Лоес Моррен – Кредит истины (страница 2)

— По инструкции здесь замена узла, — сказал Артур. — Мне нужен закрытый результат до обеда, отправка комплектуется сегодня. Если снова оставим на завтра, ремонтную премию по этому корпусу снимут со всей группы.

— Узел исправный, у него контакт нагревается. Я перепаяю и проверю под нагрузкой, это быстрее, чем ждать замену со склада. Если останется отклонение, тогда оформим весь привод.

Артур посмотрел на Генри, ожидая подтверждения. Старший ремонтник взял разъём, проверил его сам и вернул Марку. На столе лежал чистый бланк, который позволял списать дорогостоящий узел без каких-либо дополнительных объяснений.

— Дай ему сорок минут, — сказал Генри. — Проверку я подпишу, не он. Если ток не выровняется, до обеда ещё успеем взять замену.

Артур поставил в ведомости время повторного контроля. Марк дождался, пока начальник уйдёт, и принёс маленький паяльник с регулируемым нагревом. Генри велел сначала закрыть соседнюю плату от капель припоя, хотя Марк и сам собирался это сделать.

Джеймс Уокер пришёл за динамометрическим ключом. Его пропуск висел на длинной ленте и всё время цеплялся за край халата. Он придержал его локтем, пока рассматривал раскрытую ногу.

— Ему опять сустав меняют? — спросил Джеймс. — Мне бы так колено после лестниц разобрали, смазали и вернули к вечеру. Только без вашей плёнки на лице, я с ней суп не съем.

— У него контакт, а тебе надо меньше бегать по лестницам. Ключ в нижнем ящике, только возьми вкладыш вместе с ним. В прошлый раз ты вернул инструмент, а вкладыш мы потом искали целую смену.

Генри попросил обоих освободить проход для тележки. Джеймс взял ключ, но перед уходом положил рядом с Марком запасную оплётку, которую принёс из своего цеха. Марк хотел спросить, зачем тот заходил к складу так рано, однако привод уже требовал повторного запуска.

После пайки ток выровнялся. Машина выдержала рабочую нагрузку, затем ещё два прохода в верхней границе допуска, и Марк поставил корпус вертикально. Андроид перенёс вес на обе ноги и замер, ожидая команды со стенда.

Генри дождался последнего цикла и вошёл в свою сервисную сессию. Он записал ремонт контакта, приложил карту к подтверждению и только тогда разрешил закрыть кожух. Рядом с результатом появилось его имя, а напротив группы исчезла полоса задержки.

— Если потом всплывёт, отвечать буду я, — сказал Генри. — Поэтому не называй это обычной заменой и не приучайся писать, что удобнее. На таком ремонте иногда держится смена, но иногда на нём же она и заканчивается.

Марк кивнул и перепроверил, правильно ли записан номер разъёма. Ему хотелось поблагодарить Генри за сохранённую премию, но при остальных это прозвучало бы так, будто он просил подписать работу без проверки. Он убрал инструменты, а новую салфетку использовал, чтобы стереть остаток флюса со стенда.

К обеду в цехе стало теплее, хотя вентиляция гудела на прежней скорости. Марк закрыл второй корпус и пошёл к боковому коридору, где между сменами разрешалось есть. Джеймс сидел на перевёрнутом ящике и пытался открыть контейнер одной рукой, удерживая карту в другой.

Марк забрал контейнер, поддел край крышки и вернул его другу. На экране карты успело появиться предупреждение, но Джеймс погасил его большим пальцем. Каша внутри ещё сохраняла прямоугольную форму упаковки.

— Второе? — спросил Марк, садясь рядом. — У тебя же вчера оставалось до расчёта. Ты говорил, что перенесли только плату за уход.

— Плату перенесли на вчера, а вчера я не вышел. Рут утром не смогла встать, и я ждал, пока придёт дежурная помощница. Она явилась после десяти, а смену с середины мне не засчитали.

Джеймс разломил кашу ложкой и поискал в ней мясную добавку. Марк открыл свой контейнер, хотя есть сразу расхотелось. В конце коридора работал автомат с горячей водой; к нему подошли двое и стали ждать, пока нагреется следующая порция.

— Мы могли поменяться, я бы вышел за тебя. Сегодня вечером дадут сортировку, если у меня будет место, я спрошу и для тебя. За два вечера ты бы закрыл хотя бы вчерашний платёж.

— Вчерашний я закрою, только предупреждение от этого не исчезнет. До следующего мне надо ещё прожить сегодня и завтра. А я теперь плачу помощнице за часы, когда раньше Рут оставалась одна.

Он всё-таки включил карту и открыл расчёт. В строке дохода стояла оплата за четыре смены, под ней — жильё по совместному договору, питание и обслуживание медицинского оборудования. Пропущенную смену отметили серым прямоугольником, который не уменьшал ни одну из нижних строк.

— Здесь можно оспорить уход, если есть назначение врача, — сказал Марк. — Не весь счёт, хотя бы один день. Они не могут считать, что ты просто решил дома посидеть.

— Они так и не считают, я указал причину. Посмотри, там написано про уход за членом семьи, всё правильно. Правильно записанная причина не делает этот день оплаченным, я уже спросил.

Марк прочитал ответ в нижней части экрана. Джеймс действительно подал запрос, приложил подтверждение и получил разъяснение о возможности заранее заказать замещающего работника. Запрос был закрыт, потому что объяснение признали достаточным.

— Заранее Рут могла хотя бы предупредить, что утром не встанет, — сказал Джеймс. — Мы бы с ней всё оформили вечером и спали спокойно. Надо поговорить, почему она так плохо планирует своё здоровье.

— Не надо так о ней, — ответил Марк. — Я понял, что ты имеешь в виду, но всё равно не надо. Моя тоже стала извиняться, когда ночью кашляет, и я не знаю, что ей отвечать.

Джеймс посмотрел на него и закрыл расчёт. Несколько секунд оба ели, слушая, как в соседнем проходе переставляют пустые тележки. Потом друг придвинул свой контейнер и показал маленький кусок добавки, который обнаружился на дне.

— Вот за это стоит жить, Рид, — сказал он. — Сегодня нам достался настоящий угол мяса, только разрезали его на двоих. Если твой угол больше, можешь хотя бы не показывать.

— У меня вообще нет, можешь проверить. Значит, ты получил моё, пока я помогал одному деду у выдачи. Я бы попросил вернуть, но теперь это уже медицинский случай.

Джеймс засмеялся и чуть не уронил ложку. В учебном корпусе они спорили из-за таких контейнеров, пока однажды не поменялись ими и не обнаружили, что разницы нет. Тогда у них ещё не было личных счетов, и можно было всерьёз обсуждать, на каком участке заработать на отдельную комнату с окном.

До конца перерыва оставалось четыре минуты. Марк убрал контейнер и на своём терминале открыл дополнительные назначения. Сегодня требовались двое на сортировку электронных отходов; за подтверждённый вечер обещали семь единиц двадцать сотых.

Он подал заявку, затем вернулся в цех за картой Генри, которой отмечали допуск к ремонтному инструменту. Два предупреждения Джеймса не добавили ничего нового к правилам, но теперь Марк видел в них два конкретных утра. На своё первое он старался не смотреть, будто отсутствие взгляда помогало сохранить расстояние до следующего.

Дополнительные часы подтвердили незадолго до конца основной смены. Марк закончил последний корпус, сдал проверку и переоделся в плотный сортировочный жилет. Генри оставил ему набор отвёрток под расписку и велел вернуть до начала завтрашнего ремонта.

Сортировочный зал находился за погрузочным двором. Здесь не было стендов, только столы с вытяжками, весы и контейнеры для разных материалов. Под потолком шёл закрытый желоб, по которому поступали упаковки из служебных шахт верхнего уровня.

Марк занял место рядом с женщиной, работавшей здесь после дневной уборки. Она показала, куда складывать элементы питания с повреждённой оболочкой, и подвинула ему поддон. На нём лежали шесть одинаковых светильников с целыми корпусами.

Он проверил первый и нашёл разрыв возле штекера. Светильник можно было починить за несколько минут, но в сортировочном задании не было графы восстановления. Марк снял плату, отделил металл и положил прозрачную оболочку туда, где она уже не отличалась от остальных.

Деньги начисляли только после закрытия всей вечерней ведомости. Сегодня оператор ждал уточнения по контейнеру питания, который привезли без одного транспортного пломбировочного номера. Марк посмотрел на часы и спросил, можно ли закрыть их стол отдельно от этого контейнера.

— Если начальник подтвердит разделение, закрою. Я запрос уже отправил, второй раз отправлять нельзя, иначе первый уйдёт в повторную проверку. Работайте пока, у вас ещё двадцать минут оплаченного времени.

К концу задания начальник подтвердил разделение партии. Оператор провёл расчёт, приложил свой пропуск и попросил Марка проверить количество часов. На его карте появились семь двадцать, а после следующего обновления — оплата основной смены с сохранённой ремонтной премией.

Марк отошёл к свободному терминалу у выхода. После утреннего транспорта, обоих платежей и сегодняшнего заработка должно было остаться четыре девяносто; он дважды проверил эту сумму, прежде чем открыть перевод. До срока оставалось семь минут, но связь с финансовым узлом обычно занимала меньше одной.

Сначала он погасил обязательство по своему счёту. Потом выбрал счёт Грейс, подтвердил право семейного платежа и дождался отдельного уведомления о зачислении. Зелёная строка появилась не сразу, и он всё это время держал карту возле считывателя, хотя устройство уже не требовало её присутствия.