не доставлю тебе такого удовольствия. Ты умрешь, когда я буду знать всё. Когда я заберу у тебя всё, что ты украл у моего рода.

Я почувствовала, как его рука медленно поднялась и легла мне на затылок. Его пальцы запутались в моих растрепанных волосах, слегка сжимая их. Это не было агрессивным движением - скорее, властным и... собственническим.

- Ты учишься быстрее, чем я ожидал, - проговорил он низким, вибрирующим голосом. - Но зверь - это не только когти. Это контроль. Если ты позволишь ему вести тебя, ты станешь просто животным. А мне нужна королева.

Он резко перевернул меня, и теперь уже я оказалась прижата к полу. Его тело навалилось сверху, тяжелое и холодное, контрастируя с моим жаром. Его лицо было в дюйме от моего. Я видела каждую чешуйку в его радужке, видел его острые клыки, которые слегка удлинились.

Мы замерли. В подвале слышалось только наше тяжелое, неритмичное дыхание. Моя грудь вздымалась, касаясь его груди. Электричество, пробегавшее между нами, казалось, могло поджечь воздух. Мои когти всё еще были выпущены, я впилась ими в его плечи, но уже не для того, чтобы ранить, а чтобы удержаться на плаву в этом океане внезапно вспыхнувшей чувственности.

Он смотрел на мои губы, и на мгновение мне показалось, что он сейчас сорвется. Что его бессмертное спокойствие даст трещину. Его рука переместилась с моего затылка на щеку, большой палец медленно провел по моей нижней губе, оттягивая её.

- Твоя кровь... она поет, Изольда, - прошептал он. - Она пахнет древними лесами и забытыми богами. Ты даже не представляешь, какой соблазн ты собой представляешь.

- Так почему бы тебе не попробовать? - бросила я вызов, глядя ему прямо в глаза. - Выпей меня. Закончи это шоу.

Он усмехнулся - горько и опасно.

- Если я выпью тебя сейчас, я уничтожу шедевр раньше, чем он будет закончен. Я не просто вампир, дорогая. Я ценитель. И я хочу, чтобы ты сама предложила мне это. Когда осознаешь, что мы с тобой - одной масти.

Он медленно поднялся, отпуская меня. Холод мгновенно окутал мое тело, лишенное его тепла. Я лежала на полу, чувствуя, как когти медленно уходят обратно, как кости со стоном возвращаются в привычное положение. Боль была тупой, изматывающей, но разум возвращался.