Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 12)

Дорога петляла, уходя всё выше в горы. Мы ехали в «Черные Дрозды» - поместье, о котором в городе ходили лишь жуткие легенды. Обитель Вейнов. Логово монстра.

Каспиан молчал, сосредоточенно глядя на дорогу. Его профиль в свете приборной панели казался безупречным и застывшим, как посмертная маска. Я чувствовала, как напряжение между нами растет, становясь почти осязаемым, густым, как дым от пожара.

- Почему «Черные Дрозды»? - спросила я, чтобы разорвать эту удушающую тишину.

- Потому что дрозды - вестники смерти, Изольда. И они никогда не забывают обид.

Машина свернула на узкую аллею, обсаженную древними, искривленными тисами. Впереди, на фоне серого предрассветного неба, выросли контуры огромного особняка. Мрачный, величественный, он казался частью самой скалы, на которой стоял. В окнах не горело ни одного огонька, но у меня возникло четкое ощущение, что дом ждал нас. Что он ждал меня.

- Мы на месте, - Каспиан заглушил мотор.

Он вышел из машины и открыл мою дверь. Дождь почти прекратился, оставив после себя лишь влажный туман, который стелился по земле. Каспиан протянул мне руку.

Я посмотрела на его ладонь - длинные пальцы, безупречные ногти, которые еще час назад были когтями, рвущими живое мясо. Я вложила свою руку в его.

- Добро пожаловать в ад, Изольда Торн, - негромко произнес он. - Надеюсь, тебе здесь понравится.

Мы пошли к массивным дубовым дверям. Каждый мой шаг отзывался эхом в пустом дворе. Я знала, что за этими дверями меня ждет правда, которая может меня уничтожить. И я знала, что Каспиан Вейн будет тем, кто поднесет факел к этой правде.

Когда двери распахнулись, из глубины дома пахнуло холодом и старыми тайнами. Я шагнула внутрь, и в тот же миг тяжелые створки за моей спиной захлопнулись с гулким, окончательным звуком.

Я обернулась, но Каспиан уже не смотрел на меня. Он смотрел вглубь холла, где на стене висела огромная картина в позолоченной раме. Я подошла ближе, и кровь застыла в моих жилах.

На полотне был изображен Каспиан. Тот же холодный взгляд, та же надменная поза. Но в его руках был не платок, а окровавленный меч. А у его ног лежала голова мужчины, чьи черты я узнала бы из тысячи. Мой дед. Основатель нашего клана.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Моя рука метнулась к горлу, пытаясь сдержать крик.

- Ты... - выдохнула я, оборачиваясь к Каспиану.

Он стоял совсем рядом, его глаза светились странным, торжествующим светом.

- Я обещал тебе честность, Изольда. Это - начало нашей истории. И только от тебя зависит, как она закончится.

В этот момент я поняла, что Сайлас Варкас был лишь тенью. Настоящий кошмар стоял прямо передо мной, улыбаясь мне губами, которые я так отчаянно хотела поцеловать всего несколько минут назад.

Моя рука непроизвольно сжалась в кулак, и я почувствовала, как из кончиков пальцев выдвигаются острые, как бритва, когти. Химера во мне больше не шептала. Она кричала, требуя крови того, кто разрушил мой мир.

Каспиан заметил это. Его взгляд опустился на мои руки, и его улыбка стала шире.

- Вот и она, - почти нежно произнес он. - Твоя истинная природа. Покажи мне, на что ты способна, маленькая наследница.

Я сделала шаг к нему, чувствуя, как по телу пробегает волна жара. Моя кровь больше не просто пела - она ревела, заглушая страх, заглушая разум. В этот момент я не была жертвой. Я была хищником.

Но прежде чем я успела нанести удар, Каспиан перехватил мои запястья. Его сила была абсолютной. Он прижал мои руки к моей же груди, заставляя меня смотреть ему прямо в глаза.

- Не сейчас, - прошептал он, и его голос был полон обещания. - Сначала ты должна научиться ненавидеть меня правильно. Только тогда твоя сила станет совершенной.

Он отпустил меня и жестом указал на лестницу, ведущую на второй этаж.

- Твоя комната готова. Постарайся выспаться. Завтра начнется твое обучение.

Я стояла в пустом холле, глядя, как он уходит в темноту коридора. Мои когти медленно втянулись, оставляя на ладонях крошечные капли крови. Я посмотрела на портрет своего деда, затем на свои руки.

Я была в логове врага. Я была под защитой убийцы. И самое страшное было в том, что часть меня - та самая, темная и древняя - чувствовала себя здесь как дома.

Я поднялась по лестнице, каждый шаг которой казался шагом в пропасть. Но я не оборачивалась. У меня больше не было дома, куда можно вернуться. У меня осталась только кровь и этот бессмертный монстр, который решил стать моим проводником в ад.

Войдя в комнату, я не зажгла свет. Я подошла к окну и посмотрела на далекое зарево пожара. Моя жизнь сгорела дотла. Но среди углей родилось нечто новое. И я знала, что когда этот огонь доберется до Каспиана Вейна, он не оставит от него даже пепла.

Я легла на кровать, не снимая мокрой одежды. Сон не шел ко мне, лишь образы бойни в туннеле и холодные глаза вампира кружились в голове. Я чувствовала, как магия внутри меня укладывается, сворачивается клубком, как сытый зверь. Но это было лишь затишье перед бурей.

Где-то в глубине дома послышался приглушенный звук - словно кто-то играл на виолончели. Мелодия была печальной и жестокой одновременно. Я знала, кто это. Каспиан Вейн праздновал свою победу. Он заполучил последнюю из Химер.

Но он не знал одного. Химеры не сдаются. Они выжидают. И когда они наносят удар, от их врагов не остается даже памяти.

Я закрыла глаза, позволяя тьме поглотить меня. Завтра я стану сильнее. Завтра я начну свой путь к мести. И этот путь будет залит кровью тех, кто считал меня своей добычей.

Последнее, что я почувствовала перед тем, как провалиться в тяжелое забытье - это фантомное ощущение его губ на моей шее. И тихий, едва слышный шепот, который мог быть лишь плодом моего воображения:

- Спи, моя королева. Твоя империя ждет тебя.

Я вздрогнула во сне, но не проснулась. Зверь внутри меня довольно заурчал, принимая это обещание. Охота только началась, и я еще не знала, кто в этой игре окажется настоящим охотником.

Но одно я знала точно: кровь Торнов никогда не забывает. И она никогда не прощает. Даже тех, кого она жаждет.

Глава 6

Дождь снаружи превратился в сплошную стену серого шума, но здесь, за толстыми стенами поместья «Черные Дрозды», царила тишина, которая казалась почти осязаемой. Она давила на барабанные перепонки, тяжелая и густая, как патока. Я стояла в огромном холле, чувствуя, как с подола моего разодранного платья на мраморный пол стекает грязная вода, смешанная с нечистотами ливневок и - совсем немного - кровью тех, кто пытался нас остановить.

Каспиан Вейн шел впереди, его походка была безупречно ровной, словно мы только что вернулись с неспешной прогулки по саду, а не из преисподней, охваченной огнем Инквизиции. Он не оборачивался. Его пальто, забрызганное грязью, все равно сидело на нем так, будто было сшито лучшим портным Парижа всего час назад.

- Добро пожаловать домой, Изольда, - его голос прозвучал низко, резонируя в пустом пространстве холла. - По крайней мере, в то место, которое станет твоим домом на ближайшее время.

Я обхватила себя руками, пытаясь унять дрожь. Моя кожа горела. Сила, пробудившаяся в туннелях, все еще пульсировала под ребрами, требуя выхода, требуя крови, требуя, чтобы я вонзила когти в это безупречное дерево панелей на стенах. Я чувствовала себя зверем, которого заперли в антикварной лавке.

- Здесь слишком тихо, - прошептала я. Мой голос сорвался, превратившись в хрип.

- Тишина - это роскошь, которую могут позволить себе только мертвые и очень опасные, - Каспиан наконец повернулся.

Его глаза в полумраке казались двумя лезвиями, отражающими скудный свет настенных бра. В них не было сочувствия. В них было только холодное, аналитическое любопытство. Он подошел ближе, и я невольно сделала шаг назад, пока не уперлась спиной в холодную колонну. Он пах озоном, дорогим табаком и чем-то еще - металлическим, острым. Запах хищника, который не скрывается.

- Ты дрожишь, - заметил он, сокращая расстояние между нами до опасного минимума.

- Мне холодно.

- Нет. Твое тело пытается переварить магию, которую ты поглотила в коллекторах. Твой пульс сейчас - сто сорок ударов в минуту. Я слышу его отсюда. Он звучит как барабан в пустой церкви.

Он поднял руку. Я дернулась, ожидая удара или захвата, но его длинные, бледные пальцы лишь коснулись пряди моих мокрых волос, убирая их с лица. Кончики его пальцев были ледяными, но там, где они задевали мою кожу, вспыхивал жар. Это был не просто физический контакт. Это было короткое замыкание. Мои чувства, обостренные трансформацией, впились в него. Я почувствовала его возраст - бесконечную пустоту столетий, застывшую в его жилах.

- Тебе нужно вымыться, - сказал он, и его взгляд на мгновение опустился к моим губам. - Одежда в комнате наверху. Вторая дверь направо по восточной галерее. Не заставляй меня ждать к ужину. Я не люблю, когда еда остывает.

Он развернулся и исчез в тени коридора прежде, чем я успела спросить, что он имел в виду под словом «еда».

Я поднималась по широкой лестнице, и каждый мой шаг оставлял мокрый след на ковровой дорожке глубокого винного цвета. Поместье «Черные Дрозды» было воплощением кошмара эстета. Высокие потолки терялись в сумраке, лепнина в виде переплетенных тел и терновых венков украшала карнизы. Воздух здесь был сухим и пах старой бумагой, воском и чем-то горьким, напоминающим полынь.