Луи Брейе – Византийский мир: Жизнь и смерть Византии. 1946. Том 1 (страница 3)

6 Видаль де ла Блаш и Галлуа, указ. соч., т. VII, стр. 81-96; Тафрали (О.), Задунайская Румыния (La Roumanie transdanubienne).

7 Видаль де ла Блаш и Галлуа, указ. соч., т. VII, стр. 83-84.

8 Там же, т. VII, ч. 1, стр. 11-12; т. VII, ч. 2, стр. 400.

9 Филиппсон, Византийская империя как географический феномен (Das Byzantinische Reich als geographische Erscheinung), стр. 27.

10 Видаль де ла Блаш и Галлуа, указ. соч., т. VII, стр. 495.

11 Цвиич, Балканский полуостров (La péninsule balkanique), стр. 21.

12 Дедевиз дю Дезер (Т.), Древняя география Македонии (Géographie ancienne de la Macédoine), стр. 209 и след.; Эзе и Доме, Македонская миссия (Mission de Macédoine), стр. 34 и след.; см. Лемерль, Филиппы 1945 (Philippes 1945).

13 В 995 году Василий II отозвал армию с болгарского фронта и перебросил ее через Малую Азию за 16 дней, чтобы выступить на помощь Алеппо. Шлюмберже (Ж.), Византийский эпос в конце X века (L'épopée byzantine à la fin du Xe siècle), т. II, стр. 88-91.

14 Филиппсон, указ. соч., стр. 48 и след.

15 Об этой роли связующего звена между Европой и Азией см. Цвиич, указ. соч., стр. 15-16.

16 Филиппсон, указ. соч., стр. 36 и след., Интересные взгляды на Византийскую империю и Средиземноморье.

17 Дрюон, Синезий (Synesius); Дюканж, Византийская история (Historia byzantina), стр. 31 и след.; Брейе (Луи), Конкурсы красоты в Византии (Concours de beauté à Byzance), оттиск из «Le Correspondant», апрель 1937, стр. 25-40; Штейн (Э.), Исследования по поздневизантийской конституционной и экономической истории (Untersuchungen zur spätbyzantinischen Verfassungs- und Wirtschaftsgeschichte) (Mitteilungen zur osmanischen Geschichte, I и II), стр. 229-254.

Первая книга. Вселенская Римская империя (395-717).

1. Как Восточная империя обрела свою независимость.

Восточная империя образовалась после смерти Феодосия (в январе 395 года) в своих территориальных границах. Чтобы понять значение этого события, следует помнить, что раздел Римской империи между Аркадием и Гонорием не имел никакого неизменного характера, что две половины римского мира почти всегда существовали раздельно со времен Диоклетиана[1], и что именно непредвиденное обстоятельство – расселение германских народов на Западе – сделало окончательным раздел, предназначенный оставаться временным. В то время как на Западе вожди федератских ополчений подрывали императорскую власть, Восточная империя избежала этого захвата. Изгнание этих ополчений со своей территории – это первая глава ее летописи, само основание ее независимости, после борьбы, длившейся почти столетие (395-488 гг.).

Феодосий не нашел ничего лучшего для защиты Империи, чем разместить готов компактными массами и пожаловать их национальным вождям высшие чины в армии. Отсюда у тех – никогда не удовлетворяемые амбиции и мятежи, сопровождаемые грабежами, как, например, мятеж Алариха (395-397 гг.), который, к счастью для Востока, отправился искать счастья в Италии со своим народом, везеготами[2].

Та же амбиция у Гаинаса, другого готского генерала Феодосия, который организовал убийство префекта претория Руфина (ноябрь 395 г.). Назначенный подавить мятеж вождя готских федератов в Малой Азии, Трибигильда, он сговорился с мятежником и, появившись в Константинополе как хозяин, потребовал от Аркадия казни своего любимого министра, евнуха Евтропия. Но впервые гражданское население оказало сопротивление. В Малой Азии отряды крестьян эффективно противостояли Трибигильду. В Константинополе произошло такое восстание против готов, что они эвакуировали город с оружием и багажом, и Гаинас последовал за ними (12 июля 400 г.)[3].

Гражданская власть временно восторжествовала в Константинополе, но после смерти Феодосия II без мужского наследника его сестра, Пульхерия, которую он сопричислил к трону, была вынуждена, чтобы сохранить его, выйти замуж за безвестного солдата, Маркиана, начальника охраны буккеллариев алана Аспара, комита, магистра милиции и консула в 434 году, знаменитого и очень популярного вождя среди федератов[4]. Нет сомнений, что Аспар, которого его арианская вера отстраняла от трона, навязал свою протеже Пульхерии. После смерти Маркиана 26 января 455 года Аспар заменил его другим своим клиентом, фракийцем Львом, простым трибуном интендантской части (7 февраля 457 г.)[5]. Династия Феодосия пресеклась[6], на Западе не было императора с момента низложения Авита (октябрь 456 г.), и в течение тринадцати дней, с 26 января по 7 февраля 457 года, трон был вакантен в обеих половинах римского мира. Гейзерих в Карфагене, Теодорих II в Тулузе, Рицимер в Равенне, Аспар в Константинополе были их хозяевами[7]. В планы Аспара входило основать династию, посадив на трон Льва до тех пор, пока его юный сын, Патриций, которого сначала должны были создать Цезарем, не достигнет возраста, чтобы наследовать ему[8], но если он льстил себя надеждой найти в своем протеже послушное орудие, то вскоре был разубежден.

Испуганный, действительно, местом, которое его покровитель занимал в государстве, Лев противопоставил готским войскам туземное ополчение, набранное из воинственного населения гор Исаврии, выдал свою старшую дочь Ариадну за их вождя, Тарасикодиссу, который сменил свое варварское имя на Зенон, дал ему командование частью своей гвардии, а затем назначил его магистром милицию Востоком (magister militum per Orientem) вместо старшего сына Аспара (466-467 гг.). Между двумя ополчениями началась страшная борьба, и первый акт этой трагедии закончился убийством Аспара и его сыновей, заманенных предательством на пир (471 г.)[9].

В результате между исаврийцами и федератами-остготами, расквартированными в Паннонии, вспыхнула гражданская война, которая опустошала Империю в течение двадцати лет. Провинции, к несчастью, оплачивали издержки, и воюющие стороны прекращали свои враждебные действия лишь тогда, когда регион, который они грабили, уже не мог их прокормить[10]. После смерти Льва престолонаследие стало яблоком раздора в борьбе. Шурин покойного, Василиск, благоволивший готам, сумел заместить Зенона, который бежал в Исаврию, но после двадцати месяцев правления был сам низложен[11], и восстановленный Зенон должен был столкнуться со всеми готскими федератами. Своему главному противнику, Теодориху Страбону (Косому), он противопоставил своего тезку, Теодориха Амала, будущего завоевателя Италии, содержавшегося в Константинополе в качестве заложника с 459 года[12], но оба князя объединились против него. Зенону удалось оторвать Страбона от этого союза (478 г.), Амал продолжил войну и, уже как проницательный политик, пересек Македонию и, захватив Диррахий, сделал его своим опорным пунктом. Таким образом, он сумел получить от Зенона титулы, золото и место для расквартирования своего народа в Мёзии (483 г.), затем, спустя четыре года, ресурсы этой провинции оказались исчерпаны, и он двинулся на Константинополь, чьи предместья подверг разорению[13]. Все нужно было начинать заново.

Именно тогда противники договорились принять решение, исторические последствия которого должны были оказаться значительными. Теодорих был назначен отвоевать Италию, находившуюся во власти Одоакра и герулов с 476 года[14]. Весной 488 года он эвакуировал Мёзию и повел свой народ к новым судьбам. Проблема готских ополчений была решена; проблема исаврийских ополчений, столь же опасных для власти, еще не была.

Действительно, после смерти Зенона (9 апреля 491 г.) Лонгин, его брат, сговорился с исаврийцами, чтобы быть провозглашенным императором, но вдова покойного, Ариадна, заручилась поддержкой сената и добилась избрания шестидесятилетнего сановника, силенциария Анастасия[15]. Немедленно исаврийцы взялись за оружие, но новый государь собрал другие войска и изгнал их из Константинополя. Вместо того чтобы принять свое поражение, они вернулись в свою страну, сформировали новую армию и двинулись по направлению к Босфору. Анастасий также спешно создал армию, которая остановила и разбила мятежников при Котиэйоне (Кютахья) во Фригии и заставила их укрыться в Тавре, где они продолжали вести боевые действия еще в течение шести лет (491-497 гг.)[16].

На протяжении своей долгой истории Восточная империя еще много раз будет потрясаема военными мятежами, но которые были лишь распрями между претендентами на трон. Опасность, от которой она избежала в V веке, – завоевание, поглощение иностранными ополчениями, – угрожала, напротив, самому ее существованию. И именно потому, что она избежала гибельной участи, постигшей Запад, она увековечила на Босфоре традицию Римской империи, законной наследницей которой она по праву считала себя.

И во время этих трагических борьб Восточная империя должна была защищаться от других, не менее серьезных опасностей. Ее дунайская граница была под угрозой со стороны гуннов, которым она выплачивала настоящую дань в форме анноны, и она набирала некоторое их число в свои армии. Эти мирные отношения были прерваны, когда их разрозненные орды и покоренные ими народы были собраны под единым командованием безжалостного и ненасытного вождя Аттилы. Грабительские экспедиции опустошали балканские провинции в 435, 441, 447 годах, каждая из которых сопровождалась все более обременительным для Империи договором[17]. Так продолжалось до того дня, когда требования Аттилы натолкнулись на твердость Маркиана, который отказался выплачивать дань, обещанную по позорному договору 449 года[18]. Аттила, кажется, не осмелился попытаться штурмовать великую стену Константинополя, построенную префектом Анфемием в 413 году и поспешно восстановленную Киром во время вторжения 447 года[19]. Гунны внезапно двинулись в направлении Запада, освободив таким образом Византию от своей постоянной угрозы.