Лина Янтарова – Санта (страница 4)

Тогда почему все ее нутро так отчаянно противится этому шансу?

— Не будь эгоисткой, милая, — тихо добавила Эмили.

— Я не эгоистка, но, если уж на то пошло, то здоровый эгоизм еще никому не вредил, — резко ответила Алесса. — Миссис Ванс, поймите... Я не стремлюсь к публичной жизни. Все, чего я хочу: это спокойно жить и продолжать писать. И я не собираясь извиняться за свои чувства и желания.

— Когда-то ты пришла в мою галерею, будучи никем, — заговорила Эмили. — У тебя не было портфолио, не было рекомендаций, тебя и твои картины никто не знал. Но я дала тебе шанс — а кому-то отказала. Твое первое полотно провисело у нас две недели, занимая чье-то место, и никто его не покупал. Я могла бы приказать снять его, заменив чужой работой, но не сделала этого. Мне тоже было неудобно, Алесса. Я понесла убытки. Я потратила свое время, более того — рискнула своей репутацией, но я сделала это: помогла тебе. А то, о чем ты говоришь сейчас — не здоровый эгоизм, а простая человеческая неблагодарность.

Алесса пристыженно молчала. Ей нечего было возразить — все было так, как сказала Эмили. Но, тем не менее... Речь миссис Ванс была похожа на манипуляцию, и строптивый нрав Дэвис упорно сопротивлялся ей.

«Ты не обязана это делать, — сказал голос. — Ты имеешь право отказаться».

Но эти слова должна была сказать миссис Ванс, не тот, кто жил в голове Алессы. Просто поразительно, как верные и правильные слова утрачивают свою ценность, если их произносят не те люди.

— Милая, — вдруг смягчилась Эмили, заметив, с каким напряжением Алесса стиснула ремешок своей сумочки. — Ты можешь не отвечать на некоторые вопросы. Само интервью будет коротким — совсем немного о твоей жизни, и чуть побольше — о твоих картинах.

— Хорошо, — стоило ей согласиться, как она ощутила, что совершает ошибку. — Я встречусь с мисс Эверхорт.

— Славно, — окончательно подобрела Эмили. — Сегодня вечером, в пять. Вот ее визитка.

Двумя пальцами, на которых тускло сверкали массивные кольца, миссис Ванс подтолкнула к Алессе прямоугольник из плотной светло-бежевой бумаги с четкими темными цифрами.

— Свяжись с ней и уточни место встречи. Рада, что ты пошла мне навстречу, Алесса, — за весь разговор Эмили впервые назвала ее по имени, что на языке Ванс означало повышение. — Удачного интервью. И не бойся быть собой — ты просто очаровательна.

Алесса криво улыбнулась. О, если она будет собой, то Кита Эверхорт убежит от нее в ужасе. Эмили, сочтя их разговор оконченным, уткнулась в бумаги, и Дэвис не оставалось ничего, кроме как бесшумно выскользнуть в коридор.

В отличие от нижних залов, чьи стены были увешаны картинами, узкий извилистый коридор второго этажа был выкрашен в благородный каштановый оттенок с примесью золота — и здесь, когда взор не цеплялся за обилие полотен, продираясь сквозь них, как через дебри леса, Алесса присела на корточки, пару раз глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь прийти в себя.

Предстоящее интервью страшило ее, а врученная визитка жгла кончики пальцев, словно позабытая горящая спичка.

«Чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше, — сказал голос. — Просто сделай это. В твоей жизни были вещи куда хуже, чем любопытство посторонних».

Алесса скрипнула зубами. Как бы ей ни хотелось этого признавать, но совет был дельным. Сделать — и забыть. Так она и поступила: торопливо набрала номер и, дождавшись ответа, вежливо сообщила:

— Добрый день, меня зовут Алесса Дэвис. Вашу визитную карточку дала мне Эмили Ванс...

— Ох, Алесса, — перебила ее Кита. — Не продолжай, я сразу поняла, кто мне звонит. Профессиональное чутье, знаешь ли.

У Эверхорт был сильный, хрипловатый голос, в котором ощущалась улыбка. Алесса вспомнила ее внешность: гладкие волосы, рассыпающиеся по плечам, хитрый взгляд. Кита Эверхорт была из тех женщин, которых называли роковыми.

— Ты свободна сегодня? Можем встретиться в каком-нибудь кафе? Или лучше у тебя дома?

— Нет, — резко ответила Алесса. — То есть, лучше в кафе. Да, я свободна.

Она еле слышно выдохнула, ощущая себя донельзя глупо, но Киту ее ответ не смутил.

— Отлично. Я вышлю адрес в сообщении. Не бойся, Алесса, — она рассмеялась. — Я не кусаюсь, честное слово. Думаю, мы с тобой отлично поладим.

— И я рассчитываю на это, — Алесса прикусила губу, чувствуя неловкость. — До встречи.

Едва завершив вызов, Дэвис тут же набрала номер Таши, собираясь обсудить новости с ней, но подруга не ответила на звонок — услышав механический голос автоответчика, Алесса попросила перезвонить, как только она освободится, и спустилась на первый этаж.

Народу в галерее было немного — не желая привлекать к себе лишнее внимание, Дэвис проскользнула мимо зала к выходу, вышла на улицу и забралась внутрь автомобиля, точно улитка, спрятавшаяся в домик. С утра времени на завтрак не хватило, но при одной мысли о еде подступала тошнота — и, тем не менее, вернувшись в квартиру, Алесса заставила себя проглотить немного риса, понимая, что на встрече с Китой ей кусок в горло не полезет.

Таша ей так и не перезвонила — недоумевая, что приключилось у подруги, которая обычно была доступна круглые сутки, Дэвис пришлось самостоятельно подобрать наряд — скромный джемпер сливочного цвета и темные брюки, поскольку погода окончательно испортилась — и отправиться на интервью с Эверхорт.

Предварительно Алесса забралась в интернет и просмотрела все снимки журналистки за последние полгода: во-первых, ей было интересно, как выглядела эта женщина; а во-вторых, Алесса надеялась, что интуиция сможет подсказать ей, как себя вести на интервью.

Личные фото Киты пестрили яркими красками: журналистка вела активный образ жизни. Алесса пролистала снимки, больше вглядываясь в лицо Эверхорт, нежели в потрясающие пейзажи у нее за спиной: горы с остроконечными белыми шапками, высокие волны, которые пугали своим видом даже на экране телефона.

Кита оказалась невысокой блондинкой с белоснежной улыбкой. Вся ее фигура излучала уверенность, оптимизм и жизнерадостность, а под каждым фото значилась какая-нибудь вдохновляющая цитата. Как минимум, она была экстравертом — что можно было понять и раньше, учитывая профессию, — и Алесса тяжело вздохнула.

Общение с энергичными людьми давалось ей с трудом — они будто высасывали всю энергию, которую потом приходилось долго восстанавливать. Оставалось лишь надеяться, что интервью будет коротким, а сама Кита — не слишком жадной, и к концу дня у Алессы будут силы, чтобы уделить время своей самой старой картине, которую она писала вот уже без малого… Десять лет.

Глава 2

Кита Эверхорт была живым ураганом. Везде, где бы она ни появилась, по пятам за ней следовали хаос и разрушение. Ворвавшись в холл квартиры Ферренса, она стряхнула с плаща капли дождя, бросила зонт мимо специальной подставки и громко крикнула:

— Мне срочно нужен бурбон!

Марк, улыбаясь, вышел из гостиной с бокалом в правой руке, где плавал ярко-желтый кружок лимона, и протянул Ките.

— Это коньяк, — она недовольно сморщилась, понюхав янтарную жидкость, но проглотила содержимое залпом. — Хоть немного согрелась. Погода просто отвратительная — сейчас бы в Мексику или Италию. Может, слетаем вместе на недельку-другую?

— Ты выполнила то, о чем я тебя просил?

Губы Киты недовольно дрогнули. Стянув с себя плащ, она скомкала его и бросила на мягкий округлый диванчик, провела ладонью по волосам, специально оттягивая время — ей нравилось иногда дразнить Марка, поскольку это было сродни тому, что махать куском сырого мяса перед клеткой с тигром.

Кита обожала азарт и чувство растекающегося по венам адреналина. Она вела активный образ жизни: прыгала с парашютом, плавала на байдарках и с удовольствием проводила выходные в горах, но ощущение, что она ходит по лезвию ножа, появлялось только рядом с Ферренсом.

— Выполнила, — неохотно ответила Эверхорт, когда пауза слишком уж затянулась. — И ты мне теперь должен, Марк. Более скучного и закрытого человека, чем Алесса Дэвис, я еще не встречала. Мне потребовалось приложить массу усилий, чтобы разговорить ее.

— Успешно?

Кита пожала плечами.

— Смотря что тебе от нее нужно. Я записала наш разговор на диктофон, задала все вопросы, на которых ты настаивал.

— Давай, — он требовательно вытянул руку.

— А благодарность? — в глазах Киты появился мерцающий блеск. Ее темный взгляд плавно очертил разворот плеч Марка, скользнул ниже, по обнаженному торсу, виднеющемуся благодаря расстегнутой рубашке. — Я потратила несколько часов, слушая односложные ответы и пытаясь хоть что-то вытянуть из девчонки.

— Кита, — Марк улыбнулся, но улыбка вышла недоброй. Предупреждающей. — Дай мне диктофон и возвращайся к себе. Сегодня я не настроен на компанию.

Уязвленное выражение Эверхорт сменилось робкой надеждой.

— Много работы? — спросила она, пытаясь сохранить каплю своего достоинства. — Тогда, может встретимся завтра? Поужинаем вместе.

— Много, — с отвратительной усмешкой согласился Марк, протягивая ей плащ обратно. — Возможно.

Помедлив, Кита достала из сумки компактный диктофон и вложила его в раскрытую ладонь Ферренса. Лицо Марка смягчилось — он поцеловал Киту в щеку, и от этой скупой ласки внутри растеклась теплая волна удовольствия, греющего лучше, чем коньяк.

Да, Кита Эверхорт была живым ураганом, сносящем все на своем пути, но когда она встретила Марка, то потерпела неудачу, разбившись как ветер о скалу. Они могли бы стать достойными врагами — но вместо этого Кита пошла другим путем, решив занять роль его друга. На большее она не рассчитывала — Ферренс был не из тех мужчин, что создают семью и каждое воскресенье ужинают с родителями, но не заметила, как сама стала мечтать о таком.