Луи Брейе – Византийский мир : Византийская цивилизация. Том 3 (1950) (страница 23)

Фессалоника. – На Балканском полуострове, благодаря своему стратегическому положению и сопротивлению варварам, Фессалоника после разрушения дунайских городов стала столицей Иллирика, важнейшим стратегическим центром Империи после Константинополя. Город эллинистического основания [681], построенный амфитеатром на склонах горы Кортиах, вероятно, с шахматной планировкой, он сохранил от своего древнего устройства нынешнюю длинную улицу Вардар, которая являлась продолжением via Egnatia и выходила к великолепной триумфальной арке Галерия, воздвигнутой около 306 года до н.э. Её положение в устье Вардара делало её портом первого разряда, рынком большой активности. Её ежегодная ярмарка, начинавшаяся в день праздника покровителя города, святого Димитрия, 20 октября, длилась шесть дней и привлекала купцов всех рас и языков. Это было также время большого паломничества, которое посещали в течение всего года. Этот культ святого Димитрия был столь же ревностным, как культ святого Евгения в Трапезунде, святого Андрея в Патрах, святого Марка в Венеции.

Чудеса святого Димитрия были изображены в великолепной базилике, посвящённой ему, и их сборник, имевший официальное значение, является одним из главных источников истории города и, в частности, безуспешных попыток славян захватить его [682].

Население, в основном греческое, насчитывало, впрочем, многочисленных иммигрировавших славян. Фессалоника была центром славянских исследований, и именно там, вероятно, Кирилл и Мефодий готовились к своим миссиям [683].

Таким образом, начиная с VI века Фессалоника предстаёт как одна из великих столиц Империи, торговый город, религиозный центр и центр высокой культуры. Она не только сохраняла часть своих античных памятников, но и была центром христианского искусства, почти столь же богатым, как Константинополь, и она сохранила внушительное количество церквей и святилищ, украшенных мозаиками, очень хорошо отреставрированных архитекторами Греческой Комиссии исторических памятников [684].

Филиппы. – Построенные Филиппом, отцом Александра Великого, на плодородной равнине, расположенной на отроге Балкан на севере, обрамлённой с запада горой Пангеон и с востока Орбелосом, чей отрог образовывал их акрополь, этот город своим развитием обязан тому, что он был этапом на via Egnatia и легко сообщался с портом Неаполис (нынешний Кавала) [685]. Там высадился святой Павел, и именно им была создана первая христианская церковь в Европе [686]. Филиппы были в то время процветающим городом и оставались таковым, о чём свидетельствуют их памятники, их Форум и их две большие, очень оригинальные базилики, одна V века, другая, относящаяся ко времени правления Юстиниана, но так и не достроенная [687]. Затем город был занят болгарами около 836 года [688], отвоёван Византией, но так и не смог оправиться. Последняя обнаруженная в нём надпись датируется временем Никифора Фоки и напоминает о строительстве новой крепостной стены в 965 году [689]. Епископские списки показывают упадок его митрополии, остававшейся без предстоятеля в течение долгих лет уже с XIV века. Хотя титул митрополита Филиппского присваивался вплоть до 1721 года, город уже давно не существовал [690], и потребовались глубокие раскопки Поля Лемерля, проведённые с 1935 по 1939 год, чтобы извлечь его руины на свет. К сожалению, как он говорит, внутренняя история города известна меньше, чем исторические события, ареной которых он был.

Эллада. – Города Греции, столь многочисленные в античности, в значительной степени исчезли из-за разорений, причинённых готами, упразднения оракулов, игр, языческих святилищ и Афинского университета Юстинианом (529). В последующие века пиратство славян, нарентанов, западных сарацин довершило обнищание страны. Города, продолжавшие носить знаменитые имена, предстают пришедшими в упадок или даже превратившимися в местечки. В Афинах Парфенон был превращён в церковь, посвящённую Богородице (παρθένος [парфенос]) [691], и императрица Евдокия (Афинаида), вышедшая замуж за Феодосия II (423-450), обогатила свой родной город двенадцатью христианскими святилищами [692]. Афины, ещё очень процветающие при воцарении Юстиниана, к VII веку стали совсем маленьким городком, который этот император превратил в крепость, используя памятники прошлого [693].

Среди городов, уцелевших от разрушения, Фивы стали важнейшими, и именно они были выбраны в качестве столицы фемы Элладиков, созданной в конце VII века. Когда Ирина прибыла, чтобы выйти замуж за Льва Хазара, её родина, Афины, была уже лишь маленьким провинциальным городком [694], ревностно приверженным почитанию икон. Без определённых доказательств Ирине приписывают строительство в Афинах изящной церкви Панагии Горгоепико (называемой Старой Митрополией), которая не предполагает очень многолюдного города [695], что подтверждается другими средневековыми церквями Афин, чей стиль и размеры схожи.

Население городов Эллады, часто обременённое налогами, должно было быть очень беспокойным. В 1040 году оно дошло до того, что призвало болгар, которые на время заняли Пирей и плохо обращались с западными паломниками. В 1082 году торговые города (и, следовательно, процветающие), перечисленные в хрисовулле, дарованном Алексеем Комнином венецианцам, это: Фивы, Афины, Коринф, Навплион, Корон, Корфу, Эврип (Негропонт), Деметриада (залив Воло) [696]. В XII веке шёлковая промышленность обосновалась в Фивах. Ловцы пурпура в Эгейском море были освобождены от военного налога. Напомним, что Фивы были разграблены норманнами, которые перевезли самых искусных шелкоткачей в Палермо. После их ухода шёлковая промышленность была восстановлена и вновь обрела активность [697]. Напротив, жители городов совершенно не знали славного прошлого своей страны и говорили на языке, непонятном для столичного учёного, такого как их архиепископ Михаил Хониат; он чувствовал, что становится варваром среди варваров, своих епархиан [698].

Пелопоннес. – После нашествий славянских племён, которые обосновались в VII веке в районе Тайгета (милинги и эзериты) [699], городская жизнь пришла в упадок во внутренних областях Пелопоннеса и сохранилась лишь на побережье полуострова, в Коринфе, Патрах, Короне, Модоне, Монемвасии. Город, занимающий столь важное место в истории древней Греции, Спарта, был всего лишь маленьким провинциальным городком, едва упоминаемым в хрониках и известным лишь по житию святого Никона Метанойта, малоизвестного чудотворца X века [700]. Уроженец Понта, Никон посвятил свою жизнь проповеди и получил своё прозвище благодаря тому, что начинал свои проповеди ритуальной фразой: «Metanoeite, покайтесь». Свои первые успехи он обязан обращению отпавших критян, вновь ставших подданными Империи после завоевания их острова Никифором Фокой в 961 году, затем он посетил Грецию и окончательно обосновался в Спарте, где приобрёл большую популярность [701]. Его биограф, который, по-видимому, был его учеником, относит к концу его жизни предсказание восстания двух Вард против Василия II и капитуляцию Склира [702].

Картина, которую биограф святого Никона рисует о Спарте, – это картина города не слишком важного, однако же являющегося резиденцией епископа и стратига [703]. Его население включает нотаблей [704], народ и колонию евреев, которых святой Никон убедил власти изгнать за пределы городских стен после эпидемии, унёсшей много жертв [705]. Эти израильские колонии были многочисленны и процветали в XII веке и иногда состояли из земледельцев [706]. В самой Спарте евреи занимались морской торговлей, в частности в X веке с Венецией. Эту торговлю питали местные промыслы: крашение пурпуром, изготовление пергамена, шёлковая промышленность [707]. Город, впрочем, был разделён в вопросе о евреях, и один из их защитников, Малакин, известный своей светской учёностью [708], оказывал яростное сопротивление святому Никону и тайком вводил евреев в город [709]. Около 998 года, когда болгары попытались вторгнуться на Пелопоннес, он был обвинён в измене (попытке дезертирства). Арестованный и заключённый в тюрьму, он был слишком счастлив прибегнуть к заступничеству Никона, чтобы получить прощение от Василия II [710].

От своего славного прошлого Спарта сохранила свою агору, которая служила дорожкой для конных скачек и игры в мяч [711]. Стратиг, большой любитель спорта, без церемоний приходил играть в мяч со своими администраторами. Именно на этой площади, после торжественной процессии духовенства и народа, Никон заложил первый камень церкви, в строительстве которой все жители участвовали своими деньгами. Материалы и рабочая сила поставлялись из региона. В день освящения обнаружилось, что имеются строительные дефекты [712], и когда игроки в мяч захотели возобновить свои упражнения во время богослужения, они навлекли на себя строгое внушение Никона, у которого произошла резкая перепалка с губернатором [713].

Такова была жизнь, которую вели в X веке в маленьком провинциальном городке, где некоторые учёные ещё говорили о Законах Ликурга, с мудростью которых они сравнивали увещевания красноречивого монаха [714]. Впрочем, святой Никон не ограничивался проповедью покаяния в Спарте, но проникал также к славянам Тайгета: милингам и эзеритам [715], а также к майнотам, оставшимся язычниками, и среди этих народов он обратил многих [716].