Лина Янтарова – Охота на ведьм (страница 2)
– Нет, – Катрин покачала головой, чувствуя, как комок вины в горле понемногу начинает растворяться.
– Вот видишь, – кивнула Аманда. – Думаю, увлечения сказались на ее характере.
– Ты про гадания и все эти магические штучки? – уточнила Катрин.
Мелисса увлекалась эзотерикой – хотя слово
– Именно, – неодобрительно сдвинула брови Аманда. Любовь Мелиссы к мистике она не разделяла и находила весьма странной.
Негативное отношение к увлечениям родственницы отразилось и на дочери – по мере взросления Катрин все реже отпускали к Мелиссе, да и она сама не сильно рвалась туда, предпочитая больше времени проводить с друзьями: старшая школа, дискотеки и первая любовь стали куда интереснее чудачеств тетки.
– Ее дом по-прежнему набит всякой чепухой – свечи, травы, амулеты, – продолжила Аманда. – В последнее время Мелисса начала варить мыло на продажу. Наверное, деньги, которые она получила после смерти первого супруга, закончились.
– Он ведь умер весьма загадочно, нет?
О смерти Ричарда судачили даже спустя много лет после его гибели. Катрин хорошо помнила, как мамины подруги шепотом упоминали, что Мелиссе «
– Так многие считали, но я придерживаюсь другого мнения, – мама вздохнула. – Ты же знаешь, что все свое имущество Мелисса оставила тебе?
Катрин кивнула, сделав глоток кофе.
– Ты говорила, когда мы созванивались. Что, по-твоему, следует сделать с домом?
Аманда пожала плечами.
– Он теперь твой. Не знаю. Хочешь его продать? Вряд ли в Спрингсе кто-то захочет купить дом Мелиссы, хотя, может, найдется приезжий, да только цена за него будет смешная. Почему ты не ешь?
Катрин немедленно разломала пирог и отправила в рот крошечный кусочек.
– Прости, – не забывая жевать, пробубнила она, – я не очень-то голодна, на самом деле. Значит, ты считаешь, что дом следует оставить? Но за ним нужно будет приглядывать и оплачивать счета.
– Мелисса оставила тебе не только дом, – напомнила Аманда. – Но и все деньги. Не знаю, какая там сумма, но в том, что жила она на широкую ногу и ни в чем себе не отказывала, я уверена абсолютно.
– Ты недавно сказала, что тетушка занялась мыловарением по причине финансовой нужды, – напомнила Катрин, запивая кисло-сладкий вкус кофе.
С третьим кусочком вернулся аппетит – пирог был восхитителен. С румяной твердой корочкой, воздушным тестом и начинкой из цельных вишен; соотношение кислинки и сладости приводило в восторг. Сколько бы она ни ела вишневых пирогов, ни у кого не получалось так, как у мамы – семейный рецепт.
Аманда махнула рукой.
– Это я так, позлословить. Может, Мелиссе просто стало скучно. У Ричарда было столько денег, что она могла до конца своих дней заниматься чем душа пожелает.
– И, тем не менее, ее жизнь закончилась слишком рано. Сколько ей было? Пятьдесят четыре? – Катрин поежилась.
Мысли о смерти всегда пугали ее. Это послужило еще одной причиной отдаления от тетушки – в ее доме многое напоминало о старухе с косой, а сама Мелисса любила повторять о том, что все люди смертны. Правда, с ее уст это больше напоминало угрозу, чем констатацию факта.
– Пятьдесят один, – поправила дочь Аманда. – Очень жаль. Доктор Дингер сказал, что Мелисса могла бы прожить еще долго, если бы следовала его рекомендациям, но она предпочитала пить свои травы и избегать таблеток.
Катрин осуждающе щелкнула языком и отодвинула пустую тарелку.
– Я поднимусь в свою комнату, чтобы переодеться? Полагаю, мне нужно посмотреть на дом. Пойдешь со мной?
Аманда отрицательно мотнула головой и добавила:
– Если ты настаиваешь, я схожу. Но сегодня на ужин заглянет Фрэнк, а я еще должна успеть приготовить лазанью и испечь кексы.
– Ты пригласила Фрэнка? Ушам своим не верю, мама!
– А что тут такого? – защищаясь, повысила голос Аманда. – Разве ты сама бы не хотела с ним увидеться?
– Хотела, но не в первый же день, – сердито заявила Катрин, вставая. – И ты могла хотя бы предупредить заранее.
– Так я и предупреждаю, – одарила Аманда дочь довольной улыбкой. – Заранее. До ужина еще шесть часов.
– Я имела в виду предупредить до того, как ты позовешь его на ужин, – приподняла одну бровь Катрин, выразительно глядя на маму.
– Чтобы ты запретила? Нет уж! В конце концов, это мой дом, Катрин.
Полное имя дочери на ее устах означало, что Аманда злится. Вздохнув, Катрин молча направилась к себе, не видя смысла продолжать спор: во-первых, мама всегда поступала по-своему, во-вторых, Фрэнк уже все равно был приглашен.
Единственное, в чем выразился протест, так это тихое бормотание себе под нос:
– Ты никогда не давала забыть, что это твой дом, мама.
Ступеньки лестницы на второй этаж тихо скрипели под ногами на разные лады, пока она поднималась в свою старую комнату. Здесь, как и во всем доме, все осталось по-прежнему: та же узкая кровать у стены, накрытая оранжевым пледом, те же книги на полке над письменным столом. Примостив чемодан у шкафа, Катрин достала светлые джинсы и голубую рубашку, разложила одежду на кровати и отправилась в душ. После прохладной воды дышать стало значительно легче.
На скорую руку соорудив на голове неаккуратный пучок и выпустив пару каштановых прядей у лица, Катрин провела по губам бесцветным блеском, сбрызнула запястья фруктовыми духами и оделась. После неудобных лодочек белые кеды ощущались на ноге как мягкие тапочки – по крайней мере, по лестнице она сбежала, как в свои восемнадцать, будто бы снова торопилась украдкой улизнуть из дома на свидание.
– Ты забыла ключи, – Аманда вышла в прихожую, бренча связкой. – Тщательно запри дверь, когда будешь уходить.
– Это комплект Мелиссы? – напряженно спросила Катрин, разглядывая брелок, изображающий готический замок.
– Фрэнк забрал их, а потом передал мне.
– Это Фрэнк ее нашел?
– Да. Вечером к нему обратилась Памела, к которой Мелисса обещала зайти утром. На звонки она не отвечала, так что…
Не договорив, Аманда обхватила себя руками и заметила:
– Ужасно. Если бы не Памела, Мелиссу нашли бы только через несколько дней. На похоронах она жутко плакала, винила себя, что не обратилась к Фрэнку раньше – может, Мелиссу бы удалось спасти.
– А это так?
– Смерть наступила ночью, – Аманда покачала головой. – Должно быть, Мелисса хотела обратиться за помощью к соседям – ее нашли в коридоре. Складывалось впечатление, будто она шла к входной двери, но так и не добралась. Пэм ни в чем не виновата.
– Бедная Памела, – Катрин приобняла маму. – Ладно, я пойду. Скоро вернусь.
– Не задерживайся, – крикнула вслед Аманда. – Фрэнк приедет к семи!
Проигнорировав напутствие матери, Катрин вышла на крыльцо и огляделась. Их дом располагался в самом конце главной улицы Спрингса – ей придется пересечь площадь и миновать здание полиции, прежде чем она доберется до особняка Мелиссы, который стоял в отдалении, прячась на окраине леса. Впрочем, тетушка всегда считала это плюсом – она действительно терпеть не могла скопления людей и шум.
Погода выдалась чудесной: весна была в самом разгаре, солнце уже потихоньку пошло на убыль, уступая место свежему ветерку – Катрин с удовольствием подставила ему лицо, идя по тротуару. Мимо с гиканьем пронеслись соседские мальчишки, вдалеке раздался клаксон велосипеда – Спрингс был полон умиротворяющих звуков и безопасности.
До старого особняка с красной кровлей и кремовыми стенами, обвитыми плющом, благодаря чему строение приобрело сказочно-уютный вид, Катрин добралась без происшествий – пришлось дважды остановиться, чтобы переброситься парой слов с любопытствующими знакомыми, узнавшими в ней дочку Аманды Райт, но в целом прогулка принесла позитивные эмоции. Катрин и забыла, каково это: неспешно идти по улице, никуда не торопясь.
Спокойствие в ее душе сменилось легкой тревогой, когда она оказалась перед входной дверью особняка, ранее принадлежавшего тетушке. Ключ вошел в замочную скважину как горячий нож в масло и бесшумно повернулся, однако Катрин не могла избавиться от чувства, что вторгается в чужое жилище без разрешения. Толкнув створку вбок, чтобы солнечные лучи беспрепятственно ворвались в темный коридор, она вошла внутрь и отыскала выключатель.
В доме пахло травами, что напомнило о чае для похудения, который беспрестанно пила Кэсс. Терпкий запах цветов смешивался с горьковатым ароматом полыни – принюхавшись, Катрин различила еще и слабый отголосок лаванды. Сильнее всего запах ощущался на кухне – здесь сушилось множество растений: некоторые из них были разложены на столе, другие висели под потолком. Узрев над окном связку чеснока, Катрин скептично хмыкнула – только вампиров не хватало.
Она прошлась по дому, отмечая, что тетушка не изменила своей любви к роскоши: огромная кровать с балдахином, массивная ванна на ножках, множество зеркал и, конечно, куча статуэток, амулетов и прочей магической дребедени, в которую Катрин никогда не верила. Она не отрицала пользу трав и растений – с удовольствием полоскала горло настоем ромашки и пила клюкву для укрепления иммунитета, но четко видела грань между реальностью и сказкой: хрустальные шары и карты считала шарлатанством, однако тетушка Мелисса никогда никому не гадала.