Лия Ришар – Парень подруги. Я не буду твоей (страница 23)

– Шутишь? – усмехнулась я, возвращаясь в прихожую. – По сравнению с моей квартирой, это рай.

Ковалёв кинул мне ключи.

– Тогда оставайся, – его глаза недобро блеснули. – И даже не думай спорить.

Я не верила, что действительно буду жить здесь. Не осознавала. Не понимала, как к этому относиться. Ещё недавно все было совсем по–другому, а теперь… моя жизнь меняется по щелчку пальцев. И я не успеваю за этими переменами.

– Мне нужно забрать вещи, – вздохнула я.

– О’кей, поехали, – пожал плечами Ковалёв.

– Ты мне и с этим поможешь? – удивилась я.

– Давай уже, обувайся, – велел он.

Я подошла к нему, поймала его слегка недоуменный, внимательный взгляд и осторожно постучала кулачком по его лбу.

– Ау, Матвей, кажется твой разум захватили инопланетяне. Моргни два раза, если ты слышишь меня.

Ковалёв закатил глаза, усмехнувшись. Я с улыбкой покачала головой и принялась обуваться. А потом мы уехали. Пришло, наконец, время появиться дома. Но я больше не испытывала той тревоги, что была прежде. Ведь теперь, кажется, все будет по–другому. Не хорошо и не плохо. Просто по–другому.

– Я зайду домой одна, – предупредила Матвея я, когда мы въезжали во двор.

– Тебя там не убьют? – хмыкнув, поинтересовался он.

– А ты что же, переживаешь? – умилилась я. – Найдёшь себе новую игрушку, над которой будешь издеваться. Делов то.

– Я вообще–то помогаю, – пронзив меня мрачным взглядом, Ковалёв притормозил возле моего дома.

– Но продолжаешь использовать мою подругу, – напомнила я. – И манипулировать.

– Если я с ней расстанусь, ты ведь сбежишь, – пренебрежительно усмехнулся он.

Я недоуменно хлопнула ресницами, осторожно сглотнула ком в горле.

– А ты… хочешь, чтобы я осталась?

– Пока я с ней – ты рядом, – расслабленно откинувшись на спинку сидения, сообщил Матвей. – Все просто.

– Что это значит? – нахмурилась я, ощущая, как сердце начинает колотиться все сильнее.

– Ты все поняла, – послужило мне ответом. – Давай уже, шевели колготками. Я буду ждать в машине.

Я кивнула, одарила его озадаченным взглядом и вышла на улицу. Пока шагала к дому, в голове не укладывалось то, что я сейчас услышала. Нет… Такому, как Ковалёв, не нравятся такие, как я. Это очередной его грязный приём. Как только я попадусь на крючок Матвея, он растопчет меня, как жалкую букашку и исчезнет. Его хобби – играть людьми, воображая, что они куклы, которых можно дёргать за веревочки. И я это давно уяснила. Но чертово сердце идёт против разума, я почти не контролирую его.

Открыв тяжёлую дверь, я зашла в прохладный подъезд. До конца не верилось, что я действительно иду домой не для того, чтобы разогнать пьянь и убираться потом весь день, а для того, чтобы собрать вещи и уйти. Хотя бы на время. А дальше, возможно, я что–то придумаю.

Квартира была не заперта. К моему удивлению, в прихожей не валялась куча чужой обуви, зато стояла пара бежевых туфлей на толстом каблуке. Я изумленно смотрела на эти туфли, даже не представляя, кем может быть их хозяйка. Таких гостей у нас никогда не бывает.

– Ну и стерва ты, Галя! – разнесся вдруг по квартире громкий голос, пропитанный злобой и возмущением. – Мало того, что спилась смолоду, так ещё и сына моего погубила!

– Ты сама от него отказалась! – крикнула в ответ мама.

– После того, как он связался с тобой, я от него отказалась! – выделив «с тобой», напомнила ей гостья. – Потому что ты – шалава! От другого залетела, с пузом к моему сыну приперлась, а он и рад!

Замерев, я слушала этот разговор, не решаясь пройти дальше прихожей. Мне становилось не по себе.

– Лёшу твоего никто не заставлял на мне жениться, – прошипела мама. – Он сам захотел! А теперь уходи отсюда! Хватит орать, ты не у себя дома!

– А ты у себя? – недобрый смех. – Это Лешиной бабушки квартира! Ты здесь чужая! Гадюка! Всю жизнь моему сыну испортила! Был такой хороший парень, пока с тобой не связался!

– Я сказала: вали отсюда! – Галя злилась все сильнее. Кричала так, что ее голос немного охрип. – У нас все хорошо. Не лезь в нашу семью, слышишь?!