Лорен Мартин – Книга эмоций. Как я превратила плохое настроение в хорошую жизнь (страница 37)

Когда я пошла к врачу, чтобы сдать все возможные анализы крови, он сказал «нет». Вернее, он сказал «да», но потом спросил, действительно ли я хочу заплатить сотни долларов за каждый анализ крови, как это сделала Клэр. Он сказал, что лучший способ выяснить, почему я не набираю вес и действительно ли у меня есть проблемы со здоровьем, – это начать вести дневник. Это дало бы необходимый набор данных для работы, помогло бы проверить, есть ли у меня аллергия на те продукты, которые я употребляла в пищу, а также исключить такие вещи как солитер или анемия. Он также хотел выяснить, сколько калорий в день я потребляю. Если проблема заключалась в том, что я просто недостаточно ем, мы могли бы разработать новый план питания, чтобы восполнить пробелы.

Поскольку вести записи мне нужно было на протяжении двух недель, я стала уделять гораздо больше внимания своим пищевым привычкам, и почти сразу начала замечать некоторые вещи. Я ела только тогда, когда понимала, что уже упаду в обморок или умру от голода. И в такие моменты я едва понимала, что я ем и когда, потому что надо было съесть хоть что-то. В моем режиме питания не было никакой последовательности. Я быстро поняла, что причина, по которой у меня не было вечером аппетита, заключалась в том, что обедала я только в два часа дня. В десять вечера у меня начинало урчать в животе, что не только мешало мне уснуть, но и заставляло меня тянуться за такими вещами как пончики или быстро завариваемая лапша. Я пропускала завтрак или ела с утра один банан, считая это полезным. Сидя в приемной врача перед нашей следующей встречей, мне захотелось сбежать под предлогом «чрезвычайной ситуации», чтобы распечатать еще один чистый журнал питания и заполнить его, как это сделал бы нормальный человек. Я бы не стала врать, просто немного подкорректировала, чтобы сделать его менее очевидным. Но тогда в чем был смысл? Ведь я хотела разобраться, в чем я ошибаюсь, а не закрывать и дальше глаза на проблему. Дневник питания не врал. Он разоблачил меня, и в этом не было какой-то медицинской тайны.

«Хорошая новость – что вы едите, – сказал мне доктор. – Плохая новость – что вы едите неправильно. То, что вы съели салат на обед, не означает, что вы хорошо пообедали. Вместе с салатом вы не получаете достаточное количество калорий, чтобы компенсировать энергию, которую тратите в течение дня». Он предложил мне добавить к рациону две столовые ложки льняного семени, чтобы дать легкий прирост в двести калорий. Он рекомендовал употреблять их вместе со смузи, чтобы завтрак был легким и быстрым. Затем он предложил больше продуктов, богатых жирными омега-кислотами, таких как лосось и йогурт. Я записала его предложения в блокнот и вышла из кабинета с новым чувством цели.

Знаете это ощущение, когда вы покупаете новую дорогую блузку или дизайнерские брюки, и вам тут же хочется выбросить весь свой гардероб, включая сам шкаф в придачу? Я чувствовала примерно то же самое относительно новой диеты. Я хотела начать все контролировать. Я хотела начать все с чистого листа, давая себе все самое лучшее. Мне хотелось светиться изнутри.

Я купила блендер, льняное семя, кокосовую воду и греческий йогурт и начала вставать пораньше, чтобы приготовить себе коктейль с добавлением витамина D и рыбьего жира. Перед выходом на работу я не забывала захватить протеиновый батончик, чтобы перекусить, когда буду к этому готова. (Я еще не встречала женщин, которые чувствовали бы себя голодными, выпрыгивая из постели в шесть утра.) Я начала брать с собой обеды и придумывать еженедельные рецепты воскресного ужина, с приятным волнением отправляясь в магазин. Мне было приятно заботиться о себе. Мне было приятно больше не беспокоиться о том, что я буду есть во время следующего приема пищи. Мой вес (или его нехватка) перестал быть для меня тяжелым бременем, которое я носила повсюду за собой. Я смогла отпустить эти мысли и, наконец, постепенно вернуться к норме.

Хотя цель дневника заключалась в том, чтобы просто заставить меня задуматься о том, что и когда я ем, он привел к противоположному эффекту. Он позволил мне сделать еду, как и мои месячные и сон, частью повседневной рутины, о которой мне больше не нужно было задумываться. Поскольку все это стало частью моей жизни в строгом и определенном смысле, я больше не чувствовала, что гонюсь за этим.

Когда мы постоянно спешим, когда в нашей жизни нет установленного графика, нет порядка, нет понимания разумных границ, все превращается в хаос. И в этом хаосе мы теряем все – ключи, кошельки, месячные, сон, вес. Теряя эти вещи, мы становимся более тревожными, более несобранными, из-за чего продолжаем терять дальше и больше, и этот цикл продолжается без конца.

Хотя я всегда считала, что однообразие хуже смерти, рутина, как заметил Фланнери О’Коннор, является условием выживания. Рутина – это то, что возвращает вам опору.

И как только я осознала это, я превратила свою жизнь в опору. Прежде чем я осознала это, я превратила свою жизнь в рутину. Я вставала каждое утро в одно и то же время, уделяя себе час, которого у меня никогда раньше не было, чтобы настроиться, приготовиться и встретить новый день с более ясным сознанием. Я тратила время на приготовление завтрака и обеда, и, поступая так, я питалась намного лучше. Я была строга к себе, позволяя себе вино начиная только со среды. И это вино казалось более вкусным. (Более того, поскольку пить я стала меньше, я могла позволить себе купить вино получше.) И когда ко мне подкрадывалось странное или необъяснимое настроение, я испытывала чувство радости. Потому что я знала, что у меня просто начинаются месячные. И я покупала себе свой любимый шоколадный батончик и с нетерпением ждала возможности погрузиться в свой любимый сериал, который я откладывала специально на эти дни, чтобы посмотреть запоем. Все в моей жизни теперь имело цель, казалось особенным, чувствовалось так, как оно и должно быть. Наведя порядок в своей жизни, я создала порядок в своем теле.

Мое новое настроение

Жить легко, не сражаться с превратностями судьбы, а уступать им – вот все, что было нужно. Вся беда была в этой борьбе.

Теперь я собираюсь позаботиться о себе.

Бодрость духа лучшее лекарство, чтобы тело оставалось здоровым.

Настроение:

Непредвиденные обстоятельства

Наблюдаемые симптомы: агрессивное вождение, истерики из-за задержки рейсов и желание кричать, что «жизнь несправедлива»

Портрет настроения

Я устала взвешивать, контролировать, поступать правильно. Какая-то часть меня хотела бы разорвать что-нибудь в клочья и завыть волком!

Я ненавижу себя за эту внутреннюю борьбу, потому что по сравнению с борьбой других людей, это полная нелепица, и все же это больно.

С этой девушкой что-то не так. В ней живет какая-то пограничность. Любой небольшой шок мог бы подтолкнуть ее прямо к краю пропасти.

Это был мой двадцать восьмой день рождения. Когда несколькими днями ранее Джей спросил меня, чего бы мне хотелось, думаю, отчасти он надеялся на ответ: «Ничего». Сначала я и сказала: «Ничего». Но через пятнадцать минут я вернулась в спальню, и, встав в дверном проеме, сказала, что хочу сходить выпить по коктейлю. Если точнее, по коктейлю в «Плазе»[65]. Мне хотелось надеть чулки, платье, накрасить губы красной помадой, доехать на метро до Пятой авеню, пройти угол Центрального парка, пробраться сквозь пар, поднимающийся от желтых киосков с хот-догами, и, перейдя через улицу с лошадиными повозками, наводящими на меня грусть и тоску, взлететь, наконец, по покрытым красной ковровой дорожкой ступеням «Плазы».

Вопрос Джея впервые прозвучал в среду, а к утру субботы я уже поняла, что я не просто этого хотела, мне это было необходимо. Был холодный и серый февральский день, и я чувствовала себя столь же мертвой, как пейзаж за окном.

На смену долгому декабрю пришел не менее долгий январь, и я провела оба месяца в спортивных штанах, запертая в собственной квартире, которая с каждым днем становилась все теснее. Пять кварталов, которые я отваживалась пройти от дома до магазина, или аптеки, или до ближайшего бара, чтобы выпить, казались мне не столько моим районом, сколько тюремным двором. Улица. Дом. Улица. Дом. Серая бетонная мостовая под серым небом. Мне нужно было сбежать из Бруклина. Убежать от рутины.

Остаток зимы простирался передо мной огромной пустошью, и «Плаза» начинала все больше и больше казаться мягким и теплым светом, способным вдохнуть в меня жизнь. Поскольку мы не могли уехать на какой-нибудь тропический остров, чтобы перезарядить батарейки, «Плаза», на мой взгляд, была достойной альтернативой. Глоток свежего воздуха, который позволит мне двигаться дальше.

Так же, как некоторые люди любят Диснейленд, я просто обожаю отели. Они кажутся мне чем-то волшебным, безопасным, по-домашнему уютным.

Я словно загипнотизированная проходила сквозь вращающиеся двери в прохладные мраморные фойе, бросала рюкзак на плюшевый диван и просто отдыхала. Тяжесть обстоятельств, боль и страх уносились прочь, теряясь в толпе счастливых семей, проплывающих мимо в своих варежках и шарфах. Запах жасмина и хрустящего белья окутывал меня, успокаивая душу, а мягкий свет, льющийся с потолка на букет цветов, создавал ощущение того, что я дома. Я могла сидеть так часами: никто не спрашивал меня, не нужен ли мне столик, выпивка, комната. Для них я просто была еще одним гостем, и, как настоящий гость, я должна была чувствовать себя комфортно.