Лина Янтарова – Охота на ведьм (страница 1)

Лина Янтарова

Охота на ведьм

Пролог

– Всего доброго, ждем вас снова, миссис Денвер, – дежурно улыбаясь, Ребекка Уолш махнула рукой благочестивой на вид старушке, нагруженной пакетами.

Мысли рыжеволосой красавицы при этом были далеки от дружелюбных: скрипя зубами, Ребекка изо всех сил тянула улыбку, но на дне зеленых глаз зрела ненависть.

«Шевелись уже, старуха, всю душу мне вымотала, – пальцы беспокойно впились в прилавок. – Чтоб ты ногу сломала, дура старая!».

Наконец, дверь за последней посетительницей закрылась – колокольчик, висящий над входом, звякнул и затих. Ребекка со стоном опустилась на стул, вытягивая гудящие от усталости ноги, взглянула на часы – пятнадцать минут десятого. Вот уже как четверть часа магазин был закрыт, но проклятая миссис Денвер никак не могла определиться, какие спагетти взять на ужин, поэтому Бекка не успеет сегодня посмотреть свой любимый телесериал, трансляция которого началась ровно в девять.

Обычно она закрывала магазин пораньше и вприпрыжку бежала домой – их с матерью скромное одноэтажное жилище располагалось в двадцати минутах ходьбы пешком, но Бекка срезала путь, выбирая вместо освещенной дороги узкую тропинку, ведущую через парк. Фрэнк Эббот, ранее – помощник шерифа, а сейчас – сам глава полиции, – частенько ругал ее за отсутствие бдительности, но Уолш только посмеивалась.

Сегодня нужды экономить время не было, однако Ребекка, желая поскорее вернуться домой и рухнуть на кровать, привычно последовала обычным путем.

Густые тени стелились по протоптанной дорожке, будто желая вцепиться в ноги – сбоку по обеим сторонам высились пышные кусты, чьи очертания тонули в темноте. Складывалось ощущение, что весь мир поглотила тьма – осталась только эта тропинка, Бекка и тусклый свет фонаря где-то вдали. И ни единой души вокруг.

Внутри заворочалось беспокойство. Сглотнув, Ребекка приказала себе успокоиться и отогнать иррациональное чувство страха – она тысячу раз возвращалась домой этим путем, и за все время ни с ней, ни с кем-либо другим ничего не случилось. Спрингс – крохотный городок, где все друг друга знают. Здесь даже мелкая кража – событие из ряда вон выходящее, а уж про убийства и насилие и говорить не стоит.

И все же Ребекка ускорила шаг, чувствуя смутное беспокойство. Сзади послышался шум – она инстинктивно обернулась, в панике широко раскрыв глаза, и облегченно выдохнула – никого.

Постояв пару секунд и напряженно вслушиваясь в вечерние шорохи и звуки, которые заглушало ее громко бьющееся сердце, Бекка продолжила путь. До выхода из парка оставалось совсем немного – тревога отступила, сменившись предвкушением от встречи с тарелкой сыра и теплой ванной; даже рыжие кудри Бекки стали подпрыгивать в такт ее шагам задорнее и веселее.

Она почти дошла до фонаря, когда сзади снова раздался шум. На этот раз – отчетливый звук шагов. Страх нахлынул мощной волной, заставляя терять рассудок – не раздумывая, Ребекка бросилась вперед, гонимая ужасом, однако уже через пару шагов кто-то догнал ее и схватил за плечо.

Уолш пронзительно взвизгнула – как молодая свинья, которую вот-вот отправят на убой, – и попыталась вывернуться из чужой хватки, отчаянно дергаясь. Она все еще сопротивлялась, когда на ее голову обрушился тяжелый удар – в глазах потемнело от боли, по лбу потекло что-то теплое. Бекка пошатнулась. Следующий удар заставил ее упасть, безвольно раскинувшись на влажной после дождя земле.

В двух шагах от ее тела продолжал светить фонарь, до которого Ребекке Уолш не суждено было дойти.

Глава 1

Катрин Райт с облегчением ступила на неровную мощеную дорожку, ведущую к дому, и уверенно направилась вперед, волоча за собой внушительных размеров чемодан. После трех часов в душном автобусе хотелось немедленно снять с себя тонкий льняной костюм, неприятно прилипший к телу, и встать под холодный освежающий душ, однако у ее матери были другие планы.

– Кэти, – Аманда Райт, коверкая имя дочери, распахнула входную дверь, словно все утро караулила в прихожей. – Милая моя, как ты добралась? Тебя не укачало в автобусе?

Катрин, которая только-только позабыла о тошноте, сопровождающей ее на протяжении всей поездки, скривилась и вошла в дом. Мама не дала и слова вставить – обернувшись, выхватила чемодан из рук и бодро направилась в сторону кухни, продолжая эмоционально тараторить:

– Надо было позвонить, я бы попросила Фрэнка забрать тебя со станции! Он недавно купил новую машину и его, знаешь, повысили в должности…

Аманда появилась в дверях кухни и подмигнула Катрин, вытирая руки хлопчатобумажным полотенцем.

– Он теперь шериф. Солидная должность в таком юном возрасте, и это я молчу о других достоинствах.

– Если все же соберешься перечислить их все, не забудь добавить и про свадьбу Фрэнка, которая состоится в июле, – сухо ответила Катрин, убирая лодочки на полку.

Ступни болезненно ныли, намекая, что следовало бы выбрать более удобную обувь для возвращения в родной Спрингс, однако Катрин, разумеется, отдала предпочтение элегантным туфелькам на острой шпильке – возможность выглядеть хорошо она всегда ставила выше собственного комфорта.

Наверное, именно поэтому Катрин еще не обзавелась семьей, зато занимала должность директора в магазине одежды, – пять лет назад она и ее лучшая подруга Кэсс решили, что домохозяйки могут выглядеть ничуть не хуже худосочных моделей, поэтому задались целью создать красивую, но удобную одежду, в которой можно будет как отвести ребенка в детский сад, так и забежать на бранч. Сейчас «Kass&R» из крохотного магазинчика в подвале превратился в элегантный бутик, где посетительниц встречали сверкающими улыбками, чашкой свежего кофе и нежнейшими пирожными.

Примечательно, что сама Катрин, в отличие от Кэсс, главной концепции своего же бизнеса не придерживалась, частенько мучаясь в узких платьях и тратя по часу на придание себе достойного вида по утрам.

Она объясняла это просто – одежда в «Kass&R» предназначена для домохозяек, а Катрин ею не являлась – на работе она проводила минимум десять часов в сутки, а также постоянно встречалась с разными людьми, поэтому обязана была выглядеть идеально. Это служило хорошим оправданием для самой себя, потому что в глубине души Катрин осознавала – ее одержимость имеет нездоровые корни, а восхищенные взгляды и комплименты уже давно стали своеобразным наркотиком.

– Боже, какая ты язва, Кэти, – всплеснула руками Аманда. – Проходи скорее, я испекла твой любимый вишневый пирог.

При мысли о еде Катрин снова замутило, несмотря на то, что с момента пробуждения в ее желудке побывала только чашка кофе. Растянув губы в улыбке, она покорно кивнула, понимая, что мама наверняка потратила несколько часов на то, чтобы порадовать дочь любимым десертом.

– Только руки помою, – пробормотала Катрин, сворачивая в ванную.

Здесь ничего не изменилось – сколько бы лет ни прошло, родной дом и Спрингс оставались неизменными: та же раковина со сколотым краем, те же тихие улочки и безмятежная, размеренная жизнь. Главной темой для разговоров являлись чужие отношения да редкая пропажа домашних кошек – Спрингс напоминал мелкий ручей, берега которого были исхожены вдоль и поперек.

Вымыв руки, она расстегнула верхнюю пуговицу на рубашке и, подумав, щелкнула замком массивной позолоченной цепочки, которая хорошо завершала образ, но ощущалась на шее камнем. Запихнув украшение в карман пиджака, Катрин направилась на кухню, откуда уже доносился кисловато-сладкий запах вишни.

– Кофе? – с улыбкой спросила мама, ставя на стол тарелку с огромным ломтем пирога. – Твои вкусы не изменились?

– Да, с молоком и сахаром, – рассеянно ответила Катрин.

Теперь, когда с приветствиями покончено, необходимо было перейти к главной теме – возвращение Катрин в Спрингс.

– Мам, – она подняла глаза на хлопотавшую Аманду, мысленно отметив, что платье из последней коллекции ей невероятно шло. Кэсс – настоящий гений. – Как ты?

– Нормально, – вздохнула Аманда, ставя перед дочерью чашку и усаживаясь напротив. – Это было… Больше неожиданно. Мелисса никогда не жаловалась на здоровье… Хотя мы не были близки, особенно после того, как умер твой отец. Если рассудить, подруг у нее вообще не имелось – разве что Памела Сэнтли, но и с ней Мелисса держала дистанцию.

– У нее случился сердечный приступ, так? – Катрин вонзила вилку в пирог. – Что сказали врачи?

– Доктор Дингер сообщил, что Мелисса обращалась к нему с жалобами несколько месяцев назад, – Аманда подперла рукой подбородок, задумчиво глядя на дочь. – Ты не выглядишь расстроенной.

Катрин вздохнула. Остатки аппетита мгновенно пропали.

– Если честно, я не знаю, что чувствую, – призналась она. – Разумеется, я опечалена смертью тетушки Мелиссы, но в последний раз мы виделись на моем выпускном, а после не общались. Я помню, как проводила время в ее доме в детстве, а потом… Наверное, это моя вина. Мне следовало почаще звонить и узнавать, как ее здоровье.

Аманда пожала плечами.

– Мелисса всегда была замкнутой и странной. Создавалось впечатление, что она не нуждается в общении вовсе. Бывали случаи, когда она не покидала свой дом неделями, так что не кори себя, Кэти. Разве она сама хотя бы раз позвонила тебе, чтобы узнать, как ты устроилась в городе?