Лолита Моро – Ло. Лётная школа (страница 34)

— Мне надоело ждать!

Я узнала голос за малиновой перегородкой соседнего кабинета. Маркуша-центурион! Не может быть!

— Я вырежу печенку у этой твари! Могу всю эскадрилью замочить, не пикнет никто. Марч! Давай закончим здесь и домой подадимся! Я домой хочу поскорей!

— Какой ты трус, оказывается, Маркуша! — второго говорившего я тоже узнала. Главный ценитель баронской печени а-ля натюрель здесь. И снова почудилось мне, что я слышала его голос. При других обстоятельствах и в иной обстановке.

В роскошной стяжке капитоне на бархатной стене не хватало золоченой заклепки. Какой-то затейник еще до меня сделал изящную дырочку в соседний кабинет. И даже озаботился вставить туда металлическую трубочку со стеклышком. Глазок. Я приникла.

Мужчины мыли руки. Убийца Маркуша говорил обиженно-недовольно:

— Вечно ты выдумываешь всякую дурь, Марч! Отдал бы мне сразу мальчишку поиграться, не пришлось бы тащиться за бароном сюда по второму кругу имперским в зубы. И капитана, как лаве скинет, надо в расход. Проще надо, проще…

— Твоя простота хуже воровства, Маркуша, тебе бы только резать да печенку жарить, — спокойно произнес второй мужчина, поднял голову и посмотрелся в зеркало над раковиной. Кастелян Марчелло. Я вспомнила, как он наградил меня берцами нечеловеческого размера. Ну конечно! Мои паззлы сошлись. — Нет, мой дорогой, капитана мы трогать не будем. Он может пригодиться в следующей жизни. Барона я твоего согласовал, пускай ему кишки за милую душу.

— А мальчишка?

Я слегка уронила челюсть. Это он обо мне?

— Ты краев не видишь, брат! Он ведь в другой казарме теперь живет! Ты что, собираешься всю ночь бегать по школьному двору и в окошки заглядывать? Не нуди, я куплю тебе другого, даже красивее. Кольцо мне долго не удержать, вот чего боюсь, — кастелян задумчиво почесал подбородок, — много там старых дыр в пространстве, все изодрано-истыркано, расползается в пальцах.

— Тогда зови сюда своего капитана, я у него денежки спрошу, — следуя собственной логике, выступил Маркуша и приложил по псевдомраморному столику пудовым кулаком.

— Когда ты успел стать у нас главным? — усмехнулся недобро Марчелло. Вряд ли он приходился убийце старшим братом. Но ведущим в этой двойке держался легко. Сильнее всего они смахивали на разнояйцевых близнецов. — Мы работаем деньги против товара. И по-другому не будет. Пошли, я мечтаю выпить в буфете пару рюмок французского коньяка под настоящий швейцарский Линдт.

— И в кого ты у нас такой приблазненный? Коньяк-маньяк ему подавай! В местной столовке ценник, мама дорогая, — бухтел сердито громадный Маркуша, вынося себя следом за немаленьким братом.

— Закрой рот, малыш, простудишься, — посоветовал Марчелло, пропадая из зоны видимости глазка. Хлопнула дверь и наступила тишина. Слышно, как журчит вода из крана. Мой поклонник нарочно не выключил. Педофил.

Так. Полчаса у них на коньяк уйдет, минимум. Потом отправятся резать барона. Как и где станут переход открывать? Неужели кладовщик умеет? От него даже запаха никакого волшебного нет, воняет себе, как обычный мужик под сорок. Почему я всегда была так уверена, что если встречу соплеменника, то непременно угадаю его по запаху? Прошло немало лет с тех пор, когда. Я забыла, как пахнет хомо верус? А я? Ладно.

В кабриолете езда займет около часа. Я не успею предупредить Кей-Мерера. Тупо приеду к теплому трупу. Неназываемый! Почему у меня нет мобильника, как у всех нормальных людей? Потому что. Я не хочу, чтобы хоть одна душа, живая или мертвая, могла отследить мои перемещения в мире. Неназываемый! Как мне быть? Намекни хоть на что-нибудь. Я зажмурилась. Представила себе зачем-то красивый серебристый тоннель, за ним узкий шкаф служебки комэска в своей бывшей эскадрилье. Знакомый цветочный аромат фантомом коснулся кончика носа. Исчез. Я поджала одну ногу. Наверное, чтобы легче было скользить в знаменитых дырах горгонзолы. Открыла глаза. Вода все так же неэкономно лилась по соседству. М-дя. Моя личная сырная парадигма не желала исполняться.

Я забыла совсем: Изя! толстый пьянчужка! У него точно имеется смартфон. Я выскочила из туалета.

— Це-це-це, не так быстро, дружок, — цепкая рука Юнкергубера остановила меня в полете.

Он затолкал меня обратно в кабинку. Достал! Убью. Откушу что-нибудь лишнее, пусть только сунет свои грабли близко.

— Ух, ты! Вот это взгляд! Не бойся, мой хороший, ничего плохого я тебе не желаю, — капитан отошел и даже руки завел за спину, демонстрируя безопасность, — мы просто поговорим, Лео. Ничего против твоей доброй воли мы делать не станем.

— Весьма признателен, — я выбрала для себя вариант пола на данный момент жизни, — и буду просто до смерти благодарен, если вы перенесете ваш разговор, герр Юнкергрубер, куда-нибудь подальше! Мне некогда.

— Спешишь за холдем-стол? Успеешь. Я сыграю с тобой с удовольствием пару раздач, — Юнкер не удержал дистанции, надвинулся и мурлыкал буквально в шею. Сейчас распустит лапы. — Могу даже проиграть, если ты скажешь «да».

— Мерси, я обойдусь, — я вывернулась и потянула ручку двери вниз.

— Что ж, не хочешь, я настаивать не буду. Я подожду. Для начала мы просто подружимся. Душевные разговоры, игры в твой любимый холдем или мой любимый вист. У тебя очень интересная компания, Лео. Три комэска, умник Кацман, красавица Вероника, — капитан накрыл своей рукой мою на дверной ручке. Сжал со значением. Запах его парфюма надвинулся вплотную. — Но весьма плоховато с деньгами. Если не сказать, что полный швах. Мы можем быть интересны друг другу.

— Я ничего не понимаю, герр Юнкер. Мне пора, — я навалилась на ручку со всей силы.

— Что ж, тогда мне придется доложить о твоем невинном обмане, — зашел с другого конца эсбэшник. Убрал себя в сторону. Сделался надменен и насмешлив. Руки скрестил на груди. — Бригадир будет разочарован…

— Да плевать мне! — я рывком открыла дверь настежь.

— Глянь, вот он! — верзила центурион нарисовался в проеме. Тыкал пальцем в глубь самой популярной комнаты казино. Мимо меня.

— Господин капитан, мы хотели бы уточнить подробности дельца, — вынырнул из-за плеча брата Марчелло. Коньяк и шоколад. В сортире стало нечем дышать. Я, пряча взгляд в пол, прошмыгнула вон. На повороте коридора не выдержала, оглянулась. Маркуша задумчиво глядел мне в след, по косому лбу ползали мысли.

Изя сидел в усыновившем его буфете и пил жадно ледяной нарзан.

— Погнали домой! Поднимайся, пухлый пьяница, или здесь брошу, — сообщила я, забирая из-под его задницы смартфон.

На реагируя на стенания и вздохи, пошла быстро на выход. Опоздать боюсь?

— Куда? Телефон на блоке! Хочешь позвонить? Давай разблокирую. Я бегу, бегу, я с дедом не останусь, я с тобой, Ленька, погоди! — обливаясь льдом и водой, но не выпуская стакана из рук, Кацман помчался следом.

Перевалился в машину через борт, как тюлень, обдав меня остатками минералки.

— Звони барону, скажи… — я выжала сцепление и завела кабриолет. Нейтралка или первая? Не помню. Не знаю. Воткнула заднюю и дала газу. — Скажи, что Марк и Марчелло идут к нему через Кольцо перехода. Будут сразу резать, пусть стреляет без предупреждения.

Мне крепко повезло, что на парковке с той стороны все машины разъехались. Я привела тело кабриолета бампером в забор. Парнишка парковщик закатил глаза. Что? Я впервые в жизни сдаю задом на механике. Я тороплюсь. Я послала ему воздушный поцелуй и умчалась в ночь.

— Лень, откуда у меня номер телефона барона? Сам-то подумай, — пожал плечами на глазах трезвеющий Кацман. Стремительно пристегивал ремень безопасности. Стрелка спидометра давно перевалила за стольник. — Рылом я не вышел баронам названивать. А ты почему тоже Кольцом не ушел? Меня не хотел бросать?

Я остро глянула на приятеля. Изя снова пожал плечами и стал излагать мысли в привычной своей манере:

— Разумеется, я кое о чем догадался, хоть некоторые считают меня тупым жирным алкоголиком, — Кацман самодовольно не булькал, не мог, ветер свистел в ушах. Изя победоносно орал мне в ухо: — Известно, что отверстия в ткани бытия, так называемые Кольца или Ленты, могут видеть невооруженным глазом только их творцы, сиречь хомо верус и их полукровки. Когда мадам Бланш спросила тебя, видишь ли ты Кольцо входа, ты сразу отказался, без паузы. И зря, потому что любой обычный человек на твоем месте хотя бы башкой повертел по сторонам, чтобы понять, о чем речь. А ты даже глаза не скосил. Ибо, незачем. Ты его видел. Первый твой прокол.

Изя вытащил из кармана пиджака бутылку воды. Лихо сбил крышку о хромированный рычажок бокового стекла. Эспо узнает — убьет.

— Дальше! В Школе многие в курсе, что старая черепаха на четверть зверь, как ей и положено. И вопрос ее был не только проверка тебя на вшивость, но и наводка. Которую ты, друг мой, понял. Знак своего своему, подсказка, где надо искать похищенного Кей-Мерера. Поэтому, когда ты с биплана прыгнул в море и исчез, я сказал себе: факт номер два налицо. Я не стал удивляться и падать без чувств. Я сделал вывод: ты — метис. Местами человек, частями хомо верус. Попадается редко, но все же случается в окружающей меня среде. Та же пресловутая старуха Бланш — живой пример. Любопытно, весьма, но не сногсшибательно, — Кацман запивал свое ученое выступление нарзаном. Тот тек по подбородку, заливал неопрятную рубаху и штаны.