Луи Буссенар – Галльская кровь. Ледяной ад. Без гроша в кармане (страница 21)
«Два месяца спустя после тех событий, о которых мы только что рассказали, в Географическом обществе проходила трогательная церемония. Наш великий собрат Жюль Гро, выдающийся и славный писатель, сотрудничество с коим столь ценно для „Журнала путешествий“, секретарь общества, представлял его собравшимся членам пятерых друзей […], странствия которых произвели столь необыкновенную сенсацию. После краткого знакомства с их приключениями во время этой одиссеи, которая получила название „Кругосветное путешествие юного парижанина“, президент под гром аплодисментов вручил Фрике Большую золотую медаль!»
Любопытная вещь: в версии этого романа, вышедшей в свет в издательстве Таландье в ноябре 1936 г., имя Жюля Гро отсутствует, а упоминается только выдающийся и славный секретарь Географического общества. Вероятно, его имя ни о чем не говорило бы читателям в годы, разделяющие две войны, и издатель решил не сохранять его…
Представьте себе, как мы были удивлены, обнаружив у нашего дорогого друга Жака Роне этот документ, точное происхождение которого неизвестно:
Я в первое время был уверен, что речь идет о каком-то розыгрыше, который устроили ему друзья. Ничего подобного. Независимая Республика Гвиана существовала на самом деле. Она была основана по Утрехтскому договору в 1714 г. Спорная территория появилась из-за не слишком точного обозначения границ между Французской Гвианой на юге и Бразилией на севере.
Два правительства так никогда и не пришли к согласию, а спорная территория пролегла около городка Кунани, населенного беглыми преступниками — неграми с местных плантаций и кайеннскими каторжниками. В 1883 г. один путешественник, инженер Жан-Ферреоль Гиг (Jean-Ferreol Guigues), нашел на спорной территории золото. Под руководством Гига жители городка объявили о своей независимости и избрали пожизненным президентом Жюля Гро, который до сей поры совмещал функции редактора «Журнала путешествий», писателя и секретаря весьма деятельного Географического коммерческого общества[64].
Дело, поначалу бывшее лишь достоянием прессы, увидевшей здесь забавный сюжет, закончилось волнениями в самых высоких инстанциях правительств Франции и Бразилии, которые в официальных нотах осудили образование нового государства. Между тем учреждение ордена «Звезда Кунани», каковой, возможно, был и фальшивым, вызвало скандал и в конечном итоге — серьезные разногласия между французским правительством и республикой Кунани. В сентябре 1887 г. разгорелась ссора между Гигом и Буассе с одной стороны и Президентом Республики Жюлем Гро с другой: обе стороны провозглашали единоличную легитимность, взаимно исключающую соперничающую сторону… к великой радости газет!
Эта «бумажная» Республика была всего лишь курьезным эпифеноменом эпохи колоний, но она подорвала здоровье бедняги Жюля Гро и доверие к нему, и он угас в 1891 г. в полном забвении. Его драматическая, невероятная история заслуживает, без сомнения, более глубокого изучения, потому что в ней соседствуют великое и смешное, гротескное и серьезное. Она напоминает историю Антуана де Тунена (1825–1878), под именем Орелье I ставшего королем Патагонии, о котором написал свой знаменитый роман Жан Распай[65].
Четыре года спустя после выхода в свет «Гвианских робинзонов» Буссенар вновь собирается вернуться к этому экваториальному раю, в котором уже побывал в 1880 г. В публике, как мы уже знаем, вновь возник к нему интерес — причиной тому послужило новое государство во главе с президентом Жюлем Гро.
Итак, 10 октября 1886 г. «Журнал путешествий», к тому времени уже опубликовавший шесть романов нашего писателя, объявляет:
«Мы незамедлительно начинаем публикацию нового произведения нашего сотрудника Луи Буссенара. Мы вернемся с вами на необъятные просторы реки Амазонки, которую автор „Кругосветного путешествия юного парижанина“ посетил несколько лет назад и о которой располагает самыми полными и точными сведениями. […]
Наши читатели помнят „Гвианских робинзонов“ — этих полюбившихся нам героев, взятых из РЕАЛЬНОЙ жизни. Тех, кому понравился предыдущий роман, предупреждаем, что „Охотники за каучуком“ являются продолжением приключений „Гвианских робинзонов“. Вы вновь встретитесь с неустрашимыми исследователями экватора, которые при необходимости занимаются скотоводством и земледелием, становятся золотоискателями или сборщиками каучука — продукта, без которого не может существовать современная цивилизация.
Вы узнаете, как они боролись против „Людей без родины“[66], бандитов, бежавших из бразильских тюрем и с кайеннской каторги и обосновавшихся на клочке никому не принадлежащей земли, называемой из-за своего географического расположения „Спорной Территорией“. […] Такова одиссея наших героев, отнюдь не вымышленных, с которыми господин Луи Буссенар познакомился во время своего путешествия».
Нам вновь напоминают, что члены семьи Робена, герои романа «Гвианские робинзоны», реальны. Это кажется вызовом здравому смыслу. Однако сам автор поясняет:
«Читатель, который захочет поподробнее узнать начало этой истории, найдет ее в „Гвианских робинзонах“, приключения которых являются не вымышленными, как, возможно, считают некоторые, а абсолютно подлинными, и происходят в тех же местах, где страдали, жили и трудились реальные робинзоны».
Если уж он сам об этом говорит… Примем таким образом на веру, что все написанное — правда. Один из членов этой героической семьи из первого гвианского романа, Шарль Робен, решает отделиться от остальных колонистов и основать в еще не изведанном месте новое предприятие:
«Я торопился увидеть это место, о котором исследователи рассказывали такие чудеса и где, как я знал, судя по беглым просмотрам газет, еще не побывал никто из современных путешественников[67]. Я имею в виду Арагуари, поскольку она образует, как я это называю, французскую границу нашей будущей территории.
Невозможно двум столь интеллигентным нациям, как Франция и Бразилия, стремящимся к прогрессу, все время симпатизировать друг другу, позабыв на время о существовании этого географического нонсенса. С другой стороны, углубленные исследования, которые я предпринял в отношении этого спора, касательно текстов договоров и дипломатических нот, появлявшихся на протяжении более чем полутораста лет, позволяют мне надеяться, что Арагуари, или река Винсент-Пинсон, останется французской».
Итак, в этом романе речь идет о знаменитой Спорной Территории. Создается впечатление, будто Буссенар подготавливает почву к тому, что этот кусочек территории, так мужественно защищаемый симпатичными героями романа, мог бы стать французским, если бы кто-нибудь, подобный им, попробовал его присвоить. В двух отрывках упоминается имя Жюля Гро:
«Ужасное происшествие, которое послужило прологом к нашему повествованию[68], случилось в поселке, построенном среди саванны на Спорной Территории Гвианы. Это та самая знаменитая Спорная Территория, на которой один талантливый писатель, имя которого наделало в последнее время столько шума в прессе, Жюль Гро, намеревается основать республику» (начало главы II, часть вторая).
«Сегодня вновь поднят этот нескончаемый и неприятный вопрос, возникший благодаря принятию закона о преступниках, а также попытке нашего соотечественника Жюля Гро основать республику Кунани. Гвиана является для Франции местом ссылки преступников, поэтому Бразилия совершенно справедливо беспокоится, что на ее провинцию Амазония хлынут двадцать тысяч негодяев, которых Франция собирается переправить в свою колонию. Переговоры возобновляются! Ожидается, что Бразилия объявит войну „номинальному“ президенту республики Кунани» (конец главы II, часть вторая).
Любопытная вещь: эти абсолютно ясные и точные ссылки на Жюля Гро, фигурирующие в издании 1887 г. (Librairie Illustrée, Jules Tallandier) и повторенные затем во всех последующих изданиях вплоть до издания 1937 г. (последнего), полностью
По возвращении из Гвианы Буссенар сразу же продолжает блистательную карьеру романиста, публикуя в «Журнале путешествий» (в котором он вскоре станет наравне с Капитаном Данри и Полем Дивуа одним из самых популярных писателей) вплоть до 1913 г. тридцать четыре романа (четыре последних вышли в свет уже после его смерти). Официально имя Буссенара не упоминается среди ученых-исследователей Гвианы[69] — и совершенно напрасно. Хотя он и провел там всего пять месяцев, но сумел рассказать своим читателям все самое интересное об этой удивительной стране, еще столь мало известной французам.