Луи Нильсон – Последняя из Химер (страница 11)

Я забилась в нишу, прижимая к груди архивы. Мое тело дрожало, и это была не только дрожь от холода. Каждая пора, каждый нерв был натянут, как струна. Я слышала всё.

- Брат Элиас, здесь след! - раздался грубый голос.

- Взять их живыми. Варкас хочет девчонку для ритуала. Вампира можно уничтожить на месте.

Раздался свист арбалетного болта. Затем - тишина. Секунда, две. И вдруг туннель взорвался звуками бойни.

Это не было похоже на обычную драку. Это был танец смерти. Я видела лишь тени, метавшиеся по стенам в свете их магических фонарей, но воображение дорисовывало остальное. Хруст костей, напоминающий ломающийся сухой валежник. Булькающий хрип человека, чье горло только что перестало существовать.

Каспиан двигался с пугающей легкостью. Он не просто сражался - он играл. Я слышала его смех - тихий, издевательский, - который прерывался звуком удара плоти о бетон.

- Глупцы, - его голос донесся из темноты, спокойный и холодный. - Вы принесли освященное железо на бойню к богу.

Вспышка света осветила туннель на мгновение. Я увидела его. Каспиан стоял посреди воды, которая теперь окрасилась в густой, черный в этом свете цвет. Его руки были по локоть в крови. У его ног лежали трое мужчин в тяжелых кожаных доспехах Инквизиции. Один из них еще дергался, пытаясь зажать рану на животе, из которой толчками выплескивалась жизнь.

Каспиан подошел к нему. Медленно, почти лениво. Он наклонился, и я увидела, как его зрачки расширились, поглощая радужку.

- Передай Варкасу, - прошептал Каспиан, и его голос вибрировал от скрытой мощи, - что он совершил ошибку, тронув то, что принадлежит мне.

Он не стал добивать его мечом. Его рука метнулась вперед, и я услышала короткий, сухой щелчок. Шея инквизитора неестественно выгнулась. Тишина снова поглотила туннель, нарушаемая лишь мерным кап-кап-кап воды с потолка. Или крови.

Я вышла из ниши на негнущихся ногах. Запах свежей крови ударил в нос, и к моему ужасу, он не вызвал у меня тошноты. Внутри меня, там, где жила Химера, этот запах отозвался низким, довольным гулом. Я сглотнула, пытаясь подавить тошноту от собственного осознания.

Каспиан стоял ко мне спиной. Его плечи тяжело вздымались. Он вытирал руки о белоснежный платок, который мгновенно стал багровым.

- Иди сюда, Изольда, - не оборачиваясь, позвал он.

Я подошла, стараясь не смотреть на тела. Но взгляд предательски соскользнул на разорванную плоть. Каспиан обернулся. Его лицо было забрызгано каплями крови, на щеке алел длинный мазок. Он выглядел... прекрасно. Ужасающе, порочно прекрасно. В нем не осталось ничего от светского льва, которого я видела в клубах. Сейчас предо мной был хищник, который только что закончил охоту.

Он посмотрел на мои дрожащие губы, затем на мои руки, вцепившиеся в тубус.

- Тебе страшно? - спросил он, делая шаг ко мне.

- Ты убил их всех. Так легко.

- Это была милосердная смерть по сравнению с тем, что они приготовили для тебя. Ты видела их инструменты? Они не собирались тебя просто убить. Сайласу нужна твоя магия, а чтобы извлечь её из живого носителя, нужно превратить его жизнь в бесконечную агонию.

Он подошел вплотную. Его окровавленная рука поднялась, и я невольно отшатнулась, но стена за спиной не дала мне уйти. Каспиан не коснулся меня, он лишь уперся ладонью в бетон рядом с моей головой.

- Ты должна привыкнуть к этому, Изольда Торн. Мир, в который ты возвращаешься, не знает жалости. Твои предки строили свои замки на костях, и твоя кровь требует того же.

Он наклонился ближе. Его дыхание, пахнущее медью и чем-то сладким, коснулось моих губ. Мой пульс зашкаливал. Я чувствовала жар, исходящий от его тела, несмотря на ледяную воду под ногами. Это было невыносимо - эта смесь страха, ненависти к нему и дикого, первобытного влечения, которое вспыхивало в присутствии этого монстра.

- Почему ты помогаешь мне? - мой голос сорвался на шепот. - Ты был там. Когда мой род пал. Ты убивал моих людей.

Его глаза потемнели. На мгновение в них промелькнуло что-то похожее на тень старой боли, но она тут же исчезла за завесой льда.

- Именно поэтому, - ответил он, и его голос стал глухим, вибрирующим где-то в моей груди. - Потому что я знаю цену твоей крови лучше, чем кто-либо другой. И я не позволю посредственности вроде Варкаса прикасаться к наследию, которое я помогал... усмирять.

Его пальцы все же коснулись моей щеки, стирая капли пота и сажи. Его кожа была холодной, но там, где он прикасался, расцветали электрические разряды. Я застыла, боясь пошевелиться. Его взгляд скользнул к моим губам, задержался на мгновение, и я почувствовала, как соски затвердели под тонкой мокрой тканью, а внизу живота скрутился тугой узел ожидания.

- Нам нужно идти, - резко оборвал он момент, отстраняясь. - У нас еще долгий путь до «Черных Дроздов». Инквизиция выставит посты на всех выходах из города.

Он схватил меня за руку и потащил дальше по туннелю. Мы шли еще долго, петляя, пока запах сточных вод не сменился запахом прелой листвы и сырой земли. Впереди показался выход - ржавая решетка, ведущая в лесной массив на окраине.

Каспиан выбил решетку одним ударом ноги. Мы выбрались на поверхность, в объятия ночного ливня. Дождь мгновенно смыл часть грязи, но он не мог смыть ощущение его пальцев на моей коже.

Мы стояли на склоне холма. Далеко внизу горел мой дом. Огромное зарево освещало ночное небо, окрашивая облака в кроваво-красный цвет. Я смотрела, как догорает моя прошлая жизнь. Всё, что я знала, всё, во что верила - всё превращалось в пепел.

- Не смотри назад, - Каспиан стоял рядом, его плащ развевался на ветру, как крылья огромной птицы. - Прошлого больше нет. Есть только жажда выживания.

Я повернулась к нему. Мои волосы слиплись от воды, платье прилипло к телу, обрисовывая каждый изгиб. Я чувствовала себя обнаженной перед ним, беззащитной и в то же время впервые в жизни по-настоящему живой.

- Ты обещал мне ответы, Каспиан Вейн.

- Ты получишь их. Но сначала ты должна научиться контролировать то, что в тебе проснулось. Ты слышишь это, Изольда? Шепот в твоих жилах?

Я закрыла глаза. И действительно - сквозь шум дождя и свист ветра я слышала это. Странный, многоголосый гул, пульсирующий в такт моему сердцу. Это была кровь. Моя кровь, которая пела о силе, о мести, о древних зверях, что когда-то правили этим миром.

- Слышу, - ответила я, открывая глаза. Теперь в них, как и в его, отражался огонь, но это был не огонь пожара. Это был мой собственный внутренний пожар.

- Хорошо, - на его губах появилась едва заметная, хищная улыбка. - Тогда идем. Твой путь только начинается.

Мы спускались по склону, утопая в грязи и высокой траве. Каспиан шел впереди, прокладывая путь сквозь густой подлесок. Ливень усиливался, превращаясь в сплошную стену воды, которая заглушала любые звуки, кроме нашего тяжелого дыхания.

В какой-то момент я споткнулась о скрытый корень дерева и полетела вперед. Ожидаемого удара о землю не последовало. Каспиан развернулся с невероятной скоростью и подхватил меня за талию, прижимая к себе.

Этот контакт был коротким замыканием. Мои ладони уперлись в его грудь, чувствуя твердость мышц под мокрой рубашкой. Его сердце... оно не билось. Это осознание ударило меня сильнее, чем холодная вода. Он был мертв. Красив, смертоносен, горяч в своем гневе, но мертв. И всё же, когда его рука сжала мою талию, притягивая еще ближе, так что я почувствовала пряжку его ремня и жар его тела, мои собственные инстинкты закричали о жизни.

- Осторожнее, маленькая химера, - прошептал он, и его голос потерял свою ледяную четкость, став хриплым. - Ты еще не готова пасть.

Он не отпускал меня. Его глаза сканировали мое лицо, задерживаясь на каплях воды, стекающих по моим губам. Я видела, как его ноздри трепещут, улавливая мой запах - страх, возбуждение, пробуждающуюся магию.

- Отпусти меня, - потребовала я, хотя всё мое тело желало обратного. Я хотела, чтобы он сжал меня сильнее, чтобы он заполнил ту пустоту, что образовалась на месте моего сожженного дома.

- Ты уверена, что хочешь этого? - он наклонился еще ниже, так что его губы почти касались моей мочки уха. - Ты дрожишь, Изольда. И это не от холода. Твой зверь узнает своего хозяина.

- Ты мне не хозяин, - я дернулась, и на этот раз он позволил мне отстраниться.

Его смех, тихий и вибрирующий, преследовал меня, пока мы пробирались сквозь лес к дороге, где, скрытый густыми тенями деревьев, нас ждал низкий черный автомобиль.

- Пока что нет, - бросил он, открывая передо мной дверцу. - Но ночь длинна, а твоя кровь только начала говорить.

Я села на кожаное сиденье, чувствуя, как по телу пробегает крупная дрожь. В салоне пахло дорогим табаком и старой кожей. Каспиан сел за руль, и как только он завел двигатель, машина сорвалась с места, унося нас прочь от горящих руин моего прошлого.

Я прижала тубус к груди, глядя в окно на проносящиеся мимо тени деревьев. В стекле я видела свое отражение - бледное лицо, лихорадочно блестящие глаза. Я больше не была той Изольдой, которая утром выбирала сорт чая и разбирала старые письма.

Внутри меня что-то изменилось безвозвратно. Зверь проснулся. И человек, сидевший рядом со мной, человек, который убил мою семью, был единственным, кто мог научить меня с этим жить. Или единственным, кто в итоге пожрет меня саму.