Лия Ришар – Парень подруги. Я не буду твоей (страница 25)

– Кем же? – изогнул бровь Ковалёв.

– Не знаю, – поколебавшись, ответила я. – Куда возьмут, там и буду работать.

– Понятно, – прикусив губу, кивнул он. – Я поехал. Но заеду вечером.

– Это зачем? – подозрительно поинтересовалась я.

– За надом, – буркнул Матвей. И со вздохом добавил: – привезу продукты. Вдруг, с голоду начнёшь плинтуса грызть.

Я закатила глаза и усмехнулась.

– Очень смешно.

Ковалёв взлохматил мне волосы и направился к выходу. Я пошла следом за ним, чтобы закрыть дверь.

– Кстати, в качестве благодарности, – Матвей резко обернулся и я врезалась в его грудь.

– Благодарности? – отстранившись, я недоуменно заглянула в глаза, наполненные смехом. – Я же сказала «спасибо».

– Не подходит, – ответил Ковалёв, загадочно улыбаясь.

– Что значит не подходит? – нахмурилась я.

– То и значит, малышка, – он осторожно пропустил прядь моих волос сквозь пальцы и сообщил: – ты придёшь ко мне на тусу.

– Зачем это? – подозрительно спросила я. Матвей все ещё перебирал мои волосы и мне едва удавалось сохранять равнодушное выражение лица.

– Я так хочу, – ответил он. – Тусняк будет у меня дома. Я каждый год по весне делаю что–то подобное. Народ знает, что лучше, чем я, никто такие вечеринки не устраивает.

– Это обязательно? – вздохнула я.

– Хочу, чтобы ты была рядом, – тёплые подушечки его пальцев мягко коснулись моей шеи. У меня дыхание перехватывало от этой нежности. Опустив взгляд вниз, я пыталась справиться с эмоциями. – Придёшь?

– У меня есть выбор? – не поднимая глаз, спросила я.

– Нет, – усмехнулся Ковалёв и я ощутила его дыхание возле своих губ.

Воздух накалился, я кожей чувствовала искры, вспыхивающие между нами. По телу пронеслось напряжение, низ живота сладко свело. Собрав силу воли в кулак, я шагнула назад, но Матвей ловко притянул меня к себе, удерживая за талию. Я уперлась руками в его часто вздымающуюся грудь.

– Отойди, – хрипло попросила я.

– А ты разве хочешь, чтобы я отошёл? – его запах обволакивал, сводил с ума. Ковалёв слишком близко. И я плавилась в его объятиях, словно воск. Становилась безвольной куклой.

– Это не правильно, – тихо сказала я, не отрывая взгляда от его губ. – Не надо, Матвей.

– У меня башка от тебя кругом, Капитанша, – глухо признался он, прижимая меня к себе ещё теснее. Так, что между нами практически не осталось расстояния. – Думаешь, мне не плевать на правила?

Я не успела ответить. Матвей склонился ко мне совсем близко и подхватил мои губы своими. Я непроизвольно подняла подбородок, ответив на его поцелуй. По телу пронеслась приятная дрожь. Я потерялась во времени. Забылась в объятиях Матвея и даже не заметила, как оказалась прижата к стене.

Вжимаясь в мое тело своим, он впивался в мои губы. Его язык плавно проник в мой рот и, встретившись с моим языком, медленно заскользил по нему. Я застонала, сама того не ожидая. Это распалило Матвея ещё сильнее. Поцелуй стал ещё яростнее, жарче. Руки Ковалёва во всю бродили по моему телу и оно отзывалось на каждое прикосновение. Оно жаждало их так же, как и я.

Я почти забыла обо всех запретах. Они растворились вместе со мной в этом поцелуе. Я просто не могла, не могла прервать это безумие. Окончательно потеряла контроль.

Губы Матвея переместились на мою шею, мягко целуя ее и посасывая кожу. Я прикрыла глаза и подняла подбородок выше, позволяя ему это. Мои пальцы зарылись в его волосах, слегка сжимая их.

Между ног все пульсировало, жгло, раздражало. Тело требовало большего, оно откликалось на твёрдость в штанах Матвея, которой он вжимался в меня до предела. Его рука задрала мою кофту, прошлась по телу, оставляя после себя мурашки, а потом, приподняв лифчик, коснулась груди, осторожно сминая ее горячими пальцами.

– Матвей… – выдохнула я.

Ковалёв снова прильнул к моим губам, пока его пальцы ласкали сосок на моей груди то поглаживая, то сжимая до легкой, приятной боли. Я ещё никогда не ощущала ничего подобного, ко мне никогда никто не прикасался. Все это было новым, безумно приятным и волнующим. Меня распирало от ощущений, я вся горела в руках Матвея. В голове – ни одной мысли, сладкий туман. Я будто во сне. И просыпаться совсем не хотелось.

Но пришлось. Звонок моего телефона вернул меня в реальность. Я резко распахнула глаза и оттолкнула Ковалёва. Я хорошо знаю эту песню – она стоит только на одном контакте. И этот контакт – Марина. Это стало для меня затрещиной, ярким напоминанием. Матвей чужой парень. Парень моей подруги. Я снова совершила недопустимое, позволила себе целоваться с ним. И даже больше… позволила ему себя трогать.

Ковалёв, часто дыша, смотрел на меня жадно и гневно одновременно. Его глаза были чернее ночи.

– Это Марина звонит, – сказала ему я. Отвечать на звонок я не торопилась, ещё не до конца пришла в себя. Сердце барабанило, как бешеное. – Она твоя девушка, понимаешь? Мы не должны…

– Я ее брошу, хочешь? – перебил меня он. – Прямо сейчас.

– Для чего, Матвей? – вздохнула я, одёргивая кофту. – Ты хочешь сказать, что я для тебя что–то значу?

– А что, не видно? – рассерженно спросил он. – Я даже не могу вспомнить, чтобы чувствовал к кому–то то же, что к тебе.

Я отрицательно покачала головой.

– Неважно. Это все неважно. Мы все равно вместе не будем. Даже если ты расстанешься с Мариной.

– Это ещё почему? – ухмыльнулся Ковалёв, оперевшись обеими руками о стену так, чтобы я оказалась между ними. – Я прекрасно вижу, что тебе не безразличен. Я чувствую это.

– Забудь, Матвей, – в носу почему–то защипало, я была на грани слез. – Я не могу так с подругой. Это буду уже не я. Спасибо за помощь, но тебе пора.

Ковалёв со вздохом оттолкнулся руками от стены и отстранился.

– Ты все равно будешь моей, Капитанша, – уверенно заявил он, прежде чем уйти.

Я закрыла за ним дверь и, прикусив губу, опустила взгляд вниз. Это какое–то сумасшествие. Внутри до сих пор все трепетало, будто сотни бабочек щекотали своими крыльями живот. Поверить не могу, что пять минут назад целовалась с Матвеем и позволяла ему… позволяла ему то, что не должна была позволить. Но я не смогла пожалеть об этом. Самое ужасное то, что больше всего на свете я хотела, чтобы Ковалев вернулся.

Я решительно направилась в душ. Нужно смыть с себя все его прикосновения, все его поцелуи. Успокоиться и прийти в себя. Мне нужно помнить, что Матвей – не мой парень. И никогда им не будет.

Глава 22

После душа мне стало легче. По крайней мере я немного успокоилась. Но по телу проносились мурашки, стоило мне вспомнить о губах Матвея. Я будто возвращалась в тот момент, проживала его, отдаленно ощущая все чувства, которые тогда меня переполняли. Этим невозможно управлять.

Весь оставшийся день я убиралась. Протирала пыль, подметала, складывала вещи в шкаф. Я хотела отвлечься, чтобы не думать о Матвее. Под вечер переоделась в пижаму и принялась разбирать диван – хорошо, что взяла с собой комплект постельного белья. Нужно лечь пораньше, чтобы выспаться как следует. Завтра в универ. Я не могу больше прогуливать, не хватало ещё по учебе съехать.

Закончив расстилать белье, я погасила свет и рухнула на диван. В комнате стояла тишина. Из окна лился свет уличных фонарей и доносился гул машин с дороги. Мой живот заурчал – сегодня я поела только один раз, у Матвея дома. Но в магазин идти желания не было. Да и денег осталось совсем мало.

Я взяла телефон, чтобы завести будильник и увидела кучу пропущенных вызовов и неотвеченных сообщений от Марины. Я тяжело вздохнула. Совсем забыла о подруге! Наверняка она меня потеряла.

Открыв чат с Мариной, я прочитала все, что она успела мне написать. В первых сообщениях она спрашивала куда я подевалась, затем удивлялась моему поведению и недоумевала, почему я ушла с пар, а потом рассказывала о Матвее. Жаловалась на то, что он пропал и почти не отвечает на ее сообщения. Я пообещала ей, что приду завтра в универ и мы с ней обо всем поговорим.

Я не представляю, как буду разговаривать с подругой о Матвее. Как буду смотреть в ее глаза. Это слишком сложно. Я запуталась в собственных чувствах. Может, попробовать поговорить с Мариной ещё раз? Снова попытаться все рассказать ей? Нет, она опять рассмеется. Не поверит мне. Подруга считает, что Матвей никогда не посмотрит на такую, как я. И она права. Я и он – действительно что–то странное и смешное.

До сих пор поражаюсь, что не безразлична Ковалеву. Ведь я… далека от тех ухоженных, красивых девушек вроде Маринки. Стоит мне подумать, что все поступки Матвея, все его слова и поцелуи – лишь грязная игра, как внутри все леденеет. Он зашёл так далеко, настолько привязал меня к себе, что может с лёгкостью сломать меня. Одним щелчком пальцев.

Стал бы Матвей целовать меня? Стал бы помогать, делиться личным, если бы ненавидел? Хотя, какая разница. Я снова думаю о нем и это уже похоже на болезнь.

Я поставила будильник и хотела убрать телефон, но на экране появилось сообщение от неизвестного номера.

«За дверью доставка. Все оплачено. Забери и поешь.»

Я прекрасно поняла от кого это. И на душе стало тепло. Я даже не заметила, как губы растянулись в улыбке. Он не забыл. Правда сам не приехал – наверняка все ещё злится из–за того, что оттолкнула его. Но я не могла по–другому. Матвей должен оставить меня в покое, а я должна забыть о нем. Иначе, рано или поздно, эта игра закончится катастрофой.